being-in-the-world

The Circumlocution Office was (as everybody knows without being told) the most important Department under Government. No public business of any kind could possibly be done at any time without the acquiescence of the Circumlocution Office. (Ch. Dickens, ‘Little Dorrit’, book I, ch. X) — Министерство околичностей было (как всем известно) важнейшим из министерств. Ни одно государственное дело не могло быть осуществлено без одобрения министерства околичностей.

...this capitalist world is a world impossible for sensitive and decent human beings to endure - a world in which justice has become the Circumlocution Office... (U. Sinclair, ‘Mammonart’, ch. LXXII) —...капиталистический мир - это мир, в котором задыхаются тонко чувствующие и порядочные люди, мир, в котором правосудие олицетворяет министерство околичностей...

Residents of the Calla realized that children birthed in twos were the exception rather than the rule in other parts of the world and at other times in the past, but in their area of the Grand Crescent it was the singletons, like the Jaffordses’ Aaron, who were the rarities. — Жители Кальи понимали, что рождение близнецов скорее, исключение, чем правило в других частях мира и в прошлом, но в их местах, на Великой Дуге, исключением являлись дети, рождающиеся по одному, вроде Аарона Джеффордса. (ТБ 5)

… but being only nineteen and living way out here on what some call the Rim and others call the Crescent, there’s plenty he’s never seen before. — … но ему всего лишь девятнадцать, всю жизнь он провел на Краю, или на Дуге, как называют эти места, так что не видел многого. (ТБ 5)

They were on their own. Even long ago, when the Inner Baronies had glowed with light and order, they would have seen precious little sign of that bright-life out here. These were the borderlands, and life here had always been strange. — Они жили сами по себе. Даже в далеком прошлом, когда во Внутренних феодах царили свет и порядок, здесь они мало что-то видели от той светлой жизни. Эта область была пограничьем, и жизнь здесь всегда была чуточку странной. (ТБ 5)

… and yet Eddie learned a great deal from Jaffords and his wife, mostly about how life was lived out here in what Tian and Zalia called “the borderlands.” — однако Эдди узнал много интересного от Джеффордса и его жены, в основном о том, как жили в краю, который Тиан и Залия называли Пограничьем. (ТБ 5)

Residents of the Calla realized that children birthed in twos were the exception rather than the rule in other parts of the world and at other times in the past, but in their area of the Grand Crescent it was the singletons, like the Jaffordses’ Aaron, who were the rarities. — Жители Кальи понимали, что рождение близнецов скорее, исключение, чем правило в других частях мира и в прошлом, но в их местах, на Великой Дуге, исключением являлись дети, рождающиеся по одному, вроде Аарона Джеффордса. (ТБ 5)

… but being only nineteen and living way out here on what some call the Rim and others call the Crescent, there’s plenty he’s never seen before. — … но ему всего лишь девятнадцать, всю жизнь он провел на Краю, или на Дуге, как называют эти места, так что не видел многого. (ТБ 5)

They were on their own. Even long ago, when the Inner Baronies had glowed with light and order, they would have seen precious little sign of that bright-life out here. These were the borderlands, and life here had always been strange. — Они жили сами по себе. Даже в далеком прошлом, когда во Внутренних феодах царили свет и порядок, здесь они мало что-то видели от той светлой жизни. Эта область была пограничьем, и жизнь здесь всегда была чуточку странной. (ТБ 5)

… and yet Eddie learned a great deal from Jaffords and his wife, mostly about how life was lived out here in what Tian and Zalia called “the borderlands.” — однако Эдди узнал много интересного от Джеффордса и его жены, в основном о том, как жили в краю, который Тиан и Залия называли Пограничьем. (ТБ 5)

‘You pick out a book that may keep her from being lonely, and write something in it, so she can remember you when you marry an oil princess in Connecticut.’ ‘There isn't any oil in Connecticut, Rick.’ ‘Well, nutmegs then. Your father says it'so called the Nutmeg State.’ (U. Sinclair, ‘World's End’, ch. 18) — - Подари ей какую-нибудь книгу, пусть почитает от скуки, и непременно сделай надпись, чтобы она могла вспоминать тебя, когда ты будешь мужем коннектикутской нефтяной принцессы. - Но, Рик, в Коннектикуте ведь нет нефти. - Ну, тогда есть мускатные орехи. Твой отец говорит, что этот штат прозван мускатным.

It is equally recognised that a new world has come into being on the basis of this liberation of the majority of mankind from the bonds of former colonial or semi-colonial dependence. (R. P. Dutt, ‘The Crisis of Britain and the British Empire’, ‘Preface’) — Равным образом признается и то, что в результате движения за освобождение большинства человечества от прежней колониальной или полуколониальной зависимости возник новый мир.

During that past week, Glenn had performed his duties at the clinic with the sure knowledge that while there was no open and apparent unfriendliness on the part of the nurses and the staff, a decided reticence had come into being. (E. Coldwell, ‘Gretta’, part II, ch. IX) — За последнюю неделю Гленн выполнял свои обязанности в клинике, будучи совершенно уверенным, что, хотя открытой враждебности к нему со стороны врачей и сестер не было, все же определенная отчужденность в отношениях появилась.

Collie: "I was being pestered for money all over the shop." (W. S. Maugham, ‘For Services Rendered’, act 2) — Колли: "Куда ни сунешься, повсюду долги требуют."

By Jove, what chaps those must have been, to go sailing all over the shop never knowing where they'd fetch the land! (R. Kipling, ‘Many Inventions’, ‘The Finest Story in the World’) — Видит бог, это были отчаянные ребята: отправились в плавание без всякой цели, куда глаза глядят, не зная даже, где они пристанут к берегу!

Down at the Victoria, too, we get patients from all over the shop - Kensington, Baling, Muswell Hill. (A. J. Cronin, ‘The Citadel’, book IV, ch. 2) — И в больницу Виктории тоже поступают больные откуда угодно: из Кенсингтона, Илинга, Масуэлл-Хилла.

Can't you clear up a bit before he comes? Things are all over the shop. (DEI) — Неужели ты не можешь немного прибраться до его прихода? У нас ведь такой беспорядок.

The fact is being out of a job has put the wind up me properly. I've not been able to save with two children; it's like the end of the world. (J. Galsworthy, ‘The White Monkey’, part II, ch. IX) — По правде говоря, потеряв работу, я струхнул. Я не мог ничего отложить с двумя-то детьми. Прямо хоть в петлю лезь.

Look here, Mrs Batey, I wish you'd stop trying to put the wind up Virginia. (M. Dickens, ‘The Angel in the Corner’, ch. 13) — Послушайте, миссис Бейти. Перестаньте запугивать

... my ship is at present my wife, and the only wife I intend to have until I am laid on the shelf. (F. Marryat, ‘Peter Simple’, ch. III) —....корабль - вот моя жена, и другой жены у меня не будет, пока меня не отправят на слом.

Of course, I can quit, and have enough to live on, but I don't feel like being laid on the shelf, son. (U. Sinclair, ‘Oil!’, ch. 12) — Без сомнения, я могу покончить теперь же со всеми этими делами. У меня останется достаточно на жизнь. Но мне совсем не нравится, сынок, что другие, отстранив меня, будут заправлять моими делами.

Here's a widow who has been lonely for several years. She's too young to be put on the shelf. (E. S. Gardner, ‘The Case of the Amorous Aunt’, ch. 3) — Эта вдова жила одна несколько лет. Но она еще очень молода, ее рано списывать со счета.

He arrived at a Peace Conference which had laid all his Fourteen Points on the Shelf. (U. Sinclair, ‘World's End’, ch. 31) — Президент Вильсон вернулся в Париж... А Мирная конференция успела тем временем положить под сукно все его четырнадцать пунктов.

...naturalists have been so active in their darwintzing that the pre-Darwinian stuff is once for all laid by on the shelf. (R. Marett, ‘Anthropology’, Kenk) —...естествоиспытатели так преуспели в дарвинизации науки, что додарвиновские догмы приходится раз и навсегда выбросить за ненадобностью.

He would rest for a while from being a code expert, and resume his role as consultant upon affairs of the heart. (U. Sinclair, ‘World's End’, ch. 11) — Ланни отвлекся ненадолго от обязанностей секретаря-шифровальщика, вспомнив о своей прежней профессии консультанта по сердечным делам.