Перевод: с французского на русский

с русского на французский

против прошлого

  • 1 против

    БФРС > против

  • 2 Из прошлого

       см. Out of the Past

    Авторская энциклопедия фильмов Жака Лурселля > Из прошлого

  • 3 Каждый за себя, и Бог против всех

    Авторская энциклопедия фильмов Жака Лурселля > Каждый за себя, и Бог против всех

  • 4 Корона против Стивенз

    Авторская энциклопедия фильмов Жака Лурселля > Корона против Стивенз

  • 5 jeter la salière, mais garder le sel

    выбросить солонку, но сохранить соль; обновить форму, сохранив содержание

    À propos de l'héritage culturel, il refusait "l'impérialisme des chefs-d'œuvre du passé" [...] mais demandait qu'on évite le crochet inutile du soulèvement terroriste contre ces œuvres. Il voulait "jeter la salière, mais garder le sel". (France nouvelle.) — Говоря о культурном наследии прошлого, Жан Вилар отвергал "засилье шедевров былого", [...] но предостерегал против бесполезных террористических нападок на эти творения. Он хотел "выбросить солонку, но сохранить соль".

    Dictionnaire français-russe des idiomes > jeter la salière, mais garder le sel

  • 6 Allonsanfan

       1975 - Италия (100 мин)
         Произв. Una cooperative cinematografica (Джулиани Г. Де Негри)
         Реж. ПАОЛО и ВИТТОРИО ТАВИАНИ
         Сцен. Паоло и Витторио Тавиани
         Опер. Джузенне Рудзолини (цв.)
         Муз. Эннио Морриконе
         В ролях Марчелло Мастроянни (Фульвио Имбриани), Леа Массари (Шарлотта), Мимси Фармер (Мирелла), Лаура Бетти (Эстер), Клаудио Кассинелли (Лионелло), Бруно Чирино (Тито), Бенджамин Лев (Ванни-Чума), Луиза де Сантис (Фиорелла).
       1816 г. Реставрация в Италии. После краха наполеоновской империи бывшие правители возвращаются на престолы. В Милане выходит на свободу дворянин и музыкант Фульвио Имбриани. Он был арестован за связь с сектой карбонариев «Прекрасные Братья». Обессиленный, он возвращается в родовое имение, где живет его сестра Эстер, вышедшая замуж за австрийского офицера, и отлеживается там, выздоравливая и набираясь сил. Он вновь начинает облегченно и почти сладострастно вкушать радости простого человеческого счастья. Но рядом вновь возникает Шарлотта, его любовница и бывшая соратница по борьбе, некогда подарившая ему сына Массимилиано. Вслед за ней появляются и «братья», переодетые охотниками; они по-прежнему полны наивной пылкости, идеализма, думают лишь о будущем. Фульвио всего этого уже не выносит. Эстер заявляет в полицию, и Фульвио не останавливает ее. Братья попадают в засаду, часть их захвачена властями, но некоторым удается спастись. Шарлотта смертельно ранена в перестрелке.
       Фульвио находит сына и планирует уплыть с ним в Америку. На похоронах Шарлотты «братья» появляются снова: они готовят революционный поход на юг страны и говорят только об оружии и деньгах. Фульвио притворяется, будто разделяет их планы, но себе клянется, что никогда больше не будет иметь с ними дела. Он приятно проводит время с сыном и отводит его обратно в пансион. Он присваивает деньги «братьев», выделенные на покупку оружия, и избавляется от надоедливого Лионелло, который случайно тонет после того, как Фульвио предлагает ему парное самоубийство. Любовница Лионелло Мирелла хочет убить Фульвио, но тот убеждает ее, что действовал только из любви к ней. Ему даже удается ее соблазнить. Он просит Миреллу ранить его в ногу, чтобы «братья» подумали, будто на него напали пираты. Он теряет сознание перед «братьями» и против своей воли попадает на их корабль, плывущий на юг. Даже оставшись без оружия, «братья» верят в успех похода. Они высаживаются на берег, где Фульвио совершает последнее предательство. Он пользуется тем, что в их ряды влился грозный бандит Ванни-Чума, и распускает слух, будто «братья» - сторонники бандита и собираются разграбить окрестности. Крестьяне выступают им навстречу и устраивают резню. Фульвио снимает красную рубаху, отличительный знак всех «братьев», и думает, что избежал опасности. Однако, услышав от Аллонзанфана, одного из самых молодых и самых экзальтированных «братьев», бредовый рассказ об их победе и братании с крестьянами, Фульвио верит его словам, вновь надевает красную рубаху и погибает.
        Творчество братьев Тавиани, хоть и обладает неоспоримой тематической цельностью, с точки зрения формы весьма неровно и с трудом поддается общей оценке. Самыми интересными и самыми проработанными остаются их первые фильмы. Взяв разбег в Ниспровергателях, I sovversivi, 1967, братья продолжают набирать обороты в фильме У святого Михаила был петух, San Michele aveve un gallo, 1972, почти что шедевре, и достигают вершины мастерства в Аллонзанфане. После чего их творчество только оскудевает. Если сюжет Отца-хозяина, Padre padrone, 1977, по-прежнему увлекателен, форма уже начинает терять очертания, и впоследствии скатывается в беспомощную халтуру и парадоксальную слащавость, результатом которых станут абсолютно провальные картины: Хаос, Kaos, 1984, и Доброе утро, Вавилон, Good Morning, Babylon, 1987. Все фильмы Тавиани говорят о политике. Это не мешает режиссерам в своих лучших картинах (в особенности - этой) достигать универсальности. Даже с историей они обращаются весьма вольно - ради пущей выразительности и символичности, а также политической составляющей сюжета. В данном случае появление «красных рубах» и попытки революционного похода на юг совершенно очевидно перенесены из другого исторического периода.
       Размышления братьев Тавиани в немалой степени направлены на физическое и психическое состояние бойца революции. Авторы особенно настаивают, что он теряет связь с настоящим, мысли его устремлены в будущее и в утопию, а иногда зациклены на них: поэтому такое значение и особенный вес приобретают в картине воображаемые сцены, напоминающие сон или бред. Как говорят сами авторы, они хотели в первую очередь «вновь утвердить утопию как творческую силу, как момент истины» (см. Jean Gili, «Le cinema italien», 10/18, 1978). Специфической темой Аллонзанфана становится внезапное, повторяющееся и невыносимое вторжение прошлого в жизнь героя (или антигероя), вынужденного тащить это прошлое за собой, как чугунную гирю. Тема эта в определенной степени даже комична, и временами фильм становится злорадно ироничен, хотя эта ирония всегда выражается очень сдержанно (см. 2 сцены, когда группа «прекрасных братьев» появляется в имении Фульвио и на похоронах Шарлотты; их появление всякий раз сопровождается разочарованным закадровым комментарием героя). Убедительность оригинальной и редко затрагиваемой темы может быть порождена личным опытом или жизненными историями, не имеющими никакого отношения к политике.
       В фильме персонаж Фульвио может избавиться от чересчур живучего прошлого только через последовательную серию предательств, выражающих его бессилие. Братья Тавиани раскрывают тему придавая ей масштабность оперы; в этом им помогает отстраненный и восхитительный лиризм, в котором объединяются две основные характерные черты их авторского стиля: ярко выраженная и почти литургическая медлительность, полубарочный монтаж, раздувающий значение и силу некоторых деталей и моментов в ущерб общему и взвешенному видению сцены. И фильм, и герой продвигаются вперед, то и дело теряя равновесие, постоянно рискуя оказаться не там, куда они шли изначально. Так Фульвио теряет друзей, которых любил и уважал. Что же до братьев Тавиани, они стараются мыслить позитивно, динамично и диалектично: но вследствие их эстетической горячности, ход их размышлений чаще всего скатывается к пронзительному и безысходному пессимизму. Великолепно играет Мастроянни, без всяких усилий объединяя в образе своего персонажа элегантность аристократа, усталость, разочарование, жалкую мягкотелость и огромную человечность. Музыка Морриконе в очередной раз удивляет всех и весьма впечатляющим образом влияет на содержание и на общие достоинства фильма.
       БИБЛИОГРАФИЯ: сценарии и диалоги окончательной версии фильма опубликованы издательством «Capelli» (Bologna, 1974) с интервью братьев Тавиани. В издание также входит сценарий У святого Михаила был петух.

    Авторская энциклопедия фильмов Жака Лурселля > Allonsanfan

  • 7 The Big Sleep

       1946 - США (114 мин)
         Произв. Warner (Хауард Хоукс)
         Реж. ХАУАРД ХОУКС
         Сцен. Уильям Фолкнер, Ли Брэкетт, Джулз Фёртмен по одноименному роману Реймонда Чандлера
         Опер. Сид Хикокс
         Муз. Макс Стайнер
         В ролях Хамфри Богарт (Филип Марлоу), Лорен Бэколл (Вивьен Ратледж), Джон Риджли (Эдди Марс), Марта Викерз (Кармен Стернвуд), Дороти Мэлоун (хозяйка книжного магазина), Пегги Нудсен (миссис Эдди Марс), Реджис Туми (Берни Олс), Чарлз Уолдроп (генерал Стернвуд), Чарлз Д. Браун (Норрис), Боб Стил (Канино), Элайша Кук-мл. (Гарри Джоунз), Луис Джин Хайдт (Джо Броди), Соня Дэррин (Эгнес Лозиер).
       Лос-Анджелес. Детектив Филип Марлоу нанят на работу старым генералом Стернвудом, живущим в оранжерее среди орхидей и питающимся, как и они, теплом. Генерал хочет, чтобы Марлоу расследовал дело о шантажисте, выбравшем своей мишенью его младшую дочь Кармен. Кармен - очаровательное дитя, «совсем чуть-чуть нимфоманка» (по словам Хоукса) и законченная алкоголичка. Марлоу находит 1-го шантажиста Гайгера, следит за ним и вскоре находит мертвым. Он знакомится со старшей сестрой Кармен - Вивьен - и через какое-то время понимает, что, желая защитить сестру, Вивьен связалась с подозрительными людьми. Марлоу активно продолжает расследование и несколько трупов спустя приходит к выводу, что все вокруг - полиция, прокурор, генерал, Вивьен и т. д. - хотят, чтобы он поскорее забросил дело. Упрямство, личные принципы, а главное - все более живой интерес к Вивьен - не позволяют ему подчиниться. Он находит 2-го шантажиста, куда более опасного и вредоносного - Эдди Марса, хозяина игорного дома. Приходится убить сообщника Марса, а потом заманить его самого в ловушку и подставить под пули его же людей. Кармен требуется лечение в больнице, а Марлоу решает лично заняться Вивьен, которая только об этом и мечтает.
        2-й фильм экранной пары Богарт-Бэколл, впервые блеснувшей в Иметь и не иметь, Tо Have and Have Not. Они снова снимаются у Хоукса, для которого эта картина станет единственной вылазкой на территорию нуара. Хоукс демонстрирует большую отвагу, создавая безупречный образец жанра и не скрывая при этом ни на минуту своего полнейшего безразличия к жанру как таковому. Богарт в своей лучшей форме; одно из лучших экранных воплощений Филипа Марлоу - образ человека, привыкшего к действию, но постоянно теряющего равновесие или, вернее, балансирующего на грани между своим моральным идеализмом и реализмом; декадентская и отравленная атмосфера Лос-Анджелеса, города ночного, влажного и безгранично растянутого в пространстве; интрига, ставшая легендарной благодаря своей сложности и запутанности (все создатели фильма признавались, что так и не разобрались в ней целиком); ироничные и живые диалоги, делающие историю более симпатичной и современной по духу - таковы характерные элементы Глубокого сна, сделавшие фильм классическим образцом жанра нуар, хоть он и сильно уступает фильму Из прошлого, Out of the Past или лучшим картинам Сиодмака.
       Доводя до крайности одну характеристику жанра (запутанность действия), Хоукс добивается того, что главным в фильме становятся отдельные моменты и персонажи. В серии особенно удачных парных сцен Марлоу предстает перед нами в окружении женщин: он их отбрасывает одну за другой и обращает все внимание на Вивьен. Благодаря ей интрига, рассказанная целиком и полностью с точки зрения Марлоу, все настоятельнее требует его присутствия. Если и есть в этом фильме подлинное движение вперед, оно связано вовсе не с поиском виновного, а с растущей привязанностью сыщика к собственной истории. Сам Хоукс, показывая это движение, неуклонно сохраняет дистанцию. Его как раз забавляет контраст между все более явной вовлеченностью персонажа в расследование (и в любовные отношения) и отстраненностью его самого, рассказчика, от предмета своего рассказа. Этот контраст порождает динамичность комического свойства. Хоукс придаст ей гораздо большие градус, оригинальность и оторванность от какого бы то ни было жанра в Хатари, Hatari!( обратите внимание, как меняется Джон Уэйн, против собственной воли влюбляясь в Эльзу Мартинелли). Режиссер потому так держится за свой сухой, непринужденный, саркастичный неподражаемый тон, что этот тон позволяет ему оставаться в некотором роде моралистом. Хоукс проповедует отстраненность в искусстве, хотя считает ее недостижимой (и к тому же нежелательной) в жизни.
       N.В. Фильм был завершен в 1944 г., но американская публика увидела его лишь в 1946-м. За это время Хоукс добавил несколько сцен с участием Богарта и Бэколл, в том числе - знаменитый обмен репликами, где в коневодческих терминах идет разговор об акте любви. Британский ремейк, чье действие перенесено в Лондон, снят Майклом Уипнером (1978). Роль Богарта примеряет на себя Мичам, но даже весь его талант не может оправдать существование этого фильма.
       БИБЛИОГРАФИЯ: сценарий и диалоги в сборнике «Film Scripts Two» (Appleton-Century-Crofts, New York, 1971). В сборник вошла окончательная версия сценария, утвержденная к съемкам. Раскадровка после монтажа (609 планов) опубликована в журнале «L'Avant-Scene», № 329–330 (1984). Этот весьма насыщенный номер посвящен нуару в целом и, в частности, включает статью Оливье Эйкема, где перечислены добавления и сокращения, сделанные на съемках (проходивших в 2 этапа) в сценарии, опубликованном в 1971 г. Сошлемся также на главу о Глубоким сне в книге Стивена Пендо «Реймонд Чандлер на экране: его романы в кино» (Stephen Pendo, Raymond Chandler On Screen: His Novels into Film, The Scarecrow Press. Metuchen, New Jersey, 1976).

    Авторская энциклопедия фильмов Жака Лурселля > The Big Sleep

  • 8 Citizen Kane

       1941 - США (119 мин)
         Произв. RKO, Mercury Theatre Production (Орсон Уэллс)
         Реж. ОРСОН УЭЛЛС
         Сцен. Герман Дж. Манкивиц. Орсон Уэллс
         Oпер. Грегг Тоуленд
         Муз. Бернард Херрманн
         Худ. Ван Пест Полглейз, Перри Фергюсон, Даррелл Силвера
         В ролях Орсон Уэллс (Чарлз Фостер Кейн), Джозеф Коттен (Джедедайя Лиланд), Дороти Камингор (Сьюзен Александер Кейн), Эверетт Слоун (мистер Бернстайн), Джордж Кулурис (Уолтер Паркс Фетчер), Рей Коллинз (Джеймс У. Геттис), Рут Уоррик (Эмили Нортон Кейн), Эрскин Сэнфорд (Герберт Картер), Уильям Алленд (Джерри Томпсон), Агнес Мурхед (миссис Кейн), Ричард Беэр (Хиллмен), Пол Стюарт (Реймонд).
       На ограде поместья «Занаду» висит табличка с надписью «Вход воспрещен». В замке умирает одинокий мужчина. Он выпускает из рук стеклянный шар, внутри которого снег падает на маленький домик, и произносит одно лишь слово: «Rosebud» («бутон розы»). Его тело обнаруживает медсестра. Выпуск кинохроники вкратце пересказывает жизнь и карьеру этого человека - Чарлза Фостера Кейна. Поселившись в роскошном поместье «Занаду» (постройка которого, впрочем, так и не была завершена), Кейн загромождал его своей коллекцией, прежде всего - скульптурами, которые зачастую даже не извлекались из ящиков. Ему принадлежали 37 газет, радиостанция, здания, корабли и т. д. В 1868 г. его мать, хозяйка гостиницы, получила в счет погашения долга бумаги на владение заброшенного золотого прииска в Колорадо. Оказалось, что прииск находился на сказочной жиле - 3-й в мире по величине. Кейн начинает политическую карьеру: его причисляют то к фашистам, то к коммунистам, сам же он называет себя простым американцем. С 1895 по 1941 г. он занимает все возможные политические посты, вызывая в народе то любовь, то ненависть поочередно. Со своей 1-й женой, племянницей президента США, он разводится в 1916-м; через 2 года она погибает вместе с их сыном в авиакатастрофе. Кейн женится на оперной певице Сьюзен Александер, для которой строит «Оперу» в Чикаго. Этот брак также заканчивается разводом. В 1916 г. Кейн бьется за пост губернатора штата Нью-Йорк, но терпит поражение на выборах. Скандал, связанный с его частной жизнью (его застают с певицей - той самой, на которой он впоследствии женится), лишает его шансов на успех. После кризиса 1929 г. его империя несет серьезные убытки. Выступая по радио, он утверждает, что никакой войне не бывать. Он превращается в старика, которого никто не принимает всерьез, и в 70 лет умирает.
       Хроника заканчивается; после просмотра директор новостного агентства дает журналисту по фамилии Томпсон задание выяснить смысл последних слов Кейна: «бутон розы». Первым делом Томпсон направляется в кабаре Сьюзен Александер в Атлантик-Сити. Та не трезва и отказывается его принять. После этого Томпсон получает разрешение ознакомиться с рукописными мемуарами Фетчера, бывшего опекуна Кейна.
       1-й ФЛЭШБЕК: В 1871 г. вопреки воле отца мать Кейна поручает ребенка заботам Фетчера, которому также переходит его состояние. Маленький Чарлз толкает Фетчера и бьет его санками. Он отчаянно противится расставанию с родителями. В 25 лет, исключенный из нескольких колледжей, он становится 6-м в списке богатейших людей планеты. Среди всех его владений лишь одно интересует Кейна: газетенка «Инкуайрер». Кейн лично берется управлять ею по новым методам. «Инкуайрер» не пропускает ни одного скандала, включая тот, в который замешана железнодорожная компания, одним из главных акционеров которой является Кейн. В 1929 г. он уступает права на все свои газеты. «Если бы я не был богат, - говорит он, - я мог бы стать великим человеком».
       НАШЕ ВРЕМЯ: Томпсон находит Бернстайна, ближайшего помощника Кейна.
       2-й ФЛЭШБЕК. Бернстайн вспоминает, как Кейн взял управление «Инкуайрером» в свои руки. Кейн располагается в редакции и проводит там 24 часа в сутки. Он сочиняет и публикует декларацию принципов, в которой клянется всегда отстаивать права человека и говорить только правду. Вскоре тираж «Инкуайрера» обгоняет тираж главного конкурента - газеты «Кроникл», некогда в 20 раз больший. За 6 лет Кейн переманивает к себе весь редакторский штат «Кроникл». Успех газеты отмечается широким банкетом с танцовщицами мюзик-холла. Кейн покупает в Европе самый крупный бриллиант на планете. Он женится на Эмили Нортон, племяннице президента США.
       НАШЕ ВРЕМЯ. Бернстайн выдвигает гипотезу, что «бутон розы» - это вещь, потерянная когда-то Кейном. Он советует Томпсону расспросить Лиланда, однокашника Кейна, который некогда был его лучшим другом. Томпсон направляется в больницу «Хантингтон», где доживает свои дни стареющий Лиланд. Тот рассказывает ему о Кейне: «Он всегда поступал жестоко… В нем было определенное благородство… Он никогда не откровенничал о себе… Он придерживался самых разных мнений».
       3-й ФЛЭШБЕК. Лиланд рассказывает о супружеской жизни Кейна с его 1-й женой. Виделись супруги только за завтраком. Эмили упрекала мужа в том, что он все время проводит в редакции газеты и публикует нападки на ее дядю-президента.
       НАШЕ ВРЕМЯ. Комментарий Лиланда: «Кейн искал любви, но сам не мог ничего дать взамен».
       4-й ФЛЭШБЕК. Лиланд вспоминает, как однажды ночью Кейн знакомится на улице с девушкой - Сьюзен Александер. У Сьюзен болят зубы: она приглашает Кейна к себе домой. Она работает в музыкальном магазине и мечтает стать певицей. Во время предвыборной кампании Кейн втаптывает в грязь своего оппонента Геттиса. Тот пытается заставить Кейна снять свою кандидатуру, грозя обнародовать его связь со Сьюзен: Кейн отказывается. Геттис публикует обличительную статью. Кейна бросает жена, он проигрывает выборы. Лиланд, ведущий авторскую колонку в «Иикуайрере», упрекает Кейна, что тот из милости дает рабочим права, за которые те могут побороться сами. Он обвиняет Кейна в невнимании ко всем, кроме себя самого. На долгие годы друзья прекращают общаться: Лиланд просит перевода в Чикаго. Кейн женится на Сьюзен и строит для нее «Чикагскую Оперу». Она дебютирует в «Саламбо». Подводя итог премьере в рецензии, Лиланд называет Сьюзен невежественной дилетанткой. Напившись до беспамятства, он засыпает над печатной машинкой. Кейн дописывает статью за Лиланда и увольняет его с чеком на 25 000 долларов.
       НАШЕ ВРЕМЯ. Комментарий Лиланда: «Он захотел доказать, что остается честным человеком». Томпсон снова приходит к Сьюзен: на этот раз ему удается разговорить ее.
       5-й ФЛЭШБЕК. Сьюзен вспоминает унизительные уроки пения, к которым принуждал ее Кейн. Это он против ее воли хотел сделать из Сьюзен оперную диву. После провала чикагской премьеры она бесится от злости, читая статью Лиланда. Тот же впоследствии отправляет Кейну рукопись его декларации принципов. Кейн заставляет жену продолжать выступления в Америке и поддерживает ее хвалебными рецензиями в своих газетах. Сьюзен пытается покончить с собой; после этого Кейн отказывается от попыток сделать из нее певицу. Они поселяются в уединении в только что отстроенном, огромном и мрачном поместье «Занаду». Сьюзен снова и снова собирает гигантский паззл. Невероятный по пышности пикник на берегу моря лишь добавляет мрачности обстановке. Супруги ссорятся. Сьюзен пакует чемоданы.
       НАШЕ ВРЕМЯ. Слова «бутон розы» ничего не говорят Сьюзен. Она советует Томпсону обратиться к Реймонду, мажордому «Занаду», 11 лет проведшему на службе у Кейна. Реймонд соглашается говорить за вознаграждение в 1000 долларов.
       6-й ФЛЭШБЕК. После ухода Сьюзен, Кейн громит мебель в ее комнате, а затем, держа в руке хрустальный шар, шепчет слова «бутон розы».
       НАШЕ ВРЕМЯ. Больше мажордому нечего сказать о «бутоне розы». Фотографы во всех возможных ракурсах делают снимки поместья и огромных коллекций Кейна. Горы рухляди отправляются в огонь: мелькают в пламени и санки маленького Чарлза, на которых видна надпись, не замеченная никем, кроме их владельца: «Rosebud». На ограде «Занаду» по-прежнему висит табличка с надписью «Вход воспрещен».
        Сразу после выхода на экраны и в 1-е послевоенные годы фильм произвел настолько сильное впечатление, что немедленно занял место в списках величайших фильмов за всю историю кинематографа, составляемых историками, критиками и простыми киноманами (это место он занимает и по сей день). В недавно вышедшей в свет книге Джона Кобала «Сто лучших фильмов» (John Kobal. The Top 100 Movies, London. Pavilion Books, 1989), куда включены 80 списков фильмов со всего мира, Гражданин Кейн занимает 1-ю позицию. Немалая - и, без сомнения, важнейшая - доля его оригинальности присутствовала уже на бумаге задолго до 1-го съемочного дня. Она связана с сюжетной конструкцией фильма, содержащей в себе как минимум 3 новаторских элемента. Прежде всего, фильм открывается кратким экскурсом или оглавлением в виде кинохроники, где пересказываются основные вехи жизни и карьеры Кейна. Таким образом, в самом начале намечаются главные этапы, по которым в дальнейшем будет развиваться сюжет. Это абсолютно оригинальный прием: нам не известны другие фильмы, которые бы предварялись подобным вступлением. 2-й новаторский элемент: систематическое и неоднократное использование флэшбеков, придающее Гражданину Кейну структуру фильма-расследования. Флэшбеки связаны с 5 различными рассказчиками, с которыми общается ведущий расследование журналист. Один рассказчик - опекун Кейна Фетчер - поначалу вступает в действие лишь заочно, как автор читаемых журналистом мемуаров; однако в других частях фильма мы наблюдаем его во плоти. Неожиданный поворот, подстегивающий любопытство зрителя: 1-й же человек, к которому обращается за помощью журналист (Сьюзен Александер), отказывается с ним разговаривать: ее рассказ окажется лишь 5-м из 6 флэшбеков. Хотя фильм Уэллса является далеко не 1-м случаем применения флэшбеков (истории кино известны такие яркие примеры, как фильм Уильяма Хауарда Власть и слава, The Power and the Glory, 1933 по сценарию Престона Стёрджеса, структурой и содержанием напоминающий Гражданина Кейна, и фильм Марселя Карне День начинается, Le Jour se lève), он становится важнейшим этапом в истории этого приема. 3-й новаторский элемент: при том что большинство сцен и эпизодов в различных флэшбеках дополняют друг друга в описании происходящих событий (что совершенно нормально), некоторые дублируют одно и то же событие, показывая его с разных точек зрения. Например, премьера «Саламбо» показана дважды: в пересказе Лиланда (4-й флэшбек) и в пересказе Сьюзен (5-й флэшбек). Повтор одного события в прошлом с разных точек зрения в данном случае, несомненно, используется в кинематографе впервые, хотя с тех пор вошло в обиход: упомянем лишь самые прославленные примеры - Расёмон, Rashomon, целиком основанный на этом приеме, и Босоногая графиня, The Barefoot Contessa.
       Однако новаторская конструкция Гражданина Кейна все же не безупречна ни с точки зрения цельности, ни с точки зрения равновесия между частями. Показывая своего героя исключительно через свидетельства, письменные воспоминания и кадры кинохроники, Уэллс сам отрекается от этого приема и превращается в рассказчика-демиурга, впрямую раскрывая зрителю в последнем эпизоде значение слов «бутон розы». С другой стороны, описание Кейна как неудавшегося Пигмалиона (в отношениях co 2-й женой) принимает такое большое значение, что существенно принижает описание других сторон его жизни. Как бы то ни было, конструкция фильма произвела сильное впечатление на зрителей и критиков. Можно предположить, что впечатление было усилено тем фактом, что главный герой, чей портрет служит основой фильму, вовсе не соответствует его (фильма) структурной премудрости: ему просто-напросто не хватает содержания. В этом смысле фильм значительно уступает своей репутации. В истории кинематографа Кейн - самый яркий пример того, что называют «испанской харчевней» (***) (в худшем смысле слова). Он - мыльный пузырь, пустая оболочка, получающая наполнение лишь благодаря 2 внешним факторам. 1-й фактор - его прототип (Уильям Рэндолф Хёрст), магнат прессы и известный манипулятор общественным мнением, фигура которого придает Кейну определенное социологическое значение: даже при том, что Хёрст - не единственный прототип (также в этой связи упоминаются Бэзил Захарофф, Хауард Хьюз и др.), в его биографии достаточно совпадений с биографией Кейна, чтобы рассматривать Кейна как экранное воплощение Хёрста. 2-й фактор - схожесть персонажа с самим Уэллсом: мегаломания, постоянная тяга к самоутверждению и т. д.
       С точки зрения драматургии, самым крупным достижением Уэллса можно назвать то, что ему удалось вызвать у публики сочувствие к этому баловню судьбы - то сочувствие, которое обычно она испытывает к неудачникам. (Отметим, что и сам фильм, подобно Кейну, несмотря на успех у публики, потерпел финансовый крах и стал прибыльным лишь после серии повторных прокатов.) Некоторые, подобно Сартру в знаменитой статье в журнале «L'Ecran francais» (1 августа 1945 г.), критиковали фильм за излишнюю интеллектуализацию и эстетство, однако их реакцию надо рассматривать в связи с парадоксальной блеклостью центрального персонажа. В самом деле, Кейн как персонаж почти полностью лишен художественного и психологического наполнения. Вся его сила - в мифе вокруг него, что превращает его в колосса на глиняных ногах. Позднее Уэллс воплотит на экране гораздо более глубоких персонажей: например, Аркадина в Мистере Аркадине, Mr. Arkadin и полицейского Куинлана в Печати зла, Touch of Evil.
       С визуальной точки зрения, Гражданин Кейн использует набор приемов (короткий фокус, съемки с верхней и нижней точек, присутствие в кадре потолка, предметы на границе кадра и т. д.), придуманные до Уэллса, но превращенные им в элементы уникального барочно-риторического стиля. Здесь уместно задать 2 вопроса. Действительно ли Гражданин Кейн - революционный фильм? Действительно ли это фильм модернистский? Стереотипы, распространенные у большинства историков кино, навязывают нам утвердительный ответ: но пойти у них на поводу означало бы судить второпях. Слишком заметно в стилистике Уэллса наследие прошлого: влияние экспрессионизма ощущается в декорациях, освещении и схематизме некоторых второстепенных персонажей, что еще более подчеркивает посредственная игра актрис (хотя исполнители мужских ролей превосходны); влияние русского кино - в аналитическом и произвольном дроблении сюжетной конструкции (никогда прежде не применявшемся так широко). В этом отношении, возвращаясь к русским первоисточникам, Гражданин Кейн кажется полной противоположностью модернизму, ведь модернистский кинематограф (Ланг, Мидзогути, Преминджер), напротив, тяготеет к синтезу и монолитности, пытаясь сделать максимально незаметными присутствие и роль монтажа, и стремится к неосуществимому идеалу; фильму из 1 длинного плана. Таким образом, Уэллс произвел революцию лишь в отношении некоторых голливудских устоев. Остается вопрос глубины кадра и ее применения в длинных планах: эта стилистическая фигура служит одной из основ модернистского кино и применяется Уэллсом. Однако он использует глубину кадра настолько демонстративно, что она слишком бросается в глаза, не обладая при этом большим смысловым наполнением, нежели ряд обычных планов. Что касается знаменитого кадра, в котором Кейн застает Сьюзен за попыткой суицида (с пузырьком и стаканом на 1-м плане) и который считается идеальным примером длинного плана с глубиной кадра, он далек от реалистичного, глобального, синтетического, всеобъемлющего использования кинематографического пространства, поскольку достигнут, как это известно сегодня, при помощи хитрой технической уловки. Сначала кадр был снят с наведением фокуса на освещенный передний план, а задний план был погружен в темноту и невидим. Затем пленку отмотали назад и сняли тот же кадр заново, затемнив передний план и наведя фокус на задний. В этом случае Уэллс предстает таким же несравненным манипулятором и фокусником, как и Кейн: и главными жертвами манипуляций становятся его почитатели, и в 1-ю очередь - Андре Базен. Назвав режиссерскую манеру в этом кадре «естественной», Базен делает более общий вывод о «реализме» подобного монтажа. «Реализм в какой-то степени онтологический, - пишет он, - вновь наделяющий декорации и предметы плотностью бытия, весом присутствия: реализм драматический, отказывающийся отделять актера от декораций, передний план от заднего; реализм психологический, ставящий зрителя в подлинные условия восприятия, которое никогда не бывает определено заранее», (см. Andre Bazin, Orson Welles, Editions du Cerf, 1972, Ramsay 1988). Во всех 3 областях, упомянутых Базеном, этот так называемый «реализм» является лишь продуктом манипуляций Уэллса, пытающегося втиснуть реальность в кадр, неестественность, обездвиженность и неловкость которого бросаются в глаза, даже если не знать историю его создания. Заблуждением становятся любые разговоры о реализме (тем более - онтологическом) применительно к Уэллсу, который так радикально отходит от него по своей барочной природе, по своему призванию иллюзиониста и мастера технических фокусов, по страсти к переодеванию, гриму и парикам. Кстати, парики в Гражданине Кейн, вызывают особо отталкивающее впечатление, хотя они и необходимы, раз уж 25-летний Уэллс играет человека в возрасте от 26 до 70 лет. Сартр писал: «Все в этом фильме проанализировано, препарировано, представлено в продуманном порядке: иллюзия беспорядка служит лишь подчинением порядка событий порядку причин: все безжизненно. Технические новшества фильма изобретены не для того, чтобы оживить его. Встречаются примеры великолепной операторской работы… Но слишком часто возникает впечатление, что изображение ставится превыше всего: нас заваливают перегруженными, неестественными и вымученными кадрами. То же бывает и в романах, когда на первый план выдвигается стиль, а персонажи настолько блеклы, что забываются через мгновение». (Этот текст включен в великолепный труд Оливье Барро [Olivier Barrot, L'Ecran francais, 1943–1953, histoire d'un journal et d'une epoque. Les Editeurs Francais Reunis, 1979]).
       Последний вопрос: действительно ли Гражданин Кейн оказал решающее влияние на эволюцию кинорежиссуры? Многие историки и на этот вопрос отвечают утвердительно, иногда впадая при этом в крайности на грани бреда. С эстетической точки зрения влияние этого фильма можно ограничить жанровыми рамками нуара - благодаря конструкции фильма-расследования и теме ностальгии по детству как по утраченному раю, которую символизирует пароль «бутон розы». Не случайно Роберт Оттосон в предисловии к «Справочнику по американскому нуару, 1940–1950» (Robert Ottoson, Reference Guide to the American Film Noir 1940–1950, Scarecrow Press, 1981) называет появление Гражданина Кейна среди 8 главных факторов, предопределивших рождение жанра (после немецкого экспрессионизма; французского поэтического реализма; «крутых» детективных романов; возвращения послевоенного кинематографа в студийные экстерьеры ради экономии средств; атмосферы отчаяния, порожденной войной и сложностями в приспособлении ветеранов войны к мирной жизни; возросшего интереса к Фрейду и психоанализу; и, наконец, итальянского неореализма). Поскольку Уэллс, по своей сути, являлся барочным режиссером, его влияние было весьма ограниченным: стиль барокко всегда занимал мизерные позиции в голливудском и мировом кино. Помимо непосредственного влияния на некоторых скромных мастеров, вращавшихся в его орбите (Ричард Уилсон, Пол Уэндкос), Уэллс в некоторой мере наложил отпечаток па творчество нового поколения американских режиссеров 50-х гг.: Олдрича (в особенности - на его фильм Целуй меня до смерти, Kiss Me Deadly), Николаса Рея и Фуллера. Но несомненно решающее влияние Гражданин Кейн оказал на взгляд публики, киноманов и начинающих кинематографистов на сам кинематограф и на место режиссера в творчестве. Отказываясь от роли «серого кардинала», будучи, напротив, человеком крайне амбициозным, постоянно ищущим повод доказать другим свою гениальность, Уэллс стал в глазах многих наглядным символом авторского режиссера.
       Могло ли это случиться, не займи он в пространстве собственного фильма место исполнителя главной роли? 25-летний молодой человек, успевший попробовать себя на поприще художника, журналиста, актера, театрального режиссера и радиоведущего, для своего 1-го фильма добился от компании «RKO» огромного бюджета и полной свободы, включая контроль над финальной стадией монтажа (высшая привилегия). Таким образом, Гражданин Keйн стал сенсацией еще до начала съемок. Дело довершил выдающийся талант Уэллса в области саморекламы, так восхищавший режиссеров французской новой волны. Дошло до того, что за прошедшие 30 лет почти напрочь забыт выдающийся вклад соавтора сценария - блистательного Германа Дж. Манкивица, который настолько заслонял своего младшего брата Джозефа Л. Манкивица, что Джозеф однажды сказал: «Я знаю, что будет написано на моей могиле: Здесь покоится Герм… то есть Джо Манкивиц». Авторство большей части содержания и структуры фильма (в том числе - бессмертного «бутона розы») целиком принадлежит Герману Дж. Манкивицу, написавшему в одиночку две 1-е версии сценария. (Также не стоит недооценивать вклад оператора-постановщика Грегга Тоуленда и композитора Бернарда Херрманна, хотя работа последнего здесь выглядит лишь бледным наброском к той музыке, что он будет писать впоследствии для Манкивица или Хичкока). В заключение можно сделать вывод, что Гражданин Кейн оказался более важен для истории кинокритики, чем для самого искусства кино. Гражданин Кейн научил многих зрителей внимательнее смотреть кино и иначе оценивать значение режиссера в коллективном труде по созданию фильма. Естественно, этому зрители могли научиться и без него. Однако вопреки утверждениям некоторых о том, что своим фильмом Уэллс кардинально изменил статус режиссера в Голливуде, большинство величайших голливудских мастеров (Ланг, Уолш, Турнёр, Сёрк и др.) - за исключением разве что Хичкока, Форда и некоторых других - после Уэллса (как и до него) предпочитали оставаться в тени. В большинстве случаев такое положение дел их устраивало. Разве им нужен был Уэллс, чтобы проявить себя?
       БИБЛИОГРАФИЯ: сценарий и диалоги в журнале «L'Avant-Scene», № 11 (1962). «Книга Гражданина Кейна» (The Citizen Kane Book, Boston, Little, Brown, 1971) содержит режиссерский сценарий и тщательную раскадровку фильма. Полин Кейл в своей знаменитой статье («Raising Каnе») приписывает авторство большей части сценария Герману Манкивицу. Ее позиция, несомненно, не лишена преувеличений, однако достойна того, чтобы вызвать дискуссию по этому поводу: Также см, Robert L. Carringer. The Making of Citizen Kane, London. John Murray. 1985 - детальное исследование создания фильма с различных точек зрения. Подлинные документы (в т. ч. фотосъемка сцены в публичном доме, позднее замененной на банкет в редакции «Инкуайрера» с участием танцовщиц из мюзик-холла). О создании сценария см. Richard Meryman, The Wit, World and Life of Herman Mankiewicz, New York, William Morrow, 1978. Автор этой биографии утверждает, что обнаружил прообраз санок Кейна: велосипед, в детстве принадлежавший Манкивицу. «Его у него украли, но, поскольку он плохо себя вел, в наказание новый так и не купили. Велосипед стал для Германа символом обиды, причиненной ему отцом-пруссаком, и нехватки любви, которую он ощущал все свое детство». Опираясь на слова многих свидетелей, в том числе - ассистента Уэллса, автор также утверждает, что Уэллс использовал все доступные средства, чтобы заставить Манкивица снять с титров свою фамилию как автора сценария.
       ***
       --- «Испанская харчевня» (l'auberge espagnole) - во фр. языке устойчивое выражение, обозначающее место, где можно есть лишь ту еду что приносишь с собой. И данном контексте оно означает понятие, которое каждый интерпретатор наполняет тем смыслом, каким пожелает.

    Авторская энциклопедия фильмов Жака Лурселля > Citizen Kane

  • 9 The Godfather

       1972 - США (176 мин)
         Произв. PAR (Алберт С. Радди)
         Реж. ФРЭНСИС ФОРД КОППОЛА
         Сцен. Марио Пьюзо и Фрэнсис Форд Коппола по одноименному роману Марио Пьюзо
         Опер. Гордон Уиллис (Technicolor)
         Муз. Нино Рота
         В ролях Марлон Брандо (дон Вито Корлеоне), Ал Пачино (Майкл Корлеоне), Джеймс Каан (Сонни Корлеоне), Ричард Кастеллано (Клеменца), Роберт Дювалл (Том Хэген), Стерлинг Хейден (Маккласки), Джон Марли (Джек Уолц), Ричард Конте (Барцини), Дайан Китон (Кей Эдамз), Эл Леттьери (Соллоццо), Эйб Вигола (Тессио), Талья Шайэр (Конни Рицци), Джон Казали (Фредо Корлеоне), Ал Мартино (Джонни Фонтэйн), Алекс Рокко (Мо Грин), Джон Мартино (Поли Гатто), Ленни Монтана (Лука Брази), Тони Джорджио (Бруно Татталья), Виктор Рендина (Филип Татталья), Симонетта Стефанелли (Аполлония).
       Август 1945 г. В день свадьбы своей дочери Конни с молодым букмекером Карло Рицци дон Вито Корлеоне, «Крестный отец» одной из 6 мафиозных «семей» Нью-Йорка (слово «мафия» не произносится в фильме ни разу), дает аудиенции и принимает просителей. Среди них - его протеже, певец Джонни Фонтэйн, которому дон Корлеоне когда-то помог. Джонни очень хочет получить роль в фильме, но продюсер Джек Уолц категорически против, поскольку Фонтэйн увел у него любовницу. Дон Корлеоне поручает уладить дело Тому Хэгену, своему юридическому советнику и приемному сыну. Джек Уолц поначалу крайне неуступчив, но затем принимает предложение, когда утром находит в своей кровати окровавленную голову любимой скаковой лошади.
       К дону Корлеоне обращается за помощью наркобарон Соллоццо. Он предлагает сотрудничество, надеясь воспользоваться защитой многочисленных судей и политиков, живущих на содержании у дона Корлеоне. Дон Корлеоне отказывается принимать участие в том, что считает грязным занятием, и его отказ разжигает войну между «семьями». Не доверяя семье Татталья, которая покровительствует Соллоццо, дон Корлеоне отправляет к ним своего самого верного человека Луку Брази, чтобы прояснить их намерения. Соллоццо и его сообщники душат Луку Брази и прибивают его руку к барной стойке. Самого дона Корлеоне расстреливают из автоматов, когда тот покупает фрукты на рынке. Лишь чудом ему удается избежать смерти. Его старший сын Сонни казнит Поли Гатто, предателя, подстроившего покушение, а другой сын Майкл - герой войны, которого дон Корлеоне намеренно держит в стороне от дел в надежде когда-нибудь сделать из него сенатора или губернатора - спасает жизнь отцу, отправившись в больницу и переставив его койку в другую палату незадолго до появления врагов, планирующих добить раненого.
       Узнав, что по приказу Сонни убит сын Таттальи Бруно, Майкл решает собственноручно расправиться с Соллоццо и с его верным сообщником - полицейским Маккласки. Он предлагает обоим примирительную встречу в ресторанчике, чей адрес удается заранее выведать семье Корлеоне. В туалете ресторанчика прячут револьвер; из него Майкл неожиданно расстреливает собеседников. После этого «подвига» Майкл уезжает отсидеться на Сицилию. Там он встречает молодую крестьянку Аполлонию, которая заставляет его забыть о нью-йоркской невесте Кей; Майкл решает жениться на Аполлонии.
       В Нью-Йорке Сонни мчится на выручку своей сестре Конни, в очередной раз избитой мужем, и попадает в засаду. Его расстреливает целый взвод убийц. Майкл на Сицилии узнает, что Сонни убит и позиции его семьи ослабли. Аполлония погибает вместо Майкла в заминированной машине. Оправившись от ран, дон Корлеоне решает не проливать кровь в отместку за гибель сына. Напротив, он просит созвать для примирения глав всех семей. На большом собрании он объявляет, что согласен участвовать в наркоторговле - на своих условиях. На этом же собрании он понимает, что его главный враг - не Филип Татталья, которого он считал таковым, а Барцини, который и дергает за все ниточки.
       Майкл возвращается с Сицилии и принимает власть от отца, предоставляющего ему полную свободу действий. Майкл снова встречается с Кей и женится на ней. Старый дон умирает своей смертью, играя с внуком. Теперь Майкл готов физически расправиться со всеми врагами семьи Корлеоне. Он наблюдает за крещением своего племянника и крестника, сына Конни и Карло, а в это время его люди убивают главных врагов семьи, в том числе - Барцини. Затем Майкл вынуждает Карло признаться в сговоре с Барцини и казнит его. После этой жестокой расправы Майкла, хладнокровно вравшего жене о своей непричастности к убийствам, начинают звать в близком окружении «доном Корлеоне», так же, как звали его отца.
        Именно сам масштаб успеха, а не содержание и не точка зрения режиссера на выбранную тему, придает неоднозначность этой экранизации бестселлера Марио Пьюзо. Поскольку сильной стороной фильма оказалась актерская игра, а публика заинтересовалась персонажами и даже привязалась к ним, некоторым захотелось видеть в них гораздо более «положительных» людей, чем они есть на самом деле. В действительности, во взгляде Копполы нет никакого угодничества. Через безупречно классическое повествование, где нет места открытому возмущению, он показывает, как такие фундаментальные ценности Америки, как культ семьи или дух свободного предпринимательства, могут приобрести совершенно иной, глубоко отрицательный смысл, если они развиваются дико и яростно, вне всякого морального контекста. Самые проницательные аналитики фильма, наоборот, разглядели в Крестном отце метафору возможного - или реального - упадка Америки, где старые идеалы разложились и превратились в свою полную противоположность. На примере мафии, общества внутри общества, через описание ее целей, обрядов, методов и внутреннего развития мы хорошо видим, что жажда респектабельности, охватившая, к примеру, дона Корлеоне, является лишь обратной стороной гнусности и жестокости. Отметим, что еще одна фундаментальная ценность Америки - индивидуализм - полностью отсутствует в этом мире, напоминающем ад той дьявольской солидарностью и фатальной скученностью, в которой живут его члены.
       Избегая прямой нравоучительности, сюжет фильма, тем не менее, за 3 часа зрелищно и убедительно анализирует - и подчеркивает - неотвратимый процесс инициации сына отцом. Герой войны, которого все хотели держать в стороне от преступных махинаций и коррупции, постепенно превращается в идеальное воплощение своего отца. Обоих поглощает система, которая сильнее воли вождей. Кроме того, дон Корлеоне, которого прагматические соображения и некоторые уколы совести подталкивали отвергнуть союз с наркобаронами, вынужден подчиниться железному закону, не терпящему подобной щепетильности.
       Марлон Брандо, состаренный гримом, с изменившимся голосом, легендарно исполнил эту роль на грани пародии (которая, кстати, была мастерски спародирована Уго Тоньяцци в одной из сцен Большой жратвы, La grande houlle). С другой стороны, Крестный отец открыл миру Ала Пачино, став для него 2-м значительным фильмом после слабой и перехваленной Паники в Нидл-Парке, Panic in Needle Park, Джерри Шацбёрг, 1971. Другими козырями фильма, помимо актерской игры, являются кропотливая, словно от последователей веризма, отделка декораций и умелая, зрелая драматургия, редко выносящая насилие на экран, но постоянно о нем напоминающая.
       Некоторые критики утверждали, что Крестный отец стал для голливудского кино 70-х гг. тем же, чем были Унесенные ветром, Gone with the Wind для кино 40-х. Применительно к одному лишь 1-му Крестному отцу это сравнение кажется неуместным, поскольку фильм Копполы обладает внутренней драматургической строгостью и точностью, которой полностью лишены Унесенные ветром. 3 года спустя вышел Крестный отец II (200 мин), который не добавил ничего существенного к 1-й части - разве что необыкновенную виртуозность в повествовании, чередующем эпизоды в настоящем времени (деятельность Майкла / Ала Пачино) и эпизоды из прошлого, рассказывающие о восхождении Вито Корлеоне (чью роль на сей раз исполняет Роберт Де Ниро). В 1977 г. американское телевидение представило под названием Сага о Крестном отце, The Godfather Saga версию, собранную из обоих фильмов, перемонтированных в линейной последовательности с добавлением ряда новых сцен. В итоге получился 450-мин сериал, который уже больше оправдывает сравнение с Унесенными ветром (***).
       Впрочем, нет никаких сомнений в том, что Крестный отец послужил одним из главных толчков к буму полицейских сериалов, заполонивших телеканалы всего мира. В рамках творчества Копполы, которому на момент выхода фильма было всего 33 года, 1-я серия Крестного отца представляет собой успех, зрелость формы которого режиссер с тех пор не смог ни превзойти, ни даже повторить.
       N.В. Прежде чем доверить проект по экранизации книги Пьюзо Копполе (который сперва увидел в нем тяжелую и нудную обязаловку, но вместе с тем - и способ вновь обрести независимость после провала Людей дождя, The Rain People), продюсер Алберт Радди и студия «Paramount» предлагали его Артуру Пенну, Питеру Йейтсу и Коста-Гаврасу.
       БИБЛИОГРАФИЯ: в книге Марио Пьюзо (Mario Puzo, The Godfather Papers and Other Confessions, Pan Books, London, 1972) содержится большая глава, посвященная фильму и озаглавленная «Создание Крестного отца» (The Making of The Godfather). В этой главе писатель живо и без предрассудков рассказывает о своем опыте голливудского сценариста. Он полагает, что люди, работающие в Голливуде, ничуть не «тупее» писателей или бизнесменов. Что же касается работы над сценарием, то он утверждает следующее: «Я считаю, что обладаю достаточной квалификацией, чтобы назвать сценарий наименее приемлемой формой литературного творчества для писателя. Но, как и с большинством вещей, один раз попробовать всегда приятно». Его заметки касаются исключительно периода подготовки фильма. Пьюзо склонен объяснять выбор Копполы в качестве режиссера тем, что он был «30-летним мальчишкой, снявшим 2 коммерчески неудачных фильма, и его по этой причине легче было контролировать. Коппола переписал заново одну половину сценария, а я - другую. Затем мы обменялись страницами и принялись править друг друга. Я предложил, чтобы мы работали сообща. Фрэнсис посмотрел мне прямо в глаза и отказался». Хотя Пьюзо предлагал на роль крестного отца Брандо, продюсер Алберт Радди хотел пригласить Роберта Редфорда. Что же касается Ала Пачино, то он получил роль только благодаря Копполе, который единственный счел его игру и личность интересными для фильма. «Пачино сделал все, о чем я только мог мечтать, думая об экранном воплощении этого персонажа, - пишет Пьюзо. - Я был поражен. В моих глазах его игра была шедевральной». Едва закончилась работа над фильмом. Пьюзо начал бегать везде и всюду, всем рассказывая о том, как он был не прав, противясь выбору Пачино. Радди сразу же посоветовал ему воздержаться от самобичевания, если он хочет когда-нибудь стать продюсером. В общем и целом Пьюзо считает актерскую игру в фильме гораздо лучше сценария, «даже несмотря на то, что половину его написал я сам». Пьюзо видит много общего между собой и Копполой. И тот, и другой сделали Крестного отца (роман и фильм), руководствуясь денежными мотивами. «Фрэнсис Коппола заявил, что снял Крестного отца, чтобы сколотить капитал, необходимый для создания тех фильмов, которые он по-настоящему хотел снять. Это меня очень расстроило, потому что ему хватило ума сделать это в 33 года, тогда как мне понадобилось целых 45 лет, чтобы понять, что я смогу написать те книги, которые хочу написать по настоящему, только после того, как напишу „Крестного отца“».
       ***
       --- В 1990 г. вышла на экраны 3-я часть цикла: Крёстный отец III, The Godfather III.

    Авторская энциклопедия фильмов Жака Лурселля > The Godfather

  • 10 Invasion of the Body Snatchers

       1956 - США (80 мин)
         Произв. Уолтер Уэйнджер, прокат Allied Artists
         Реж. ДОН СИГЕЛ
         Сцен. Дэниэл Мэнеринг по роману-сериалу Джека Финни «Похитители тел» (The Body Snatchers)
         Опер. Эллсуорт Фредерикс (Superscope)
         Муз. Кармен Дрэгон
         В ролях Кевин Маккарти (д-р Майлз Беннелл), Дэйна Уинтер (Беки Дрисколл), Кинг Довэн (Джек Беличек), Кэролин Джоунз (Тедди Беличек), Лэрри Гейтс (д-р Дэниэл Кауфмен), Ральф Думке (шериф), Джин Уиллз (ассистентка Майлза).
       Пациент психиатрического отделения доктор Майлз Беннелл яростно пытается доказать, что он не сумасшедший. Он рассказывает свою историю. Несколько месяцев проработав по контракту, он вернулся в родной городок Санта-Майра, штат Калифорния, и обнаружил, что там творится нечто странное: маленький мальчик в панике жалуется, что его мать - не его мать; молодая девушка, кузина Беки Дрисколл (подруги детства Майлза, вернувшейся в город после долгого отсутствия), точно так же утверждает, будто ее дядюшка больше не ее дядюшка. Некоторое время спустя и ребенок, и девушка говорят, что у них все в порядке.
       И Майлз, и Беки - в разводе; они возобновляют знакомство и влюбляются друг в друга. Они вместе отправляются к другу Майлза Джеку Беличеку, который просит Майлза срочно приехать. В его доме они обнаруживают загадочный труп с расплывшимися чертами лица, смутно напоминающими Джека. «Труп» лишен отпечатков пальцев. Позже Майлз обнаруживает у отца Беки в подвале безжизненного «двойника» молодой женщины, точь-в-точь похожего на Беки. В присутствии Беки, Джека и его жены Майлз находит в собственной оранжерее гигантские стручки, из которых вылупляются тела с человеческими очертаниями; одно похоже на него самого. Майлз протыкает его вилами.
       Похоже, большинство обитателей города заменено «двойниками», вылезшими из стручков, распространившихся уже повсюду. Телефонные линии заблокированы, и Майлз отправляет Джека предупредить жителей соседнего города. Работник станции техобслуживания грузит два стручка в машину Майлза; тот вскоре сжигает их. Он отправляется к своей секретарше и в ужасе понимает, что ее двойник уже приготовил стручок для своего ребенка.
       Майлз и Беки вынуждены признать, что они одни во всем городе не подменены двойниками. Они принимают таблетки, не дающие уснуть: ведь именно во сне двойники занимают место людей. На следующее утро, во вторник, в городе происходит странное оживление: все его жители собираются на площади и ждут прибытия 3 грузовиков, нагруженных стручками. Каждый уносит с собой несколько штук, чтобы развезти по окрестностям. К большому облегчению Майлза, Джек Беличек возвращается. С ним приезжает психиатр Дэниэл Кауфмен. Увы, оба они оказываются «двойниками». Они предлагают Майлзу и Беки прекратить борьбу и присоединиться к их миру, где не существуют ни чувства, ни желания, ни амбиции, ни вера. Как объясняет психиатр, стручки порождены семенами из космоса, а тела, вылупляющиеся из стручков, способны принимать любое обличье. Этот процесс - 1-й этап колонизации Земли.
       Майлзу удается усыпить Джека и психиатра (вернее, их двойников), вколов им анестетик. Он и Беки сбегают. Все население Санта-Майры гонится за ними по пятам. Беглецы прячутся в пещере. Они слышат музыку и думают, что ее наверняка играют люди; Майлз ненадолго оставляет Беки одну. Выясняется, что музыка звучит из машин, выгружающих стручки. Майлз возвращается к Беки, но, целуя ее, понимает, что она успела уснуть и теперь перед ним - ее абсолютно бесчувственный двойник. Беки направляет своих братьев по расе по следам Майлза. Майлз выбирается на автостраду и, мечась между машинами, безуспешно пытается предупредить водителей об опасности. «Они уже здесь - теперь ваш черед! Ваш черед!» - кричит он.
       Рассказ Майлза окончен. Врачи уже почти не сомневаются, что перед ними сумасшедший. Но когда новоприбывший санитар рассказывает о странных стручках, увиденных им на шоссе после дорожного происшествия, один врач решается позвонить в ФБР.
        Вторжение похитителей тел, единственная фантастическая картина Дона Сигела и его любимый фильм, всегда пользовалось лестной репутацией одного из шедевров жанра, созданных в 50-е гг. Эта слава полностью заслужена, учитывая прежде всего оригинальность и многозначность сценария. Печатавшийся с продолжением роман Джека Финни «Похитители тел» (другие заглавия: «Не спать!» [Sleep No More] и «Я - стручок» [I Am a Pod]) был отобран Уолтером Уэйнджером, одним из самых смелых продюсеров Голливуда, и блестяще адаптирован для экрана талантливым сценаристом и писателем Дэниэлом Мэнерингом (он же Джеффри Хоумз), автором Из прошлого, Out of the Past, Вне закона, The Lawless и сценариев для Сигела - Большая кража, The Big Steal, 1949 и Мордашка Нелсон, Baby Face Nelson.
       Если закрыть глаза на некоторые пробелы в деталях фабулы, надо подчеркнуть, что Мэнеринг в 1-ю очередь усилил драматическое нагнетание действия и гуманистический аспект сюжета. Дон Сигел снимал триллер, снимал его быстро (съемки длились 2 недели без остановок), ритмично, реалистично (систематически использовалась реальная калифорнийская натура), просто (спецэффектов здесь очень мало) и очень напряженно. Энергия и высокое качество режиссуры освободили весь заряд скрытого ужаса, содержавшийся в сюжетных предпосылках и в самом повествовании. Но в 1-ю очередь фильм так врезается в память своей убедительной и естественной аллегоричностью. Без всякого пафоса и искусственных уловок нашествие этих «космических овощей» содержит поразительную аллегорию всякого обесчеловечения, будь то на политическом, духовном или всего лишь психологическом уровне. По своей природе фильм направлен против тоталитаризма, но кроме того (что подтверждается словами самого Сигела) - против своеобразной злокачественной болезни мира и человечества, вызванной безразличием, отмиранием всяких эмоциональных реакций, исчезновением страсти и ярости в защите своих идей. В этом смысле Вторжение похитителей тел - фильм по-прежнему актуальный.
       N.B. Пролог и эпилог в больнице были навязаны Сигелу компанией-прокатчиком «Allied Artists». Сигел хотел закончить фильм криком Кевина Маккарти: «Теперь ваш черед!». Впрочем, отметим, что финальный эпизод, завершающийся крупным планом лица героя - испуганного, но выражающего облегчение, - поставлен им очень красиво. В работе над сценарием участвовал Сэм Пекинпа (его имя не попало в титры); он также играет небольшую роль в фильме. Это он говорит о главном герое: «Пусть бежит. Ему никто не поверит». Одноименный ремейк (США, 1978) - талантливый, но отчасти слишком броский - снят Филипом Кауфменом (Сигел и Маккарти появляются в нем в эпизодических ролях) (***).
       БИБЛИОГРАФИЯ: сценарий и диалоги в журнале «L'Avant-Scene». № 231–232 (1979). Раскадровка (454 кадра) опубликована Элом Ла Валле (Rutgers University Press, New Brunswick, New Jersey, 1989). Этот том также содержит подборку статей и интервью о Доне Сигеле и о его фильме.
       ***
       --- Сюжет по-прежнему актуален. За последние 20 лет в США сняты еще два ремейка: Похитители тел, Body Snatchers, Абель Феррара, 1993; и Вторжение, The Invasion, Оливер Хиршбигель, 2007.

    Авторская энциклопедия фильмов Жака Лурселля > Invasion of the Body Snatchers

  • 11 Lola Montès

       1955 - Франция - Германия (140 мин. сокр. до 110 мин)
         Произв. Gamma-Films, Florida Films (Париж), Unionfilms (Мюнхен)
         Реж. МАКС ОФЮЛЬС
         Сцен. Жак Натансон, Аннетт Вадеман, Макс Офюльс (и Франц Гейгер для немецкой версии) по роману Сесиль Сен-Лоран «Необычайная жизнь Лолы Монтес» (La vie extraordinaire de Lola Montes)
         Опер. Кристиан Матра (Cinemascope, Eastmancolor)
         В ролях Мартин Кароль (Мария Долорес Поррис-и-Монтес, она же Лола Монтес), Питер Устинов (хозяин цирка), Энтон Уолбрук (король Людвиг I Баварский), Оскар Вернер (студент), Иван Дени (= Иван Десницкий) (лейтенант Джеймс), Лиз Деламар (миссис Крейги), Анри Гизоль (кучер Морис), Полетт Дюбо (его жена, служанка Лолы), Уилл Куодфлиг (Ференц Лист), Даниэль Мендай (капитан), Жан Галлан (секретарь барона).
       Мария Долорес Поррис-и-Монтес, графиня де Лансфельд, называемая Лолой Монтес, возлюбленная художников, принцев и королей, выступает в цирке, где члены труппы изображают сцены из ее жизни, а зрители имеют право задавать самые нескромные вопросы о ее прошлом, по 25 центов за вопрос. Представление делится на 7 воспоминаний Лолы - в том порядке, в котором она вызывает их в своей памяти.
       1. В 1844 г. в маленькой итальянской гостинице Лола и Лист решают положить конец своим отношениям, ставшим обузой для обоих.
       2. Мать Лолы вместе со своим любовником берет Лолу в морское плавание, затем ведет ее в оперу. Она хочет выдать ее замуж за богатого и старого барона, однако Лола предпочитает выйти за Джеймса, любовника своей матери.
       3. И вот она томится от скуки в шотландском особняке: Джеймс погряз в пьянстве и бесконечных изменах.
       4. Лола работает танцовщицей в Ницце в клубе «Тиволи». Она узнает, что ее муж, дирижер, женат на другой. Она прилюдно отдает подаренный им браслет его законной жене.
       5. В ее особняке на Лазурном берегу теснятся гости из высшего света. Среди них - хозяин цирка, желающий заманить ее в свою программу. Он обещает ей золотые горы - не ради талантов танцовщицы, а за ее способность притягивать скандалы. (Именно он на арене цирка комментирует представление.)
       6. В Баварии Лола намеренно привлекает внимание короля Людвига I и становится его любовницей. Он заказывает ее портрет самому медлительному художнике.
       7. Король становится крайне непопулярен, в том числе - по вине любовницы. Лола бежит из королевства, спасая его от гражданской войны. Покидая Баварию, она разговаривает с молодым студентом. Лола рассказывает ему о своей любви к старому королю.
       На представлении Лола пичкает себя медицинскими препаратами и наконец, не слушая уговоров, совершает прыжок без страховки из-под купола цирка. После этого зрители за доллар могут созерцать ее в зверинце, за прутьями клетки.
        Успех или провал, а вернее - и то, и другое сразу, Лола Монтес - один из последних фильмов (наряду с Босоногой графиней, The Barefoot Contessa, и Чувством, Senso), которому удалось вызвать оживленные споры по причинам, не связанным с его сюжетом, содержанием, политическими, нравственными или религиозными убеждениями: только конструкцией и стилем. Этого достаточно, чтобы показать амбициозность и уникальность этой картины. В декабре 1955 г. публика в кинотеатре «Мариньян» поднимает такой шум, что приходится вызвать полицию. Критика делится на 2 лагеря: «за» и «против». Тот, кто приходит на киностудию за фотографиями, слышит в ответ: «Вы смеете просить фотографии из фильма, разорившего своего продюсера?» Через год после громкого провала (который, впрочем, будет забыт: многие здравомыслящие люди, особенно в США, считают сегодня, что фильм имел оглушительный успех) картина выходит в прокат в другом кинотеатре на Елисейских полях - и в новом монтаже, отличном от прежнего, более «логичном» и коротком, сделанном против воли автора. Естественно, он встречен не лучшим образом и очень быстро сходит с экрана. Затем постепенно фильм прокладывает себе дорогу в киноклубах и репертуарных кинотеатрах и в 1968 г. выходит в прокат в первозданном виде. На этот раз его почти единодушно приветствуют, называя шедевром.
       Несомненно, Офюльс решился на риск, связанный с созданием Лолы Монтес, думая о загадочном коммерческом успехе Карусели, La Ronde. Ему так хорошо удался аттракцион. Почему бы не взяться за цирковой манеж? Фильм строится на парадоксах, на контрастах, составляющих необычный и хрупкий фундамент. Это песня во славу зрелища, где автор показывает самые презренные и отвратительные стороны: публичность, эксгибиционизм. Песня во славу жизни и движения, в воспоминаниях уставшей, измотанной героини на грани агонии. Лола Монтес представляет собою высшую точку офюльсовского барокко, триумф стиля над драматургическим содержанием. В этом смысле лучшее в фильме - цирковые сцены: кипучие, сжатые в почти болезненной тесноте на фоне темной пропасти кулис. В остальном же изобилуют недостатки. Выбор Мартин Кароль почти катастрофичен; она не перевоплощается в свою героиню ни на минуту ни в одной сцене фильма. Метафизический символизм циркового представления (использующего, в том числе, картины Страшного суда, Ада, фальшивого судилища общественного мнения) не находит достаточно яркого дополнения в сценах из прошлого; каждая такая сцена (кроме баварского эпизода) перегружена академичностью и даже фальшью. Фр. дубляж некоторых важных персонажей (напр., Энтона Уолбрука) ничего не меняет к лучшему, несмотря на то что превосходные диалоги и качество звукового сопровождения поддерживают единство между цирковыми сценами и флэшбеками.
       С прошествием времени самым незабываемым элементом фильма оказывается персонаж Устинова, а сам Устинов превращается в подлинную звезду этой картины. Парадоксальность, переменчивость и двойственность фильма в этом персонаже воплощены сполна, расцветают и наполняются новыми смыслами. Эксплуатируя Лолу, он становится ее секундантом, глашатаем, товарищем по несчастью и, конечно же, самым верным любовником. В его образе Офюльс рисует портрет художника, который строит свое творчество и финансовое благополучие на чужом несчастье, превращает это несчастье в судьбу и делает ее достоянием вечности.
       Поклонники Лолы Монтес пожелали увидеть в фильме завещание Офюльса (один из наиболее фанатичных, Клод Бейли, дошел до того, что назвал шатер «Гигантского цирка» «куполом Сикстинской капеллы современного кино» [Claude Beylie, Max Ophuls, Seghers, 1963]). Но, быть может, только преждевременная смерть режиссера заставляет вообще говорить о завещании? В Лоле Монтес Офюльс впервые использует цвет и широкоэкранный формат, и поэтому фильм можно расценивать скорее как вступление в новый период творчества, которому, увы, не суждено было развиться и чьи элементы режиссер, несомненно, смог бы освоить в большем совершенстве. Осталась лишь волнующая и интригующая нас вычурная и нестройная конструкция, незавершенность, перенасыщенность и запутанная беспорядочность фильма, чье тематическое и визуальное богатство следуют каждое своей дорогой к загадочному апофеозу, который зритель может только представить в своем воображении - ему не дано воплотиться на экране со всей очевидностью, как в Карусели, Мадам де…, Madame de… и Наслаждении, Le Plaisir.
       БИБЛИОГРАФИЯ: сценарий и диалоги в журнале «L'Avant-Scene», № 88 (1969).

    Авторская энциклопедия фильмов Жака Лурселля > Lola Montès

  • 12 The Mask of Dimitrios

       1944 – США (95 мин)
         Произв. Warner (Генри Блэнк)
         Реж. ЖАН НЕГУЛЕСКУ
         Сцен. Фрэнк Грубер по роману Эрика Эмблера «Гроб для Димитриоса» (A Coffin for Dimitrios)
         Опер. Артур Эдесон
         Муз. Адольф Дойч
         В ролях Сидни Гринстрит (мистер Питерз), Зэкэри Скотт (Димитриос), Фей Эмерсон (Ирана Превеза), Петер Лорре (Корнелиус Латимер Лейден), Джордж Тобайас (Федор Мышкин), Виктор Франсен (Владислав Гродек), Стивен Герэй (Булич), Флоренс Бейтс (госпожа Чавес), Эдвардз Чаннелли (Марукакис), Курт Кач (полковник Хаки), Монте Блю (Дрис Абдул).
       1938 г., Стамбул. На пляже найдено тело утопленника с ножевыми ранениями; им оказывается авантюрист Димитриос Маркопулос. Полковник Хаки, охотившийся за ним около 20 лет, набрасывает его психологический портрет для Лейдена, автора детективных романов, которого интересует необычная судьба Димитриоса. Впервые Хаки напал на его след в Смирне в 1922 г., когда тот обокрал и убил скупщика краденого. Лейден настолько одержим личностью Димитриоса, что начинает собственное расследование и собирает материал для будущего романа. В Софии он находит хозяина кабаре, некогда одолжившего Димитриосу денег и обеспечившего ему алиби в 1923 г., когда был убит премьер-министр. Побеседовав с ним, Лейден обнаруживает в отеле бывшего сообщника Димитриоса – англичанина по имени Питерз, и тот предлагает ему вести поиски совместно и обмениваться друг с другом информацией. Питерз рисует писателю радужные перспективы: возможность заработать миллион франков. Он дает ему адреса людей, с которыми имеет смысл поговорить в Женеве. Там Лейден встречается с бывшим работодателем Димитриоса, который пользовался услугами афериста в 1926 г., интригуя против Италии. Этот человек рассказывает, с какой ловкостью Димитриос «подловил» скромного министерского служащего и получил от него важнейшие военные документы. В Париже Лейден узнает от Питерза, что тело, виденное им в Стамбуле, принадлежит не Димитриосу, а предателю-сообщнику, который пытался убить Димитриоса, а в итоге сам погиб от его руки. Этими драгоценными сведениями Питерз поделился только с Лейденом и теперь готовится продать свое молчание Димитриосу за миллион франков. Лейден отказывается войти в долю; его интересует только «человеческая» сторона дела. Он продолжает наблюдать за Питерзом. Встреча бывших сообщников завершается тем, что Питерз убивает Димитриоса. Полиция уводит раненого Питерза, и тот просит, чтобы Лейден отправил ему книгу, как только она выйдет из типографии. В тюрьме у него будет достаточно времени для чтения.
         Негулеску очень рассчитывал снять Мальтийского сокола, The Maltese Falcon, над которым много работал, но «Warner» отняла у него фильм и передала Хьюстону. Некоторое время спустя, узнав о том, как сильно Негулеску переживает эту неудачу, Анатоль Литвак дал ему почитать роман Эрика Эмблера и предложил заняться его экранизацией. Негулеску сиял фильм в сотрудничестве с продюсером, оператором-постановщиком и некоторыми актерами Мальтийского сокола. Фильм, снятый в очень темных тонах (Негулеску полагает, что зритель гораздо больше идентифицирует себя с персонажами, когда те действуют в полумраке) и в подчеркнутых декорациях, стал знаменит благодаря конструкции из флэшбеков, где судьба персонажа предстает головоломкой, так и не разгаданной до конца. Несмотря на эту оригинальную черту, персонаж, ведущий расследование (Петер Лорре), парадоксальным образом становится гораздо более привлекателен для публики, чем Димитриос, объект расследования. Причина – актерская игра. Петер Лорре на пару со своим старым партнером Сидни Гринстритом (они сыграли вместе в 8 фильмах, 3 из которых снял Негулеску) легко «крадет» фильм у довольно блеклого Зэкэри Скотта, чей персонаж, что бы ни говорили о нем в диалогах, не переживает на наших глазах никаких захватывающих приключений. Негулеску восхищен безграничными способностями Петера Лорре удивлять и позволяет ему импровизировать вволю.
       Хотя фильм не так удачен, как Трое незнакомцев, Three Strangers, Негулеску, 1946, он все же обладает историческим значением в эволюции флэшбека. Помимо того, что этот прием облегчает повествование, в американском кино 40-х гг., в особенности – в жанре нуара, он обладает 3 различными функциями, которые часто объединяются в рамках одной картины. Он подчеркивает фатализм фильма. Помогает разобраться в запутанном сюжете, который почти невозможно постичь целиком. Делает увлекательной аморальность героя, наделяет ее загадочностью и почти мифическим измерением. 1-я функция возникла главным образом благодаря «поэтическому реализму» и в особенности – фильму День начинается, Le Jour se lève, который оказал решающее влияние на многие нуары. Жак Турнёр (см. Из прошлого, Out of the Past) зарекомендовал себя как мастер 2-й функции. Уэллс весьма зрелищно проиллюстрировал 3-ю – ту самую, благодаря которой Маска Димитриоса не забыта до сих пор. Несмотря на нехватку масштабности, Димитриос слеплен их того же теста, что Кейн или Аркадин (см. Citizen Kane, Mr. Arkadin). Этих 3 персонажей роднит вездесущность гражданина мира и неоднозначное обаяние авантюриста-космополита. Их мораль расположена где-то посередине между моралью подлеца и моралью сверхчеловека. Только богу под силу понять их планы до конца.

    Авторская энциклопедия фильмов Жака Лурселля > The Mask of Dimitrios

  • 13 Les Misérables

    1. (1913)
       1913 – Франция (3480 м; реставрированная копия – 142 мин при скорости 18 к/сек)
         Произв. Pathé S.C.A.G.L.
         Реж. АЛЬБЕР КАПЕЛЛАНИ
         Сцен. Альбер Капеллани по одноименному роману Виктора Гюго
         Опер. Луи Форестье, Каренин Меробян
         В ролях Анри Кросс (Жан Вальжан), Анри Этьеван (Жавер), Мари Вентура (Фантина), Леон Бернар (аббат Мириэль), Мистенге (Эпонина), Габриэль де Гравон (Мариюс), Мари Фроме (Козетта в детстве), Эмиль Мило (Тенардье), Леран (Жильнорман).
       1-й ПЕРИОД: ЖАН ВАЛЬЖАН, 1815 г. Жан Вальжан, пытающийся прокормить старую мать, ищет работу. Он безуспешно предлагает свои услуги кузнецу. Пытается промышлять браконьерством. Крадет кусок хлеба. Крестьяне, вооруженные вилами, гонят его до самого дома. Он дерется с ними. Мать умирает от испуга. Вальжана отправляют на каторгу в Тулон на 5 лет принудительных работ. Его богатырская сила позволяет ему поднять огромный валун на глазах у надзирателя Жавера. В общей спальне каторжники, по обычаю, жребием выбирают того, кто совершит следующую попытку побега. 7 мая 1817 г. Вальжан распиливает кандалы и прутья решетки и бежит с помощью веревки. Он переплывает реку. Жавер терпит первое поражение, пытаясь поймать его.
       Вальжан пешком приходит в Динь. Местные жители сторонятся Вальжана; его облаивает собака. Женщина указывает ему дом аббата Мириэля. Аббат приглашает Вальжана на ужин, сам наливает ему суп, а затем показывает комнату. Ночью Вальжан крадет столовое серебро из комнаты аббата. Он возвращается в спальню и уходит через окно. На улице Вальжан натыкается на конных жандармов, те находят при нем серебро и отводят обратно к аббату. Аббат отдает Вальжану серебряную ложку и 2 серебряных канделябра. Он отпускает Вальжана, затем вручает ему рекомендательное письмо к своему брату, промышленнику в Монтрее-сюр-Мер. Вальжан падает на колени, растроганный добротой Мириэля. Прибыв в Монтрей, он отдает письмо хозяину.
       2-й ПЕРИОД: ФАНТИНА. Жан Вальжан сменяет работодателя и управляет стеклодувным заводом под именем г-на Мадлена. Он становится мэром Монтрея. Его работница Фантина возвращается после недельного отсутствия, проведя все это время со своей дочерью Козеттой. Она не хочет признаваться, что она – мать-одиночка. Г-н Мадлен, не зная о положении Фантины, увольняет ее. Жавер принимает новое назначение в Монтрее. Он узнает в г-не Мадлене бывшего каторжника Вальжана. Фантина продает парикмахеру свои волосы. Она ссорится с бывшими подругами, которые смеются над ней. Ее арестовывают. Она плюет в лицо г-ну Мадлену, но тот находит письмо от супругов Тенардье, требующих у Фантины денег за Козетту. Он распоряжается, чтобы Фантину отпустили, приводит ее к себе, и там Фантина рассказывает, как ее бросил любовник (сцена появляется на правой части экрана, наложенная на прежнее изображение). Она падает в обморок. Г-н Мадлен отводит ее в заводскую больницу. Выясняется, что у нее чахотка.
       Г-н Мадлен спасает дядюшку Фошлевана, придавленного каретой. Это чудо он совершает на глазах у Жавера, который сразу же узнает каторжника по его богатырской силе. Жавер пишет донос на Мадлена королевскому прокурору. Г-н Мадлен добивается для Фошлевана места садовника. Жавер читает в газете сообщение об аресте Жана Вальжана, которому теперь придется предстать перед судом. Он подает г-ну Мадлену заявление об отставке, которое тот не принимает. Буря в душе: г-н Мадлен воображает процесс над невинным человеком (сцена возникает на правой стороне экрана). Явившись в суд, г-н Мадлен раскрывает свое настоящее имя. Он прощается с Фантиной, и та передает ему письмо с просьбой разыскать Козетту у четы Тенардье. В комнате умирающей появляется Жавер и хватает г-на Мадлена. Увидев это, Фантина умирает. Г-н Мадлен вырывается и закрывает умершей глаза. Жавер уводит г-на Мадлена. Попав в тюремную камеру, Вальжан вырывает решетку из окна и сбегает на свободу.
       3-й ПЕРИОД: КОЗЕТТА, 1821 г. Семья Тенардье держит таверну в Монфермее. В семье 2 родных детей – Эпонина и Гаврош. Козетта, живущая у Тенардье, – их козел отпущения. Вооружившись огромной метлой, она подметает ресторанную залу и смотрит, как Эпонина играет в куклы. Мадам Тенардье отправляет ее набрать воды в реке. Шагая с ведром по деревне, Козетта встречает Вальжана. Он спрашивает у нее адрес Тенардье и понимает, кто она такая. Вальжан помогает Козетте нести ведро, но у самой таверны она забирает его себе. Козетта смотрит на большую куклу на прилавке магазина. Вальжан садится ужинать за стол, под которым спряталась Козетта. Он вступается за девочку перед Тенардье и отправляется в магазин, чтобы купить ей большую куклу. Козетта целует куклу, плача от радости. Вальжан платит Тенардье и уводит ребенка с собой. Тенардье бежит за ним и хочет отнять у него Козетту. Вальжан показывает ему письмо Фантины и бесцеремонно отталкивает его.
       В Париже Жан Вальжан и Козетта живут в старом доме в Госпитальном квартале. Консьержка, заинтригованная подозрительным поведением Вальжана, доносит на него Жаверу. Вальжан спасается бегством с Козеттой. Спасаясь от людей Жавера, Вальжан взбирается по стене и тянет Козетту за собой на веревке. Утром после тревожной ночи он обнаруживает, что попал в монастырь. Он встречает дедушку Фошлевана, работающего здесь садовником. Старик, растерявшись от признательности, падает перед Вальжаном на колени. Флэшбек: эпизод с каретой (на весь экран). Фошлеван предоставляет убежище Вальжану и Козетте. Он берет Вальжана помощником садовника. Козетту отдают на воспитание монахиням.
       4-й ПЕРИОД: КОЗЕТТА И МАРИЮС, 1832 г. Жан Вальжан снова живет в Париже, с уже повзрослевшей Козеттой. Тенардье совсем обнищали и живут под именем Жондреттов в квартире по соседству с молодым Мариюсом. Жондретт приказывает своей дочери Эпонине пойти и попросить денег у Мариюса (2 помещения объединены на экране боковым проездом камеры). Мариюс дает денег тайно влюбленной в него Эпонине. Мариюс впервые видит Вальжана и Козетту на скамейке в саду. Он еще раз нарочно проходит мимо, чтобы полюбоваться Козеттой. К Вальжану и Козетте пристает Эпонина, вынужденная побираться. Она отводит их к отцу, которому Вальжан отдает свое пальто и деньги. Мужчины не узнают друг друга. Эпонина дает Мариюсу адрес Козетты. Оставшись одна, Эпонина рыдает. Мариюс оставляет записку на скамейке в саду дома Козетты. Он показывается ей на глаза, но исчезает при появлении Вальжана. Тот попрекает Козетту.
       Мариюс умоляет своего деда Жильнормана попросить руку Козетты у ее отца. Жильнорман отказывает. В отчаянии Мариюс присоединяется к мятежникам на баррикаде улицы Шанврери (sic) 5 июня 1832 г. Жаверу поручено проникнуть в стан мятежников. Он приходит к ним переодетым, но его тут же узнают, разоблачают и связывают. Солдаты открывают огонь по баррикаде. Мариюс пишет записку Козетте и передает ее через посыльного; тот же вручает ее Вальжану, который отправляется на баррикаду. Гаврош погибает, собирая патроны у убитых. Вальжану поручено казнить Жавера, но он его отпускает. Баррикада разрушена. Вальжан, неся на руках раненого Мариюса, уходит через канализацию. Жавер, преследующий Тенардье, обирающего трупы, случайно натыкается на Вальжана, выходящего на поверхность. Тенардье издалека наблюдает за встречей старых знакомых и завладевает документом, предписывающим Жаверу взять под арест бывшего каторжника. Он идет следом за Вальжаном и Жавером, которые несут раненого Мариюса к Жильнорману.
       Не дождавшись, когда Вальжан выйдет от Жильнормана и сдастся, Жавер исчезает. Он пишет предсмертную записку где обвиняет себя в том, что восхищается Вальжаном и не способен арестовать его. Затем он бросается в Сену. Вальжан получает письмо от Жильнормана, где старик от имени внука просит руки Козетты. Вальжан идет к Жильнорману и отдает все свое состояние в приданое за Козетту. Свадьба Мариюса и Козетты. Тенардье за деньги открывает Мариюсу тайну Жана Вальжана. Мариюс приходит к Вальжану, который признается ему во всем. Появляется Козетта. Вальжан умирает рядом с 2 канделябрами (на правой стороне экрана появляется изображение аббата Мириэля).
         По своей длине и художественной ценности эта 2-я экранизация «Отверженных» (после Бродяги, Le chemineau, фильма студии «Pathé» 1907 г.) ― одна из первых больших кинокартин, поставленных во Франции. Именно так ее приветствовал Андре Антуан, и его одобрение доказывает, что Капеллани удалось заставить реализм восторжествовать над издержками мелодрамы, простоту и определенную строгость – над условностями и театральными приемами. Составители «Большой иллюстрированной истории 7-го вида искусства» (Grande histoire illustrée du 7-e art, Editions Atlas, 1984, том 9), например, без колебаний называют эту экранизацию «1-м великим французским фильмом, снискавшим мировую известность». Действительно, он обладает рядом достоинств, выдающихся для своего времени. Выбранный ритм поддерживается во всем фильме (3 периода по 2 части в каждом, затем – 4-й период, чуть более длинный, состоящий из 3 частей). Декорации интерьеров схематичны, но не лишены выразительности (напр., помещение, где спят каторжники). Актеры играют сдержанно, и это подчеркивается систематическим использованием общего плана (хотя другие планы в те годы были невозможны). Это не мешает некоторым сценам внезапно пробуждать подлинные эмоции (напр., сцена с Козеттой, целующей куклу). Только Мари Вентура в сцене смерти Фантины слепо следует моде на утрированную мелодраматичность.
       N.B. С 1908 по 1914 г. Альберто Капеллани был художественным руководителем S.C.A.G.L. («Кинематографического общества авторов и литераторов»), департамента «Pathé», специализировавшегося на экранизации шедевров нашей литературы. Этот департамент был создан для того, чтобы соперничать с «Films d'Art», выпустившим на экраны сенсационный фильм Убийство герцога де Гиза, L'assassinat du duc de Guise, Ле Баржи и Кальмет, 1908, который очень высоко ценили Гриффит и Дрейер. Вплоть до 1914 г. Кастеллани снял как режиссер или выпустил под своим руководством экранизации целого ряда произведений Гюго: Король забавляется, Le roi s'amuse, 1909; Эрнани, Hernani, 1910; Мария Тюдор, Marie Tudor, 1917; Марион Делорм, Marion de Lorme, 1912; Собор Парижской Богоматери, Notre-Dame de Paris, 1911; Девяносто третий год, Quatre-vingt-treize, 1920 – фильм, законченный Антуаном после войны, и Золя (Западня, L'assommoir, 1909, названная Жаном Митри 1-й французской полнометражной картиной, и Жерминаль, Germinal, 1913).
    2. (1925)
       1925 – Франция (513 мин)
         Произв. Films de France
         Реж. АНРИ ФЕКУР
         Сцен. Анри Фекур по одноименному роману Виктора Гюго
         Опер. Рауль Обурдье, Меробяy и Жорж Лаффон
         В ролях Габриэль Габрио (Жан Вальжан), Жан Тулу (Жавер), Жорж Сайяр (Тенардье), Сандра Милованофф (Фантина / Козетта), Рене Карл (мадам Тенардье), Сюзанн Ниветт (Эпонина), Франсуа Розе (Мариюс), Шарль Бадиоль (Гаврош), Поль Жорж (монсеньор Мириэль).
       ЧАСТИ I и II. Динь, 1815 г. Епископ Мириэль, добрый и милосердный человек, устроил в своей резиденции больницу. Жан Вальжан, вышедший на свободу после 19 лет каторги, приходит в мэрию и предъявляет документы. Он измотан, его выгоняют из 2 таверн. Дети бросаются в него камнями. Он идет в тюрьму, но и там он не нужен. Некая женщина советует ему постучаться в дверь монсеньора Мириэля, который сажает его за свой стол.
       1-й флэшбек: до своего осуждения Жан Вальжан, обрубщик ветвей, вынужден был кормить 7 детей своей овдовевшей сестры. Он украл буханку хлеба и был приговорен к каторжным работам в Тулоне. Там он поднял повозку, нагруженную камнями, и спас жизнь человеку, попавшему под колеса. Его богатырскую силу приметил надзиратель по имени Жавер.
       Настоящее время: посреди ночи Вальжан хочет зарезать Мириэля, но луна освещает безмятежное лицо епископа, и потрясенный Вальжан отказывается от своего намерения. Он крадет серебряные столовые приборы и убегает. Наутро жандармы возвращают его в дом священника. Мириэль утверждает, что серебро – собственность Вальжана, и вдобавок отдает ему 2 канделябра. Он говорит Вальжану, что отныне тот принадлежит не Злу, а Добру. Поднявшись на гору, Вальжан наступает на монету, принадлежащую малышу Жерве, бродячему мальчишке-музыканту. Когда мальчик требует вернуть ему монету, Вальжан прогоняет его. Позже он хочет его вернуть, но напрасно. Он плачет впервые за 19 лет.
       За несколько месяцев до этого, после битвы при Ватерлоо, сержант Тенардье, обирая мертвецов на поле боя, спасает жизнь барону де Понмерси, погребенному под трупами. Фантина, брошенная любовником-студентом, рожает дочь. Из Парижа она возвращается в родной город Монтрей-сюр-Мер. По дороге в Монфермее она доверяет свою дочь матери 2 детей мадам Тенардье. Прибыв в Монтрей, она слышит про некоего всеми уважаемого господина Мадлена.
       2-й флэшбек: за 3 года до этого, едва придя в город, Жан Вальжан спас 2 детей при пожаре. Титр: «Он придумал, как усовершенствовать производство стеклянных изделий, и сделал на этом состояние. Он стал мэром (под именем г-на Мадлена)».
       Настоящее время: Жавер, ставший полицейским инспектором в Монтрее, не разделяет всеобщего восхищения перед мэром (он получил предписание о розыске каторжника, ограбившего ребенка). Еще один местный житель, дедушка Фошлеван, завидует успеху Мадлена. Однажды он попадает под собственную телегу, и Мадлен спасает его, приподняв повозку. Этот подвиг происходит на глазах у Жавера и вызывает в его памяти почти забытый эпизод из прошлого.
       Фантина работает на фабрике г-на Мадлена; ее постоянно терзают Тенардье, требуя денег. О Фантине начинают судачить злые языки; в конце концов старший мастер вызывает ее к себе и увольняет. Она шьет на дому, затем, оставшись без работы, продает свои волосы. Безо всяких средств к существованию, она выходит на панель. Однажды зимним вечером прохожий засовывает ей под корсет пригоршню снега. Начинается драка. Жавер арестовывает Фантину и лично приговаривает ее к полугоду тюрьмы. Она на коленях умоляет простить ее ради дочери. Она оскорбляет мэра, но тот освобождает Фантину и обещает помочь ей и дочери. О ней заботится сестра Симплиция.
       Жавер пишет донос на Мадлена. Позднее он признается, что клеветал, и просит отставки: разыскиваемый преступник пойман – это каторжник по имени Шанматье. Вальжан проводит целую ночь в раздумьях о том, как ему следует поступить. Он отправляется в Аррас и перед судьями называется тем, кого они ищут. Он остается в распоряжении суда, но его не арестовывают. Он возвращается к Фантине, прикованной к постели. Жавер берет его под арест у ее изголовья. Фантина умирает. Вальжана уводят жандармы. Он совершает побег из тюрьмы. Уходя от погони, он прячется у сестры Симплиции, которая впервые в своей жизни лжет, говоря людям Жавера, что не видела его. Титр: «Здесь теряются следы Вальжана». Он зарывает в лесу сундук.
       В Париже противный старик Жильнорман в свои 80 лет по-прежнему танцует. Его бывшая горничная приносит ему близнецов, родившихся якобы от него. Он отрицает свое отцовство, но все же платит за содержание детей. Больше всего на свете он дорожит своим законным внуком Мариюсом. В Монфермее Козетта живет у Тенардье как рабыня. Ночью ее отправляют за водой; для этого она должна пройти через страшный лес. Она встречает Вальжана, который помогает ей нести ведро и провожает до таверны Тенардье, где и остается до утра. Он дарит ей восхитительную куклу (которая поражает всех, включая кошку), а затем выкупает Козетту у Тенардье за баснословные деньги.
       В Париже Вальжан и девочка живут в лачуге Горбо. Вальжан учит Козетту читать и рассказывает ей о матери. Старая соседка-сплетница видит, как Вальжан зашивает в подкладку банкноты (которые достал из сундука, зарытого в лесу). Жавер, переодевшись нищим, стоит на страже у дверей лачуги. Вальжан и Козетта спасаются бегством. Убегая от полицейских, они попадают в тупик, взбираются по стене (Вальжан тянет девочку на веревке) – и попадают в женский монастырь Пти-Пикпюс. По воле провидения Вальжан встречает там Фошлевана, некогда спасенного им. Вальжан выдает себя за его брата, работает с ним в качестве помощника садовника, а Козетта становится пансионеркой монастыря.
       ЧАСТЬ III. Мариюсу исполнилось 20 лет. Его дед Жильнорман, ярый роялист, после смерти дочери буквально вырвал его из рук отца, наполеоновского офицера Понмерси. Жильнорман с самого начала не одобрял выбор дочери. Тем не менее он отпускает Мариюса в Вернон попрощаться с умирающим отцом. Но молодой человек приезжает слишком поздно. Он узнает, что отец всегда любил его и что своим спасением на поле Ватерлоо отец обязан человеку по фамилии Тенардье. Мариюс порывает отношения с дедом и переселяется в лачугу Горбо, где в жуткой нищете под именем Жондреттов живут Тенардье. В Люксембургском саду Мариюс видит Козетту, гуляющую с Вальжаном, и влюбляется в нее. Дочь Тенардье Эпонина любит Мариюса. Ее брат Гаврош промышляет мелким воровством и делит награбленное с 2 беспризорниками, над которыми взял шефство.
       Выходя из церкви, Эпонина передает Вальжану письмо от отца: он просит денег. Вальжан и Козетта приходят к Жондреттам. Мариюс следит за ними через дырку в стене и узнает в Тенардье Жондретте человека, спасшего его отца. В 6 часов Вальжан должен вернуться с деньгами. Узнав в нем миллионера, выкупившего у него Козетту, Тенардье с сообщниками готовит засаду. Мариюс разрывается между желаниями спасти Козетту и пощадить спасителя своего отца, но все-таки приходит в комиссариат и говорит полицейским, что затевается в доме. Его собеседник – сам Жавер. Вальжан попадает в засаду. Он прикладывает к руке раскаленный добела железный прут в знак того, что не боится нападающих. Нагрянувшая полиция хватает всю банду. Вальжан исчезает.
       Эпонина узнает, что ее друзья готовятся ограбить дом Вальжана и Козетты на улице Плюме. Она сообщает об этом Мариюсу. Тот приходит к Козетте и признается ей в любви. Эпонина мешает заговорщикам проникнуть в дом Вальжана. Мариюс просит у деда разрешения жениться на Козетте. Старик советует ему сделать ее своей любовницей. Новая ссора. На лесной дороге Эпонина передает Вальжану записку с одним лишь словом: «Переезжайте».
       ЧАСТЬ IV. Июнь 1832 г. Листовки и плакаты против Луи-Филиппа. Начинается восстание. Козетта, запертая в доме Вальжаном, который зажил спокойной жизнью, передает Эпонине записку для Мариюса. Студент-революционер Анжольрас подталкивает Мариюса к действию и заражает его идеями. Мариюс отправляется на улицу Плюме, но никого там не находит. Вальжан и Козетта живут теперь на улице Вооруженного Человека. Восстание набирает силы. Начинаются перестрелки. Жавер шпионит на строительстве баррикады. Вальжан читает любовное письмо, написанное Козеттой Мариюсу на листе промокательной бумаги, и ужасно страдает от этого.
       Штаб-квартира восставших находится в кабачке «Коринф» на улице Шанврери. Революционер убивает горожанина, не пожелавшего отдавать свой дом. Анжольрас расправляется с ним и говорит: «Нельзя очернять нашу борьбу». В Жавере узнают предателя. Эпонина получает смертельное ранение штыком. Вокруг баррикады усиливаются бои. Умирая на руках у Мариюса, Эпонина передает ему записку от Козетты. Вальжан сражается в рядах защитников баррикады. Погибает Гаврош, отправившись собирать патроны у мертвецов. Штурм баррикады. Вальжан освобождает Жавера, которого должен был казнить. Он уносит на плечах раненого Мариюса и уходит через парижскую канализацию. Анжольрас расстрелян. У выхода из канализации Вальжан встречает Тенардье, который продает ему ключ от канализационной решетки. Жавер ждет его снаружи, чтобы арестовать. Вдвоем они относят Мариюса к его деду. Жаверу не хватает духа арестовать Вальжана; он чувствует, что не может выполнить долг, и кончает с собой, бросившись в Сену.
       Свадьба Козетты и Мариюса. Вальжан не приходит на праздник, сказавшись раненым, хотя на самом деле он не хочет раскрывать свое настоящее имя. На следующий день он называет его Мариюсу, добавляя: «Успокойтесь. Для Козетты я – никто». Титр: «Козетта уходит от Вальжана». Он остается один. К Мариюсу приходит Тенар (Тенардье); он обвиняет Вальжана в убийстве. Мариюс понимает, что человек, спасший его и вынесший на своих плечах через канализацию, – Вальжан. Он прогоняет прочь Тенардье со словами: «Убирайтесь. Вас спасает Ватерлоо». Козетта и Мариюс в последний раз приходят к Вальжану. Он смотрит на канделябры: «Монсеньор Мириэль, довольны ли вы мною?» Он умирает.
         Самая полная и подробная экранизация «Отверженных», разделенная на 4 фильма, выпущенные в парижском кинотеатре «Ампир» с недельным интервалом, начиная с рождественского вечера 1925 г. Главное достоинство этой версии – ее длина: она позволяет пересечь различные сюжетные линии, сохранить ряд подробностей, содержащихся в книге, восстановить на экране эпический масштаб, свойственный роману Гюго. Впрочем, Фекуру стоило большого труда добиться от продюсеров согласия на подобную концепцию и подобный метраж. В своей книге «Вера и горы» (La Foi et les Montagnes, Paul Montel, 1959 – одно из лучших документальных свидетельств о немом французском кинематографе) он пишет: «Фильм должно было продюсировать „Общество кинофильмов Франции“, подчиняющееся „Кинороманам“. Но, если при подготовке каждого киноромана приходилось мучительно наскребать необходимое количество перипетий, чтобы раздуть из них 10–12 эпизодов, на этот раз, когда речь зашла об „Отверженных“ – романе, переполненным событиями, способными насытить с полсотни эпизодов, – по нелепому противоречию было принято решение пересказать это монументальное произведение в единственном фильме, что смехотворно. Я отчаянно сражался с чиновниками, темной и бесчисленной силой, но в конце концов одержал победу». Чуть позже банкротство иностранного партнера по производству привело к сокращению бюджета, из-за чего пострадали революционные сцены, гораздо менее масштабные, чем предполагалось.
       При всех своих достоинствах и ограничениях, при всей своей скрупулезной честности и отсутствии подлинного вдохновения, фильм служит характерным образцом того, что можно назвать «иллюстрирующим кинематографом»; это течение было распространено во Франции в 20-е гг. и здесь представлено на высочайшем уровне. Актерская игра неизменно точна и добротна. Наиболее удачные сцены – те, что относятся к детству Козетты (взаимоотношения между взрослым и ребенком завязаны лучше, чем других версиях). Увы, крайняя монотонность раскадровки, построения сцен и применяющихся технических средств придает картине театральность, от которой ее должно было бы уберечь разнообразие декораций и объектов. Отказавшись от всех визуальных приемов авангардизма, Фекур хотел раствориться в своем сюжете. Это смирение было удостоено похвал, хотя иногда его называют чрезмерным. Больше, чем личность Фекура, на фильм отложила отпечаток сама эпоха, пристрастная к несколько беспорядочным фильмам-фельетонам, густо населенным бандитами, похотливыми стариками, бандами хулиганов, которые, кажется, вот-вот возьмут верх над добрыми героями. Но здесь их противником становится Вальжан, почти что сверхчеловек, который в себе самом переплавил зло в добро, – и, вследствие этого, плоды их злодеяний не будут обильны. Усиленно сторонясь славы амбициозного культурного монумента, эта экранизация обретает дух романов-фельетонов и народной литературы, откуда и черпал изначально Гюго материал для сюжета.
    3. (1933)
       Отверженные
       1933 – Франция (I: 109 мин, II: 85 мин, III: 86 мин)
         Произв. Pathé, Natan
         Реж. РЕЙМОН БЕРНАР
         Сцен. Андре Ланг, Реймон Бернар по одноименному роману Виктора Гюго
         Опер. Жюль Крюжер
         Муз. Артюр Онеггер
         Дек. Жан Перрье, Люсьен Карре
         Кост. Поль Колон
         В ролях Арри Бор (Жан Вальжан / господин Мадлен / Шанматье / Фошлеван), Шарль Ванель (Жавер), Флорель (Фантина), Шарль Дюллен (Тенардье), Маргерит Морено (мадам Тенардье), Эмиль Женевуа (Гаврош), Оран Демазис (Эпонина), Жильберт Савари (Эпонина в детстве), Жослин Гаэль (Козетта), Габи Трике (Козетта в детстве), Анри Кросс (монсеньор Мириэль), Марта Мелло (мадемуазель Батистина), Жан Сервэ (Мариюс), Макс Дирли (Жильнорман), Жорж Молуа (председатель суда), Робер Видален (Анжольрас), Поль Азаис (Грантэр).
       Перечень основных сцен 3-серийной версии:
       I ― БУРЯ В ДУШЕ, 1815 г. (Une tempête sous un crane). Каторжник Жан Вальжан, обладающий богатырской силой, поддерживает статую на фасаде мэрии Тулона, не давая ей обрушиться. Ценой этого подвига он добивается досрочного освобождения. Он отправляется в Понталье. В Дине его не пускают ни в одну гостиницу и наконец указывают на дом монсеньора Мириэля. Епископ дает ему кров и накрывает стол. Ночью Вальжан крадет его серебряные столовые приборы. 2 жандарма возвращают его в дом священника. Мириэль освобождает его и отдает ему 2 серебряных канделябра. В лесу Вальжан встречает маленького савояра и крадет у него монету. В Париже Фантина на балу у Бомбарда знакомится со студентом по имени Толомьес.
       В 1823 г. в Монтрее-сюр-Мер торжественно открывается Профессиональная школа, подаренная городу его мэром, г-ном Мадленом (Жаном Вальжаном), автором изобретения, произведшего революцию в стеклодувном деле. Супруги Тенардье из Монфермея требуют у Фантины денег для Козетты. Та – рабыня Тенардье. На глазах у Жавера, который узнает его богатырскую силу, г-н Мадлен спасает дядюшку Фошлевана, придавленного телегой. Фантину увольняют с завода Мадлена. Жавер пишет письмо префекту с доносом на Мадлена―Вальжана. Фантина отвергает приставания хозяина квартиры. Новое требование денег от Тенардье. Козетта в мороз ходит за покупками для Тенардье.
       Над Фантиной, продавшей свои волосы и зубы, решает злобно подшутить прохожий горожанин, сующий ей снег за пазуху. Она бьет его. Попадает под арест. Тщетно умоляет Жавера. Плюет в лицо г-ну Мадлену, считая его виновником увольнения. Г-н Мадлен освобождает ее. У Фантины начинается агония. Козетта поглаживает шубки Эпонимы и Азельмы. Тенардье получают за Козетту 300 франков. «Я начинаю любить эту малышку», – говорит Тенардье. Жавер просит у Мадлена отставки за ложный донос. Настоящий Жан Вальжан якобы пойман. Фантина с радостью узнает, что г-н Мадлен отправится за Козеттой. Всю ночь он думает, нужно ли ему ехать в Аррас на процесс Шанматье, которого принимают за Жана Вальжана. Фантина ждет Козетту. Мадлен во весь опор мчится в Аррас. Фантина молится за Мадлена. Мадлен предстает перед судом: благодаря ему Шанматье освобождают. Мадлен у изголовья Фантины: она в ужасе видит, как его арестовывает Жавер. Она умирает. Ложь монашенки позволяет Вальжану скрыться.
       II ― СЕМЬЯ ТЕНАРДЬЕ (Les Thénardier). Рождество в Монфермее. Козетта смотрит на большую куклу в витрине магазина игрушек. Мадам Тенардье заставляет ее идти за водой посреди ночи. Вальжан помогает девочке нести ведро. Ужинает в таверне Тенардье. Уходит и возвращается с большой куклой для Козетты. Он «выкупает» девочку у Тенардье.
       1832 г.: 16-й день рождения Козетты, которая живет с мсье Фошлеваном (Жаном Вальжаном) и считает его своим отцом. Она делает знаки влюбленному в нее Мариюсу, ждущему ее на улице. Тот идет к своему деду, роялисту Жильнорману, с которым рассорился по политическим мотивам, и просит разрешения жениться на мадемуазель Фошлеван. «Сделай ее своей любовницей», – отвечает старик. Уязвленный Мариюс разворачивается и уходит.
       Он живет в жалкой лачуге, по соседству с Жондреттами (Тенардье): у тех в семье 2 дочери и маленький сын Гаврош. Эпонина влюблена в Мариюса. Тенардье принимают у себя филантропа Фошлевана и его дочь. Фошлеван обещает вернуться в 7 часов с деньгами. Тенардье-Жондретт узнал в нем человека, некогда уведшего с собой Козетту. Он готовит засаду. Мариюс через перегородку подслушивает его намерения и бежит в Люксембургский сад предупредить Козетту. Для своего злодеяния Жондретт нанимает банду Патрона-Минетта. Мариюс предупреждает Жавера; они договариваются об условном сигнале. Жондретт хочет занять комнату у Мариюса, и тот неожиданно узнает в нем человека, спасшего его отца при Ватерлоо.
       Прибытие Фошлевана. Жондретт требует у него 200 000 франков. Бандиты набрасываются на него. Мариюс не решается подать сигнал. Фошлеван прикладывает к руке раскаленный прут в знак того, что ничто ему не страшно. Полиция врывается в дом и хватает бандитов. Фошлеван ускользает. Жавер приходит к нему. Фошлеван не признается, что стал жертвой нападения. Он снова убегает. Мариюс узнает от Козетты, с которой встречается в потайном месте на улице Плюме, что она уезжает в Англию с отцом. Появляется Фошлеван и разлучает влюбленных. Козетта в слезах. Вдвоем с Фошлеваном они смотрят на проходящую мимо колонну каторжников.
       III ― СВОБОДА, МИЛАЯ СВОБОДА, 1832 г. (Liberté, liberté chérie). Похоронная процессия генерала Ламарка в пригороде Сент-Антуан провоцирует восстание против правительства короля Луи-Филиппа. Град камней и мебели сыплется на драгунов и национальную гвардию. Козетта беспокоится за Мариюса, и Вальжан обещает разыскать его. Студенты и Гаврош строят баррикаду на улице Шанврери. Мариюс, обессилев от тоски, смотрит на это безучастно. В 22.30 гвардейцы идут в атаку, и начинается перестрелка. Старик Мабёф водружает флаг на верхушке баррикады и погибает под пулями. Бой возобновляется. Мариюс грозится взорвать баррикаду и заставляет гвардейцев отступить. Жавер, шпионивший среди студентов, разоблачен и связан. Гаврош собирает патроны у мертвецов и погибает с песней на устах. Тела старика и мальчика лежат рядом. Национальная гвардия дает залп. Эпонина, которая переоделась в мальчика, чтобы добраться до баррикады, умирает на руках у Мариюса. Она берет с него обещание, что он поцелует ее в лоб, когда она умрет. Студенты поют «Марсельезу» и отказываются сдаться. Вальжан присоединяется к ним и даже спасает нескольких людей от смерти. Ему поручают казнить Жавера. Вместо этого он Жавера отпускает.
       Студенты взрывают баррикаду. Оставшиеся в живых будут расстреляны. Вальжан уносит на плечах Мариюса, раненого и потерявшего сознание. Жавер следит за ним. Вальжан идет по канализации. Жавер поджидает его у выхода. Он разрешает ему отнести раненого к Жильнорману. Прежде чем сдаться Жаверу, Вальжан просит разрешения зайти к себе; Жавер исчезает, не в силах арестовать своего спасителя. Но он не может смириться со столь злостным невыполнением долга и поэтому кидается в Сену.
       Свадебный ужин Мариюса и Козетты. Вальжана нет на их празднике. Дедушка Жильнорман открывает бал танцем с новобрачной. Вальжан бродит под освещенными окнами. На следующий день он признается Мариюсу, что он – бывший каторжник. Именно поэтому он не пришел на свадьбу. Он также говорит, что знаком с Козеттой лишь 10 лет. Он хочет попрощаться с Козеттой, целует ее и падает в обморок. Он умирает, передав ей 2 серебряных канделябра монсеньора Мириэля.
        Отверженные Реймона Бернара – фильм необычный во многих отношениях; прежде всего с глобальной точки зрения это самая приемлемая экранизация романа Гюго. Не считая Деревянных крестов, Les Croix de bois, это единственный амбициозный проект, который Реймону Бернару удалось довести до конца в эпоху звукового кино (хотя у него было много других проектов), и можно заметить, что даже своим масштабом это полотно сильно контрастирует с достаточно узким и тесным контекстом французского кино 30―35-х гг. Отверженные стали единственным фильмом за всю историю французского звукового кино, который демонстрировался в 3 сериях (каждая соответствовала полнометражному фильму). Как напоминает Жак Салль (Jacques Salle, Raymond Bernard, Anthologie du cinéma, 1979), 3 серии демонстрировались в Париже в 3 разных эксклюзивных кинотеатрах («Парамаунт», «Мариво», «Мариньян»), причем расписание было составлено таким образом, чтобы зритель при желании мог посмотреть весь фильм за день. Менее известен тот факт, что Реймон Бернар добился этой необычной возможности выпустить 3-серийную версию в результате сделки и договоренности с продюсерами, требовавшими, чтобы в то же самое время он подготовил к прокату и версию в 2 сериях. Эта 2-серийная версия (Жан Вальжан и Козетта), длящаяся приблизительно 200 мин, очень быстро заменила собой первоначальную; в конце 40-х гг. ее еще можно было увидеть в небольших парижских кинотеатрах (2-я серия демонстрировалась через неделю после 1-й). В 1977 и 1983 гг. замечательная инициатива телеканала «FR3» позволила увидеть полную версию фильма.
       Как отмечено всеми историками, сильной стороной фильма является актерская игра, и особенно это касается трио Бор-Ванель-Дюллен. Арри Бор обладает физическим и духовным масштабом, а также способностью к адаптации, необходимыми для этого персонажа, которого Гюго хотел показать в постоянном процессе преображения. По мере преображения Жана Вальжана его муки, тайны его прошлого и даже отцовская любовь к Козетте открывают новые грани в мрачном образе этого человека, который далек от того монолита, каким он иногда предстает в неудачных экранизациях; и в каждом новом обличье Вальжан переживает новые чувства и приобретает новый опыт. Арри Бор великолепен во всех воплощениях своего героя, особенно в облике Шанматье. Шарль Ванель был идеальным кандидатом на роль сильного и непроницаемого Жавера, неумолимого робота долга, чей механизм неожиданно выходит из строя, когда Жан Вальжан безо всяких причин жалеет его. Дюллен выносит на суд зрителя мрачную и дьявольскую комичность Тенардье, заодно внушая публике отвращение к этому персонажу.
       О женских ролях известно, что Реймон Бернар и его сценарист Андре Ланг очень сожалели, что в результате размолвки Арлетти не смогла сыграть роль Эпонины. Однако Оран Демазис смотрится великолепно в роли этой неудовлетворенной и невезучей героини, и сцена, где она просит Мариюса поцеловать ее в лоб после смерти, по-настоящему потрясает. (Довольно сложно представить, чего могла бы добиться в этой роли Арлетти.) Точно так же место Даниэль Даррьё, предполагавшейся поначалу, занимает Жослин Гаэль – элегантная, чуть неестественная, со слегка приторным обаянием модной гравюры, но все же не бесцветная.
       3-я серия пытается поднять интонацию фильма до эпической, и это ей хорошо удается. Чтобы придать дополнительную энергию сценам восстания и революции, стиль Реймона Бернара на время забывает о своем природном классицизме и заимствует технику репортажной съемки (беглые панорамы, ручная камера и т. д.). Грубое, необычное и почти барочное новшество в контексте французского кино тех лет, столь далекого от авангарда. Но в целом в стиле Реймона Бернара торжествует сдержанная строгость, стремление к подлинному чувству, что-то среднее между мелодрамой и аскетической скудостью, без лишнего пафоса и показных эффектов. Его экранизация «Отверженных» – фильм честного человека и гуманиста. Бернар никогда не метит выше, чем может попасть, и именно поэтому почти всегда добивается целей, в результате разумных решений и большой любви к качественной работе. В этом фильме присутствуют главные сюжетные линии романа Гюго, а также его напряженность и грандиозный размах. Фильм очень ровен по качеству; особенно удачно поданы наиболее легендарные сцены романа (ужин у Мириэля, встреча Вальжана и Козетты, гибель Гавроша, смерть Вальжана у канделябров). В этих сценах Реймону Бернару удалось нащупать хрупкое равновесие между обыденностью и легендой, благодаря которому картина живет до сих пор и хранит верность подробному и, если можно так выразиться, священному ходу развития сюжета, который уже долгие годы хранится в коллективной памяти человечества.

    Авторская энциклопедия фильмов Жака Лурселля > Les Misérables

  • 14 Pursued

       1947 – США (101 мин)
         Произв. Warner, United States Pictures (Милтон Сперлинг)
         Реж. РАУЛЬ УОЛШ
         Сцен. Найвен Буш
         Опер. Джеймс Вонг Хау
         Муз. Макс Стайнер
         В ролях Роберт Мичам (Джеб Рэнд), Тереза Райт (Торли Кэллам), Джудит Эндерсон (Медора Кэллам), Дин Джаггер (Грэнт Кэллам), Алан Хейл (Джейк Дингл), Джон Родни (Адам Кэллам), Гарри Кэрри-мл. (Прентис Маккомбер).
       Нью-Мехико, конец XIX века. Женщина по имени Торли верхом привозит еду Джебу Рэнду, укрывшемуся от патрульных в старом разрушенном ранчо на Медвежьем Холме. Он укрывается на ранчо, поскольку именно тут в детстве стал свидетелем событий, отметивших всю его жизнь, которые между тем он не может полностью припомнить. Его преследует навязчивый образ: сапоги со шпорами, шагающие взад-вперед перед его лицом. Торли помогает Джебу восстановить в памяти прошлое.
       В тот далекий день его увела с собой женщина. Это была миссис Кэллам, мать Торли, в то время – 10-летней девочки, – и 11-летнего Адама, ровесника Джеба. После этого миссис Кэллам растила Джеба как родного сына. Чуть позже Джеба пытается убить незнакомец, однако попадает не в мальчика, а в жеребенка. Миссис Кэллам отправляется в соседний город и там в отеле находит своего деверя Гранта, который, как она и предполагала, и напал на Джеба. Грэнт ненавидит весь род Рэндов и хочет уничтожить их до последнего человека. Однако он обещает снохе оставить Джеба в покое, пока тот не вырастет.
       Повзрослев, Джеб встречает в городе Гранта Кэллама, который набирает рекрутов для войны с испанцами. С каждого ранчо призывается по человеку. Джо и Адам кидают монетку, чтобы выбрать, кому идти. Джеб проигрывает. Раненный в ногу, он возвращается с войны героем. Кэллам, по-прежнему ненавидящий Джеба, настраивает против него Адама. В тот же вечер семья устраивает Джебу торжественную встречу. Джеб хочет увести Торли и жениться на ней, чтобы избежать несчастья. Ведь он всегда чувствовал себя чужим среди Кэлламов и не мог избавиться от ощущения, будто над ним висит мрачное проклятие. Но Торли хочет, чтобы за ней ухаживали по всем правилам. Чтобы поразмыслить и навести порядок в голове, Джеб едет на старое разрушенное ранчо.
       Вернувшись, он расспрашивает миссис Кэллам о том, что с ним произошло в детстве; она не хочет отвечать. Адам все более враждебен к Джебу; доходит до того, что Джеб предлагает ему кинуть монетку, чтобы разыграть ранчо. Джеб снова проигрывает. После драки с Адамом, разгоряченным победой, он уходит и говорит, что вернется завтра и заберет в жены Торли. В салуне Дингла Джеб выигрывает большой куш; хозяин предлагает ему партнерство.
       Джеб едет верхом по горам, когда в него стреляет какой-то всадник. Джеб стреляет в ответ и убивает незнакомого соперника; приблизившись к трупу, он узнает в нем Адама. На судебном процессе Джеба оправдывают. Однако Торли и миссис Кэллам возненавидели его навсегда. Джеб принимает предложение Дингла и заключает с ним партнерский союз. Чтобы снова увидеть Торли, которую он любит по-прежнему, он отправляется на танцы, зная, что она будет там. Он вынуждает Торли танцевать с ним. Грэнт Кэллам подталкивает кавалера Торли Прентиса отомстить за честь девушки и даже дает ему револьвер. Прентис несколько раз стреляет в Джеба, хотя тот предпочел бы избежать поединка. В конце концов Джеб, обороняясь, вынужден застрелить соперника. Спрятавшись в тени. Грэнт чуть не убивает Джеба – ему мешает Дингл, разгадавший его намерения.
       Торли заигрывает с Джебом, и тот ухаживает за ней по всем правилам. Мать стыдит Торли за такое поведение, но дочь объясняет ей, что собирается убить Джеба в 1-ю брачную ночь. Играют свадьбу. Джеб увозит жену в дом, купленный и обставленный для нее. Он читает ее мысли, как свои собственные, и приносит на подносе револьвер, чтобы она застрелила его. Дрожащей рукой Торли целится, но не попадает и бросается в объятия Джеба. Кэллам собирает свой клан и берет дом Джеба в осаду. Джебу удается сбежать и укрыться в старом ранчо на Медвежьем Холме.
       Настоящее время. Джеб наконец понимает, что его проклятие – Грэнт Кэллам. Он также понимает, что в детстве был свидетелем гибели своего отца, человека в сапогах со шпорами. Грэнт убил его отца, молодую сестру и братьев – в отместку за своего брата, которого убил отец Джеба, перед этим уведя у него жену – миссис Кэллам. Джеб решает сдаться людям Грэнта. Тот избивает его и готовится повесить, но его убивает миссис Кэллам. Наконец-то избавившись от прошлого, Джеб и Торли могут безмятежно смотреть в будущее.
         Загнанный относится к горстке фильмов, которые наглядно показывают, на что способен кинематограф, попав в руки гениального художника, в данном случае – Рауля Уолша. Психоаналитический вестерн, с одной стороны, космическая поэма и фреска – с другой, этот фильм охватывает огромные, почти безграничные пространства, и устремления. Траектория судьбы человека, чувствующего над собою власть прошлого (излюбленная тема Уолша), позволяет режиссеру выстроить и исследовать целый мир, берущий начало в самой глубине человеческого сердца и затем теряющийся где-то в небесной выси. Загнанный – не только материалистический, плотский рассказ о мести, которая крепче камня (ее носитель – Грэнт Кэллам, мечтающий истребить весь род Рэндов); это еще и неземное повествование из жизни призраков, где, к примеру, невеста в белом платье планирует в 1-ю брачную ночь отомстить тому, за кого только что вышла замуж. И описанная в этом фильме трагедия главных героев состоит в том, что им нужно победить не только весьма конкретных врагов, но и собственные сны, кошмары и прочие навязчивые идеи, порожденные воображением.
       В кинематографе быть гениальным режиссером означает прежде всего заразить своей гениальностью окружающих. И Уолш ― не исключение. Макс Стайнер дарит Загнанному все лучшее, что есть в его партитурах: мрачную, эпическую, грандиозную музыку, таящую в себе скрытый лиризм. Черное небо, скалы, едва освещенные интерьеры Джеймса Вонга Хау становятся офортами, рядом с которыми порой даже изобразительное искусство Дрейера напоминает наброски дебютанта. Если же говорить об актерах, то взгляд Роберта Мичама непроницаем, как у тех людей, кто не может разгадать тайну собственной судьбы; рядом с ним Тереза Райт и в особенности Джудит Эндерсон играют по-театральному аффектированно и напыщенно, однако кинематограф придает этой манере игры определенную свежесть.

    Авторская энциклопедия фильмов Жака Лурселля > Pursued

  • 15 Stars In My Crown

       1950 – США (89 мин)
         Произв. MGM (Уильям Райт)
         Реж. ЖАК ТУРНЁР
         Сцен. Маргарет Фиттс, Джо Дэйвид Браун, по одноименному роману Джо Дэйвида Брауна
         Опер. Чарлз Шёнбаум
         Муз. Адолф Дойч
         В ролях Джоэл Маккри (Джозайа Дозайа Грей), Эллен Дрю (Гарриэт Грей), Дин Стокуэлл (Джон Кеньон), Джеймс Митчелл (доктор Дэниэл Калберт Хэррис-мл.), Льюис Стоун (доктор Дэниэл Калберт Хэррис-ст.), Алан Хейл (Джед Избелл), Аманда Блейк (Фэйт Рэдмор Сэмюэлз), Джек Ламберт (Перри Локи), Хуано Эрнандес (дядюшка Феймоус), Конни Гилкрист (Сара Избелл), Эд Бегли (Лон Бэкетт), Артур Ханникат (Хлороформ Уиггинз), Чарлз Кемпер (профессор Джоунз).
       Старик по имени Джон Кеньон рассказывает о своем детстве, прошедшем после Гражданской войны в Уэйлзбёрге, городке на Юге США. Еще ребенком он потерял родителей, и его взяли к себе на воспитание пастор Дж. Д. Грей и его жена Гарриэт. Пастор приехал в город еще до рождения мальчика и первую проповедь читал в салуне: ему пришлось достать 2 револьвера, чтобы унять смех среди слушателей. Мальчик часто ходит на рыбалку с чернокожим дядюшкой Феймоусом. Землю и дом дядюшки пытается присвоить торговец Лон Бэкетт: он зарится на слюдяную руду, которая тянется под домом Феймоуса. Но Феймоус отказывается продавать свои владения. Старый врач Калберт Хэррис болен и чувствует приближение смерти. Его сын Дэн боится, что жители города не признают его врачом. Он ухаживает за учительницей Фэйт Сэмюэлз и, возвращаясь с пикника, узнает о смерти отца. Однажды ночью Джон и его товарищи видят, как куклуксклановцы в белых колпаках разоряют землю и дом дядюшки Феймоуса. На следующий день Лон Бэкетт делает ему новое предложение. Феймоус категорически отказывает ему Джед Избелл, добрый христианин, не любящий ходить в церковь, вместе с 4 сыновьями помогает дядюшке вновь навести порядок.
       В Уэйлзбёрг приезжает фокусник и гипнотизер профессор Джоунз. Джон присутствует на его выступлении и участвует в нем, но внезапно падает без чувств. У него тиф. В городке начинается эпидемия. Джон постепенно выздоравливает, но серьезно заболевают и другие дети. Дэн, занявший место отца, обвиняет пастора в распространении болезни, поскольку тот не хочет сидеть дома и соблюдать карантин, а приходит в школу побеседовать с детьми. Один ребенок умирает. Грей встревожен, потом его охватывает страх и стыд: он задается вопросом, не прав ли Дэн. Он закрывает церковь и собственный дом; страдает и душевно, и материально, поскольку никто больше не приходит к нему причащаться. Дэн обнаруживает источник зла.
       Это школьный колодец: из него Дэн напился воды перед уроками. Получается, что пастор ни при чем. Эпидемия позволила Дэну укрепить позиции среди местных жителей, а также лучше понять пастора и подружиться с ним.
       Куклусклановцы дают Феймоусу 24 часа на то, чтобы убраться из города. На следующий день они возвращаются, чтобы линчевать его. Грей вслух зачитывает им завещание Феймоуса, по которому дядюшка оставляет что-то из своего имущества каждому из присутствующих мужчин (прячущихся под капюшонами), а свой дом – Лону Бэкетту. Пристыженные линчеватели расходятся по домам. Джон смотрит на страницы, по которым читал пастор: они пусты. Он все выдумал на ходу. Так мир вернулся в деревню, и в следующее воскресенье в церковь пришел даже Избелл.
         2-й из 6 вестернов Жака Турнёра и 1-й из 3 его фильмов с участием Джоэла Маккри. Фильм принадлежит к т. н. американе: это нежное, ностальгическое, фрагментарное и, как правило, доброе описание набожной сельской американской глубинки. Вся сущность этого жанра в том, что он должен успокаивать и внушать доверие. Турнёр сохраняет верность внешним атрибутам жанра, однако фильм его ничуть не бодрит зрителя. С точки зрения изобразительных средств, дух картины, как ни странно, суров и сумрачен (как правило, фильмы американы снимаются на цветную пленку). Большинство рассказанных в фильме историй глубоко драматичны, редкие радостные моменты длятся недолго и закапчиваются бедой (после пикника один персонаж узнает о смерти отца; мальчик увлеченно следит за выступлением фокусника и падает в лихорадке и т. д.). В последней части фильма на городок обрушивается настоящая чума, разрушающая тела, сознание и души его обитателей. Восхитительная находчивость пастора позволяет завершить рассказ на светлой ноте. Как всегда, Турнёр украдкой подрывает изнутри жанр, в котором работает, нагружает его необычной массой драматичности и тревоги. Еще один способ свернуть с проторенной дорожки и сделать фильм более личным – придание ностальгии отчетливо призрачного характера. Все люди, о которых вспоминает рассказчик, теперь, вероятно, мертвы. Тот городок, что предстает на экране, и все его население существуют только в воспоминаниях, следы которых на экране наполовину реальны, наполовину призрачны, как будто во сне. Еще один типично турнёровский и не столь явный аспект фильма – конфликт между врачом и пастором. На 1-й взгляд это борьба философий: материализм против спиритуализма. На самом же деле у обоих героев есть проблемы с интеграцией в общество, оба в душе – изгнанники, и в этом коренится подлинная причина их столкновения. После эпидемии оба заслужат уважение местных, и между ними завяжется дружба.
       Этот «маленький», великолепно сделанный фильм по своей природе ― типичный голливудский продукт, но при этом и стопроцентно авторское кино: режиссер идет в нем наперекор обычным установкам жанра и ожиданиям зрителей и делает картину настолько личной, что она приобретает от этого универсальность. Добавим, что автор романа-первоисточника восхищался работой Турнёра. Тем не менее фильм остался малоизвестен; он обращен к избранным зрителям. Это один из любимых фильмов Турнёра. Бюджет его был крохотным по сравнению с Проходом через каньон, Canyon Passage; Из прошлого, Out of the Past; Берлинским экспрессом, Berlin Express, 1948. Турнёру так хотелось снять его, что он принес в жертву собственные интересы и согласился на гораздо меньший гонорар, чем тот, что получал раньше, – и с тех пор так и не смог вновь подняться на прежний уровень оплаты (он рассказывает об этом в журнале «Présence du cinéma», № 22–23, 1966).

    Авторская энциклопедия фильмов Жака Лурселля > Stars In My Crown

  • 16 Trois de Saint-Cyr

       1938 – Франция (95 мин)
         Произв. Productions Calamy
         Реж. ЖАН-ПОЛЬ ПОЛЕН
         Сцен. Поль Фекете
         Опер. Марсель Люсьен
         Муз. Пьер Дюпон
         В ролях Ролан Тутен (Поль Паран), Жан Меркантон (Жан Ле Муан), Жан Шеврие (Пьер Мерсье), Поль Амио (генерал), Элен Пердриер (Франсуаза), Леон Бельер (господин Ле Муан), Чакри-Бей (вождь племени), Жан Паредес (Бреваль).
       Юноша Жан Ле Муан поступил в военную школу Сен-Сир против воли отца-финансиста (отец хотел, чтобы сын пошел по его стопам, однако потом стал гордиться его выбором). Его друг детства Поль Паран – худший ученик прошлого выпуска, где лучшим стал Пьер Мерсье. Мерсье назначен инструктором у первокурсников («салаг») и устраивает тяжелую жизнь Ле Муану, однако лишь для того, чтобы научить его порядку, терпению, самообладанию и т. д. – качествам, необходимым для военного ремесла, которые закалят его характер. На нескольких приемах Мерсье встречает сестру Жана, Франсуазу; она влюбляется в него, пробуждая ревность в Паране, влюбленного во Франсуазу. Мать Мерсье из кожи вон лезла, чтобы ее сын мог учиться. Теперь она потеряла все средства из-за финансового краха. Она осталась без сбережений и живет за счет школы, где для подобных случаев предусмотрена касса взаимопомощи. Чтобы отплатить этот долг чести. Мерсье отказывается от блистательной карьеры и поступает на службу офицером разведки в сирийскую пустыню, где военным платят высокое жалованье. Он покидает Франсуазу, и та приходит в отчаяние.
       Проходит 5 лет. Лейтенант Ле Муан отслужил в Компьене, Паран возвращается из Марокко в чине капитана, и оба поступают в распоряжение капитана Мерсье, ведущего борьбу с мятежниками. Мерсье спасает жизнь Парану, и тот так ему благодарен, что забывает о ревности к бывшему отличнику как в любовном, так и в карьерном отношении. Мерсье посылает Ле Муана на пост Т-7 у нефтепровода: пост запросил подмоги, поскольку неподалеку собрались войска мятежников. Пост окружен. На складе боеприпасов взрывается ящик с гранатами. Мерсье и Паран садятся в самолет и сбрасывают на территорию поста ящики с патронами. Ле Муан героически погибает в бою. Новый выпуск школы Сен-Сир назван в честь лейтенанта Жана Ле Муана. На торжественной церемонии Мерсье снова встречается с Франсуазой.
         Одна из самых знаменитых картин, принадлежащих к милитаристскому и колониальному направлению во французском кино 30-х гг. Она обладает довольно необычной конструкцией. 1-я часть, снятая в реальных интерьерах, создает достоверный образ повседневной жизни школы Сен-Сир: уроки, «дедовщина», торжественные церемонии (на одной в начале 1-го учебного года выпускники школы вручают первокурсникам плюмажи). Фильм не отличается высокой техникой, не вдается в детали образовательного процесса и довольствуется восхвалением некоторых моральных и патриотических ценностей. Эти ценности с трудом находят воплощение во 2-й части, где блистательный капитан Мерсье, добровольно выбравший бесперспективную должность, чтобы расплатиться с кредиторами, сражается с довольно абстрактным врагом (арабскими мятежниками, также известными как «мерзавцы»), ничуть не угрожающими безопасности Франции, на чье сохранение направлены все силы выпускников Сен-Сира. Напротив, персонаж Ле Муана к нравственным добродетелям, привитым ему в школе, добавляет новую – самопожертвование.
       Фильмы такого рода – и, в частности, этот – часто критиковали за пропагандистскую идеологию. Но самое удивительное в Трое из Сен-Сира – отсутствие глубокой убежденности. Содержание фильма сторонится конкретики (напр., политической платформы) и ищет спасения в заповеднике морали, которая сама по себе может без особого труда снискать одобрение публики. Внешне фильм достаточно сдержан для своего жанра. Трио Тутен – Шеврие – Меркантон довольно сносно справляется с банальностью характеров. Повествование не способно достичь эпических масштабов и, встав сначала на путь документального реализма, затем проваливается в область поучающей патриотической мелодрамы.
       N.B. Если в этом случае некоторая доля документальности придала сюжету и авторской интонации определенную трезвость и сдержанность, такого не произошло в другом фильме Полена Дорога чести, Le chemin de l'honneur, 1939. Там прославление Иностранного легиона, выполненное столь же неуверенно, привело авторов к неправдоподобной мелодраматической путанице, основанной на теме братьев-близнецов. После того, как достойный офицер получает смертельную рану и кончает жизнь самоубийством, его брат-близнец, попавший в серьезные неприятности, выдает себя за него. Он оправдывает свое спасение, став образцовым бойцом и храбро сложив голову в бою.

    Авторская энциклопедия фильмов Жака Лурселля > Trois de Saint-Cyr

  • 17 Under Capricorn

       1949 – США (112 мин)
         Произв. Warner, Transatlantic Pictures (Сидни Бернстайн, Алфред Хичкок)
         Реж. АЛФРЕД ХИЧКОК
         Сцен. Джеймс Брайди, Хьюм Кронин по одноименному роману Хелен Симпсон
         Опер. Джек Кардифф (Technicolor)
         Муз. Ричард Эддинселл
         В ролях Ингрид Бергман (леди Генриэтта Фласки), Джозеф Коттен (Сэм Фласки), Майкл Уайлдинг (Чарлз Адэр), Маргарет Лейтон (Милли), Джек Уотлинг (Уинтер), Сесил Паркер (сэр Ричард), Денис О'Ди (Корриган).
       Сидней, 1831 г. Чарлз Адэр, кузен нового английского губернатора, знакомится с Сэмом Фласки, освобожденным каторжником, каких тогда было много в этих краях. Фласки стал богатым землевладельцем. Некогда он был конюшим, женился на ирландской аристократке леди Генриэтте и убил ее брата, выступавшего вместе со всей семьей против неравного брака сестры. Генриэтта – подруга сестры Чарлза. Чета Фласки живет в отрыве от добропорядочного сиднейского общества. Генриэтта частенько выпивает и не знает душевного покоя; семейная жизнь для нее похожа на ссылку. Она эмигрировала в Австралию, чтобы оказаться рядом с мужем в самые трудные годы. Но после освобождения Сэма супругам так и не удалось вновь наладить контакт между собой. Чарлз Адэр всячески старается вернуть Генриэтте вкус к жизни и прежде всего убеждает ее вновь взять хозяйство в свои руки. Ему это почти удается, и его успех очевиден, когда благодаря ему Генриэтта производит эффект на балу у губернатора. Но Милли, гувернантка Генриэтты, тайно влюблена во Фласки и ловко разжигает в нем ревность. По наущению Милли муж Генриэтты приходит на бал и устраивает скандал. Чарлз хочет увезти Генриэтту с собой в Ирландию, и тут она признается, что сама убила брата, когда тот стал угрожать Сэму. Сэм взял ее вину на себя и признался в преступлении. После скандала на балу Сэм прогоняет Адэра и случайно ранит его. Он хочет расстаться с женой. Генриэтта говорит губернатору, что сама напала на Адэра, но Сэм не хочет подтверждать ее показания в суде и идет под арест. Чтобы спасти его, Адэр заявляет, что поранился сам. Сэму становится известно о кознях Милли. Она не только подпаивала Генриэтту, стараясь постепенно, малыми дозами яда, извести ее, но и пугала ее, подкладывая в постель сушеные головы индейцев – предмет, который можно найти почти в каждой лавке. Адэр не признается Генриэтте в любви и уезжает из страны, оставив за собой примирившихся супругов.
         Между Ребеккой, Rebecca и Головокружением, Vertigo Хичкок снимает еще одну романтическую фантазию, в сюжете которой главным становится женский портрет. Хичкок выбрал сценарий, поскольку тот нравился Ингрид Бергман, одной из самых востребованных голливудских звезд той поры. Хичкок систематически и очень удачно использует плавные, подвижные длинные планы (тот же метод он применил в Веревке, Rope, но с другими целями), намеренно придает повествованию неспешность и торжественность, прибегает к более скрытой драматизации, чем обычно, и почти полностью изымает сцены с активным действием, тем самым он наделяет своих героев и отношения между ними странной и мощной романтической силой. Подлинным материалом фильма становятся внутренние движения душ персонажей.
       Типичные для Хичкока темы несправедливого обвинения и спасительного признания совершенно необыкновенным образом способствуют экономичности сюжета, поскольку тот, кто несправедливо обвинен, сам согласился на эту роль, а суть признания состоит в рассказе о самопожертвовании, – героиня, ради которой оно было совершено, больше не хочет носить это знание в себе одной. Чувства всех персонажей обострены до предела, и это чувства высокие; серия взаимных самопожертвований связывает их крепче любого заговора. Даже злой демон фильма (гувернантка Милли) движима искренней любовью; эта любовь отнюдь не является оправданием поступков Милли, но временами поднимает ее до уровня других персонажей. Кроме того, Под знаком Козерога – один из самых красивых цветных фильмов в истории кинематографа. Великолепная музыка Ричарда Эддинселла, композитора Морских дьяволов, Sea Devils. Не понятый ни публикой, ни критиками (за исключением редакторов «Cahiers du cinéma»), презираемый какое-то время самим Хичкоком, которому было очень стыдно за его провал в прокате (что говорит в первую очередь о скромности мастера), этот фильм, где важнейшую роль играет слово (особенно в той части, которая касается изгнания демонов прошлого), – одна из жемчужин творчества Хичкока.
       БИБЛИОГРАФИЯ: рекомендуем к прочтению замечательную статью Жана Домарши «Неизвестный шедевр» (Jean Domarchi, Le chef-d'œuvre inconnu), посвященную этому фильму и опубликованную в № 39 журнала «Cahiers du cinéma» (окт. 1954, переиздание – 1980); это первый большой текст о Хичкоке, появившийся в печати. «Если у современной литературы нет больше времени на то, чтобы рассказывать истории, и если миф об антигерое становится удобным предлогом для решения проблем, которые интересуют только специалистов, то кто же, – спрашивает Домарши, – отважится теперь поведать людям свою историю?»

    Авторская энциклопедия фильмов Жака Лурселля > Under Capricorn

  • 18 abstention

    f
    1) неучастие; невмешательство
    2) воздерживание, уклонение от голосования
    décider par quarante voix contre deux et neuf abstentions — постановить сорока голосами против двух при девяти воздержавшихся
    3) юр. самоотвод

    БФРС > abstention

  • 19 accablant

    1) тягостный, тяжкий; удручающий
    3) обвиняющий, отягчающий
    preuves accablantes — бесспорные улики; неопровержимые доказательства

    БФРС > accablant

  • 20 affronter

    vt
    affronter le dangerпренебрегать опасностью; идти навстречу опасности
    2) сближать края чего-либо; устанавливать на одном уровне
    3) ставить друг против друга
    animaux affrontés геральд. — фигуры животных, стоящие друг против друга

    БФРС > affronter

См. также в других словарях:

  • ПРОТИВ — предлог с род. п. 1. Прямо перед кем–чем–н., на другой стороне от кого–чего–н., напротив. «Против меня была дверь в кабинет.» Л.Толстой. «Против неба на земле жил старик в одном селе.» Ершов. Против дома стоит памятник. Сидеть против света. ||… …   Толковый словарь Ушакова

  • ПРОТИВ МЕТОДА — ’ПРОТИВ МЕТОДА’ (‘Against Method. Outline of an Anarchistic Theory of Knowledge’, 1974) программное сочинение Фейерабенда, в котором излагается его позиция эпистемологического анархизма. Работа посвящена Лакатосу и первоначально задумывалась как… …   История Философии: Энциклопедия

  • ПРОТИВ — 1. нареч. То же, что напротив (в 1 знач.) (устар. и разг.). Он сидел, я стоял п. 2. кого (чего), предл. с род. Прямо перед кем чем н., напротив кого чего н. Остановиться п. дома. Сидеть п. света (так, что светит в лицо). Сесть п. собеседника. 3.… …   Толковый словарь Ожегова

  • ПРОТИВ МЕТОДА — ( Against Method. Outline of an Anarchistic Theory of Knowledge , 1974) программное сочинение Фейерабенда, в котором излагается его позиция эпистемологического анархизма. Работа посвящена Лакатосу и первоначально задумывалась как часть их… …   История Философии: Энциклопедия

  • Преодоление прошлого — В этой статье не хватает ссылок на источники информации. Информация должна быть проверяема, иначе она может быть поставлена под сомнение и удалена. Вы можете …   Википедия

  • Пережитки прошлого в сознании и поведении людей — идеи, представления, традиции, поступки и привычки людей, выступающие в условиях социализма как порождение и отражение изживших или изживающих себя общественных отношений. Эти явления разнообразны по своему характеру. К ним относятся: нарушения… …   Научный коммунизм: Словарь

  • Человек без прошлого (фильм) — Человек без прошлого Mies vailla menneisyyttä Жанр драма/комедия Режиссёр Аки Каурисмяки Продюсер …   Википедия

  • Человек без прошлого — Mies vailla menneisyyttä …   Википедия

  • "Русский марш". События прошлого года — Впервые шествие и митинг представителей русских националистических организаций по Москве под названием Русский марш состоялся 4 ноября 2005 года. Это было первое в новой российской истории крупное легальное выступление русских националистов.… …   Энциклопедия ньюсмейкеров

  • Игра против рынка — (Trading against the trend) Игра против рынка это ожидание значительного движения цены и затем открытие позиции в противоположном направлении Определение и понятие игры против рынка, методы и стратегии торговли против тренда, и крупные инвесторы …   Энциклопедия инвестора

  • Пропаганда против ГЛБТ — Содержание 1 Антигомосексуальная государственная пропаганда 1.1 Нацистская Германия …   Википедия

Книги

Другие книги по запросу «против прошлого» >>


Поделиться ссылкой на выделенное

Прямая ссылка:
Нажмите правой клавишей мыши и выберите «Копировать ссылку»