peter

производно, отыменно, паронимично. Паронимы - это слова, производные от другого имени и отличающиеся от него падежным окончанием, как, например, «мудрый» от «мудрости». Ансельм Кентерберийский обнаружил разницу между именами и паронимами в том, что имена непосредственно обозначают субстанцию, а паронимы - ее качество и имя, но имя означается косвенно, окказионально. Слово homo прямо указывает на человека, a grammaticus - косвенно. При исследовании функций собственных и косвенных значений Ансельм обнаружил отличие определения имени от того, которое дал Аристотель. По Аристотелю, имя - это устойчивое звукосочетание с условленным значением безотносительно ко времени. У Боэция отыменно сказываются качества. По Ансельму, это определение правильно при условии прямого значения имени, но не косвенного, ибо при приложении определения Аристотеля к слову «сегодняшний» это слово оказалось бы глаголом, ибо несет на себе обозначение времени, а не именем. Отсюда делается вывод, что в отличие от вещи слово может относиться сразу к нескольким категориям, потому что оно может иметь разные значения. Петр Абеляр называл паронимами слова, которые были образованы на основании значения прилагательного, например, «разумное», «белое». «Ведь „разумное" ничего не говорит о разумном животном, а „белое" о белом теле, но „разумное" полагает состояние разумности, а „белое" - состояние белизны. Есть три рода образованных слов. Одни из них полностью формально совпадают с материей звука, как, например, совпадает женское имя „Грамматика" с именем знания - „грамматикой". Другие по форме совершенно отличаются друг от друга, как, например, „любознательный" от „дарования", третьи, сходясь по началу слова, расходятся по назначению, как, например, „могучий" отличается от „могущества" - сходясь по первым слогам, они различаются последними» (Petrus Abaelardus. Glossae super Praedicamenta Aristotelis // Peter Abaelards. Philosophische Schriften. Hrsg. Von B. Geyer. Minster. 1919. S. 123). Главным отличительным признаком паронимов у Гильберта Порретанского, который считал их частным случаем эквивокации (см.: AEQUIVOCATIO), были не разные падежные окончания со словом, от которого они образованы (по набору букв они могут быть тождественными), а именно их производность. В высказываниях типа «Бог есть» и «человек есть» экзистенциальный смысл «есть» в полной мере применим только к Богу; «есть» применительно к человеку или камню производно от Божественного «есть»: оно переводит теологическое знание в естественное.