Wuya yu maque

  Вороны и воробьи

   1949 – Китай (110 мин)

     Произв. Kunlun

     Реж. ЧЖЭН ЦЗЮНЬЛИ

     Сцен. Чэнь Байчэнь, Шэнь Фу, Ван Лингу, Сюй Тао, Чжао Дань, Чжэн Цзюньли

     Опер. Мяо Чжэньхуа, Ху Чжэньхуа

     Муз. Ван Юньцзе

     В ролях Чжао Дань, Вэй Хэлин, Сунь Даолинь, Хуан Цзун-Ин, By Инь, Шангуан Юньчжу, Ван Пэй.

   Шанхай, зима 1948 г. Хоу И-Бо, хитрый делец, спекулянт и вымогатель, связанный с гоминьдановцами, вместе с любовницей присвоил дом газетного корректора старика Конга. Хоу доложил властям, что сын Конга, погибший на войне с Японией, был коммунистом. Теперь Хоу хочет продать дом и сообщает об этом жильцам: самому Конгу, слабовольному и запуганному учителю Хуа, а также бродячему торговцу американскими консервами Маленькому Боссу. Сначала каждый пытается выкрутиться в одиночку, используя хитрость и собственные сбережения. Хуа пытается выбить квартиру из директора школы; тот просит взамен информацию о бунтарских настроениях в стенах заведения. Хуа колеблется, а затем предпочитает отказаться от квартиры. Также он не решается принять участие в забастовке, однако его все равно сажают под арест как забастовщика. Его жена заигрывает с Хоу в надежде, что тот разрешит им остаться в доме. Когда Хоу становится чересчур настойчив, она называет его чудовищем. Маленький Босс надеется заключить с Хоу особую сделку. Его жена отдает Хоу в залог весь товар (включая драгоценный флакон с пенициллином). На вырученные деньги она рассчитывает провернуть спекуляцию с золотом. Ночью вокруг банка собирается толпа; все хотят купить золото. Даже слепые с тростями в руках спешно бегут к окошкам и встают в очередь вместе со всеми. Маленький Босс и его жена возвращаются домой избитые, с пустыми руками. Бандиты, нанятые Хоу, устраивают погром в квартире Конга, чтобы заставить его съехать. Другие уговаривают его предпринять что-нибудь в ответ, но Конг давно уже впал в отчаяние и не верит в справедливость. Дочь Хуа заболевает воспалением легких. Чтобы вылечить ее, служанка Хоу крадет у хозяина флакон с пенициллином. Маленький Босс и его жена постепенно приходят в себя. Тем временем цена на золото поднялась и застыла на очень высоком уровне. «Зато пошатнулся я», – говорит Маленький Босс. В действительности он не просто пошатнулся – он разорен. А Хоу отказывается возвращать заложенный товар. В этот момент жители дома находят в себе смелость выступить против него сообща. Министерство, где работает Хоу, переезжает в Нанкин. Хоу и его любовница видят, что все потеряно, и бегут в Тайвань. Хуа выходит на свободу и возвращается в семью. После взятия Шанхая коммунистами жители дома радостно встречают новый 1949 г.

   ►  Самый знаменитый из тех китайских фильмов, чье появление совпало с победой коммунистов в гражданской войне. «Для получения разрешения на съемки властям был предоставлен поддельный сценарий, в котором не было ни одной нападки на пока еще действующий режим; сами съемки начались за несколько месяцев до взятия Шанхая. Вскоре гоминьдановские власти обнаружили подлог и запретили работу над фильмом, но она продолжалась тайно до сентября 1949 г.» (см. Voyage autour du cinéma chinois, Association Culturelle des Cinéastes Associés, 1983). Каждый персонаж по-своему выразителен, даже если эта выразительность подчас карикатурна, как в случае с 2 злодеями (Хоу и его любовницы). С другой стороны, образы «положительных» героев отнюдь не лишены нюансов: учитель склонен к осторожному выжиданию; бродячие торговцы одержимы жаждой наживы и склонны к спекуляции. Сценарий умело выстроен так, чтобы наглядно показать, что обманутые жильцы не смогут выстоять, действуя поодиночке и применяя методы своих врагов. Объединившись, подхваченные мощной исторической волной, они легко одержат победу. Режиссура придает повествованию плавность и гибкость, чтобы максимально оживить этот небольшой урок политической грамоты. На социально-обличительном и художественном уровнях фильм не может сравниться с лучшими произведениями китайского кино 30-х гг. (На перепутье, Shizi jietou; Старый и новый Шанхай, Xinjiu Shanghai и др.). И все же он демонстрирует готовность к обновлению (не без юмора) и творческую энергию и тем самым отражает желание режиссеров того времени на деле – без пафоса и громких слов – слиться с поворотными событиями, происходившими в стране.

   см. Wuya yu maque