Перевод: с французского на все языки

в образе женщины

  • 1 goule

    I f II f разг.
    рот, пасть

    БФРС > goule

  • 2 goule

    сущ.
    2) разг. пасть, рот
    3) тех. горный провал, естественная шахта, карстовая полость, провал

    Французско-русский универсальный словарь > goule

  • 3 Женщины

       см. The Women

    Авторская энциклопедия фильмов Жака Лурселля > Женщины

  • 4 Женщины ночи

       см. Yoru no onna-tachi

    Авторская энциклопедия фильмов Жака Лурселля > Женщины ночи

  • 5 Женщины, женщины

       см. Femmes, femmes

    Авторская энциклопедия фильмов Жака Лурселля > Женщины, женщины

  • 6 Молодость женщины

       см. Chabab emraa

    Авторская энциклопедия фильмов Жака Лурселля > Молодость женщины

  • 7 Новые женщины

       см. Xin nuxing

    Авторская энциклопедия фильмов Жака Лурселля > Новые женщины

  • 8 Сайкаку: жизнь женщины

    Авторская энциклопедия фильмов Жака Лурселля > Сайкаку: жизнь женщины

  • 9 The Barefoot Contessa

       1954 - США (128 мин)
         Произв. UA, Figaro Inc. (Манкивиц)
         Реж. ДЖОЗЕФ Л. МАНКИВИЦ
         Сцен. Джозеф Л. Манкивиц
         Опер. Джек Кардифф (Technicolor)
         Муз. Марио Нашимбене
         В ролях Хамфри Богарт (Гарри Доуз), Ава Гарднер (Мария Варгас), Эдмонд О'Брайен (Оскар Малдун), Мариус Горинг (Альберто Бравано), Валентина Кортезе (Элеанора Торлато-Фаврини), Россано Брацци (Винченцо Торлато-Фаврини), Элизабет Селларз (Джерри), Уоррен Стивенз (Кёрк Эдвардз), Мари Олдон (Мирна), Франко Интерленги (Педро), Бесси Лав (миссис Юбэнкс), Джим Джералд (мистер Блю).
       Дождливый день, кладбище на итальянской Ривьере. Хоронят голливудскую звезду Марию д'Амато, урожденную Марию Варгас.
       1-й ФЛЭШБЕК (РАССКАЗ ГАРРИ). Сценарист и режиссер Гарри Доуз, автор 3 фильмов в молниеносной карьере Марии, был ее другом, исповедником и немного психоаналитиком. Он вспоминает их 1-ю встречу в мадридской таверне, где она танцевала. Богатый продюсер Кёрк Эдвардз в поисках новых лиц пришел посмотреть на Марию с какой-то старлеткой, своим «ассистентом по связям с общественностью» Оскаром Малдуном и с Доузом. У Марии есть правило: никогда не садиться за столик к посетителям, и для Кёрка Эдвардза она не хочет делать исключения, еще не зная, насколько отвратителен и деспотичен этот прирожденный мегаломан. Доузу приходится упрашивать ее. Он застает ее в гримерке босой; она прячется с любовником за портьерой. Позднее она рассказывает, что во время гражданской войны в Испании, когда Мария была маленькой, родителям не хватало денег на обувь, и поэтому она часто бегала босиком по грязи и даже зарывалась в эту грязь при обстрелах, укрываясь от взрывов. Мария часто ходит в кино и знает Доуза так же хорошо, как Лубича, Флеминга, Ван Дайка или Ла Каву. Она садится за столик к американцам, но фальшивое краснобайство Малдуна и ледяное безразличие Кёрка Эдвардза приводят ее в отчаяние. Она уходит. По приказу Эдвардза Доуз находит Марию и уговаривает немедленно сесть на самолет в Голливуд, что она и делает - только затем, чтобы досадить матери, которую ненавидит. С тревогой она спрашивает у Доуза, может ли он помочь ей стать хорошей актрисой. Возвращение на кладбище.
       2-й ФЛЭШБЕК (РАССКАЗ ГАРРИ). Пробы Марии покоряют и восхищают всех. Доуз приглашает на просмотр ряд продюсеров из Европы, чтобы Кёрк не мог, если ему это вдруг заблагорассудится, похоронить карьеру Марии в зародыше, уничтожив пленку, - так уже бывало в прошлом. Возвращение на кладбище.
       3-й ФЛЭШБЕК (РАССКАЗ ОСКАРА). Премьера фильма с Марией проходит с большим успехом, но тут приходит известие, что отец Марии убил ее мать. Эта новость грозит уничтожить прокатную судьбу фильма во всем мире. Но Марию ничуть не заботят подобные опасения, и она предстает перед судом, защищая отца. Ради этого она без колебаний обвиняет мать. Без какого-либо умысла одной лишь своей искренностью она восхищает публику, и, вопреки ожиданиям Оскара, ее популярность от этого только умножается. Возвращение на кладбище.
       4-й ФЛЭШБЕК (РАССКАЗ ГАРРИ). Счастливая звезда Кёрка клонится к закату. На вечеринке, устроенной им в съемной квартире Марии, он публично ссорится с чилийским миллиардером Альберто Бравано, светским бездельником и эгоистом, мечтающим пригласить Марию к себе на яхту, чтобы похвастаться ею перед друзьями. Кёрк запрещает Марии принимать его приглашение, но Мария немедленно поступает наоборот. Впрочем, после 3 фильмов голливудская жизнь утомила ее и перестала приносить ей радость. Малдун тоже меняет хозяина. Он высказывает Кёрку все наболевшее и уходит работать к Бравано. Возвращение на кладбище.
       5-й ФЛЭШБЕК (РАССКАЗ ОСКАРА). Так и не отдавшись Кёрку, Мария не отдается и Бравано. Она заводит тайные и быстротечные интрижки с мужчинами, потеряв им счет. Бравано ведет с ней стерильную, упадническую жизнь, которую влачат знаменитости со всего света, населяющие Ривьеру. Знакомства Бравано вращаются вокруг некоего претендента на трон, который находится в центре внимания этих людей. Однажды вечером в казино Бравано оскорбляет Марию и говорит, что она приносит ему неудачу. Между ними начинается драка, но посторонний человек, граф Торлато-Фаврини, подходит к Бравано и дает ему пощечину. Затем уходит под руку с Марией. Возвращение на кладбище.
       6-й ФЛЭШБЕК (РАССКАЗ ТОРЛАТО-ФАВРИНИ). Граф, последний отпрыск угасающего знатного итальянского рода, случайно, сидя за рулем своего автомобиля, увидел, как Мария танцует в цыганском таборе. Через некоторое время случай привел его в казино, где он вновь ее увидел. В игровом зале она одолжила у Бравано несколько фишек, обменяла их на деньги и передала их через окно какому-то мужчине. Этим и была вызвана вспышка гнева Бравано, за которую он получил от графа пощечину. Совершенно не зная, кто она такая (что немало удивляет Марию), покоренный только ее обаянием, он тут же отвозит ее к себе в роскошный особняк в Рапалло. Проходит совсем немного времени, и ему приходит в голову жениться на ней. Возвращение на кладбище.
       7-й ФЛЭШБЕК (РАССКАЗ ГАРРИ). Доуз читает в газете, что Мария готовится выйти замуж за графа. Однажды, выбирая натуру в Санта-Маргарите, он видит ее: она сияет от счастья, словно Золушка, впервые влюбленная в настоящего Принца. Он становится свидетелем на их свадьбе и ощущает смутную тревогу за Марию. Тревога усиливается, когда она рассказывает ему (флэшбек во флэшбеке), что в брачную ночь муж показал ей справку из военного госпиталя о том, что в октябре 1942 г. он был ранен и стал импотентом. После этого она затеяла интрижку со слугой и забеременела от него. Когда она уезжает от Доуза, тот видит, как за ней следует какая-то машина. Он сломя голову несется в графский дворец, но прибывает слишком поздно: Принц уже убил свою Золушку, перед этим расправившись с ее любовником.
       Возвращение на кладбище. Церемония подходит к концу. Граф уходит под конвоем 2 полицейских на глазах у Доуза. Завтра Доузу предстоит начать съемки нового фильма. Работа и кино продолжаются.
        Самый личный, свободный и завершенный - если не самый совершенный - фильм Манкивица. Режиссер выступает тут независимым продюсером от «United Artists»; вернее, вместе с «United Artists»: эта студия славилась тем, что предоставляла полную свободу своим авторам. Манкивиц в одиночку работает над сценарием (из которого он сначала подумывал сделать роман); таким образом, написание сценария и режиссура становятся единым процессом, цельность и связность которого не нарушается ничьим посторонним вмешательством или внешним давлением. Манкивиц создает одновременно портрет и человека, и общества; вернее, 3 маленьких обществ, 3 микрокосмов - голливудского кинематографа; группы богатых бродяг и изгнанников, ведущих чарующую и безумную жизнь на Ривьере; и наконец дворца вымирающего рода итальянских аристократов. На все эти 3 мира Манкивиц кладет печать вырождения, тонко меняющуюся от одной декорации к другой: варварство и лицемерие пытаются завладеть разлагающейся прекрасной цивилизацией, и та уже одной ногой стоит в могиле. Сквозь все эти миры проходит фигура Марии, женщины нереальной, недоступной и обманчиво безмятежной красоты: она хочет сама себе доказать, что свободна. Но свобода не принесет радости - только трагедию.
       Как сделать личную свободу - самое драгоценное, что может быть у человека, - созидательной силой, приносящей ему счастье, а другим - пользу? Вот в чем вопрос, спрятанный между строк во многих картинах Манкивица, и чаще всего он оставлен автором без ответа. В этом фильме Манкивиц еще больше (и как будто без малейшего усилия и ненужной скромности) раскрывает свою подлинную природу - лирика, часто обуреваемого гневом и бешенством; беспощадно ироничного и остроумного аналитика, а вдобавок поэта и мечтателя. Все эти аспекты ощущаются в умело выстроенной извилистой конструкции фильма (8 флэшбеков изложены 4 рассказчиками), по строению больше похожего на роман, чем на пьесу.
       На поверхности Босоногая графиня использует для описания мира кино тот же метод, что и Все о Еве, All About Eve - для описания мира театра. Тем не менее, различия между этими фильмами важнее их общих черт. Многочисленные рассказы свидетелей во флэшбеках Графини не выражают радикально противоположных точек зрения и не пытаются добиться психологической и социальной достоверности, так сказать, детективной точности, как это делал, потворствуя вкусам эпохи, Все о Еве, чье действие имитирует расследование. Задача этих флэшбеков - начертить вокруг совершенно непостижимой истины (сердца Марии) поэтичные, ностальгичные и лиричные узоры и завершить их погребальной песней, которой, по сути, и является этот фильм. Мрачная и захватывающая аристократическая концепция мира, не исключающая очевидного либерализма в социальной и политической жизни, часто приводит Манкивица к мысли о том, что самые талантливые и свободные люди не созданы для счастья и чем большего успеха они достигают, тем больше, не желая того, сеют вокруг себя разрушения и печаль.
       Как ни рассматривай Босоногую графиню - на уровне актеров и персонажей, конструкции, диалогов, монологов (целый океан текста), пластического решения (1-й цветной фильм в биографии режиссера), - всюду она кажется одинаково богатой и почти неисчерпаемой. Манкивиц говорит в этом фильме обо всем, что дорого его сердцу (даже о некоторых аспектах американской налоговой системы), частично пишет автопортрет в образе честного и уставшего Гарри Доуза, подробно говорит о том, что любит, ненавидит, о чем думает неотступно и о чем тоскует. Наконец, больше всего фильм трогает тем, что все это богатство в результате придает рассказу вид интимной исповеди, где сквозь причудливое изобилие отклонений от сюжета постепенно проступает авторское «я».
       N.В. Фильм можно рассматривать как головоломку, однако, как это случается со всеми великими произведениями, подобрав ключи, убеждаешься лишь в том, что они не особенно помогают понять глубинную суть сюжета. Несмотря на протесты самого Манкивица, в связи с Марией Варгас многие упоминают Риту Хейуорт. В свою очередь, персонаж Кёрка Эдвардза напоминает Хауарда Хьюза. Поскольку над фильмом висела угроза судебного иска, Манкивиц после встречи с Хьюзом предпочел вырезать из текста несколько фраз.
       БИБЛИОГРАФИЯ: сценарий и диалоги в журнале «L'Avant-Scene», № 68 (1967). Текст восстановлен по экземпляру сценария, предоставленному Манкивицем, и включает множество сцен, не снятых или вырезанных при монтаже.

    Авторская энциклопедия фильмов Жака Лурселля > The Barefoot Contessa

  • 10 Bluebeard

       1944 - США (73 мин)
         Произв. PRC (Леон Фромкесс)
         Реж. ЭДГАР ДЖОРДЖ УЛМЕР
         Сцен. Пьер Жендрон по сюжету Арнолда Филлипса и Вернера X. Фюрста
         Опер. Джоки А. Файндел
         Муз. Лео Эрдоди
         В ролях Джон Кэррадин (Гастон Морель), Джин Паркер (Люсиль), Нильс Астер (инспектор Лефевр), Людвиг Штоссель (Ламарте), Джордж Пембрук (инспектор Ренар), Тила Лоринг (Франсина), Соня Сорель (Рене), Генри Колкер (Дешан), Эмметт Линн (Солдат), Энн Стерлинг (Жаннетта).
       XIX в. Париж терроризирует убийца, нападающий на женщин. Девушки и молодые женщины боятся выходить на улицу одни. Знаменитый кукольник и художник Гастон Морель приглашает юную модистку Люсиль на «Фауста» Гуно. На сцене ему помогают девушка Рене и ассистент по прозвищу «Солдат». После спектакля Морель объясняет Люсиль, что все его куклы внешне похожи на женщин, с которыми он некогда был знаком. Моделью для куклы Маргариты стала ныне покойная девушка, которую он когда-то любил. Он предлагает Люсиль позировать для такой куклы. Когда Люсиль уходит, Рене устраивает Морелю сцену ревности и напоминает, что многих девушек он убил своими руками. Напрасно она это говорит: кукольник убивает ее и бросает тело в Сену. Инспектор, ведущий расследование убийств, узнает в женском портрете, недавно приобретенном неким герцогом, черты одной жертвы таинственного убийцы. Он не хочет допрашивать торговца Ламарте, продавшего картину, поскольку считает его соучастником душегуба. Сестра Люсиль Франсина, невеста инспектора, продумывает хитроумный план, который позволит выйти на художника. Некий знакомый герцога (на самом деле его играет полицейский) просит Ламарте, чтобы автор женского портрета, произведшего на него огромное впечатление, нарисовал портрет его дочери. В ее роли, конечно же, будет выступать сама Франсина. «Знакомый» и его дочь якобы проездом в Париже, но им очень хочется увезти картину с собой в Южную Америку. Ламарте манит выгодная сделка, и он заставляет художника (т. е. Мореля, которого давно шантажирует) выполнить заказ. Морель ставит условия: он будет работать без свидетелей, и далее девушка не сможет его увидеть. Он будет писать ее отражение в зеркале.
       Полицейские окружают магазин Ламарте, где идет работа над портретом. Но Франсина видит лицо Мореля, и тот душит ее галстуком, после чего уходит от преследования полиции. Люсиль узнает орудие убийства: этот галстук она своими руками заштопала для кукольника. Она приходит в его мастерскую, и влюбленный Морель признается ей во всем. Некогда он любил девушку по имени Жаннетта, которую встретил на улице и привел к себе, чтобы написать ее портрет. Этот портрет стал его 1-й удачной картиной, но позднее он узнал, что Жаннетта совсем не похожа на идеальный образ, который он нарисовал в воображении. Она была проституткой и со смехом предложила расплатиться с ним за труды натурой. Он ее задушил. С тех пор сколько бы женских портретов он ни писал, каждый выходил похожим на Жаннетту, и всякий раз его охватывало необоримое желание задушить модель. Он признается Люсиль в том, что убил ее сестру. «Она бы помешала нашему счастью», - заявляет он в свое оправдание. Люсиль говорит, что рассказала обо всем полиции. Он пытается ее задушить, но она остается в живых. Спасаясь от преследования, Морель бежит по крышам и падает в Сену.
        Ошибкой было бы судить фильмы Улмера и в особенности эту картину по критериям, применимым к традиционным драматургическим произведениям: ловкость конструкции, разработанность характеров, напряженность и ритмичность повествования. Улмера это нисколько не интересует, и на всем протяжении фильма он думает лишь о том. чтобы воплотить в жизнь давнюю фантазию, порожденную немецким экспрессионизмом и Мурнау. Главное в этой фантазии - взаимодействие света и тени, механики и живой материи. В мире главного героя этого фильма (похожего на многие другие работы Улмера) тень практически полностью поглотила свет, механизмы одержали победу над живой материей. Синяя Борода в достаточно вольной интерпретации образа бесконечно проживает заново жестокое разочарование, постигшее его, когда светлый идеал погиб, растоптанный пошлой реальностью. Воспоминание об этом неотступно преследует кукольника и делает его жизнь механической до трагичности. Творчество отнюдь не приносит ему свободы; стоит взяться за кисть, как раны открываются снова, одержимость вновь пробуждается, и он вынужден длить список своих преступлений. В этом фильме Улмер раскрывает тему превращения человека в робота под влиянием пережитого несчастья, и в результате Синяя Борода предстает перед нами в образе романтичного байроновского эстета - образе, пересмотренном, исправленном и существенно измененном немецким экспрессионизмом. Как обычно, Улмеру нравится усеивать путь своих персонажей самыми разнообразными предметами и масками, символами и призрачными видениями, с маниакальной кропотливостью подчеркивая трагичность положения этих людей: и невидимые нити, связывающие Синюю Бороду с его судьбой, напоминают те нити, которыми Синяя Борода управляет своими восхитительными куклами. Конечно, мы вольны не пойти вслед за Улмером по пути мечтаний и фантазий: но без этого его творчество предстает лишь пустой оберткой и может вызвать улыбку своей нарочитой материальной скудостью. Но, пойдя за ним, мы обнаружим, что Улмер - один из самых чарующих творцов и волшебников в истории кино. Универсальности он достиг лишь однажды в Нагом рассвете, The Naked Dawn, и этого было достаточно, чтобы доказать скептикам силу его таланта.

    Авторская энциклопедия фильмов Жака Лурселля > Bluebeard

  • 11 Deep in My Heart

       1954 - CШA (132 мин)
         Произв. MGM (Роджер Иден)
         Реж. СТЭНЛИ ДОНЕН
         Сцен. Леонард Спигелгласс по одноименной книге Эллиотта Арнолда (подзаголовок: «История, основанная на жизни Зигмунда Ромберга»)
         Опер. Джордж Фолси (Eastmancolor)
         Муз. Адолф Дойч
         В ролях Хосе Феррер (Зигмунд Ромберг), Мёрл Оберон (Дороти Доннелли), Хелен Трабл (Анна Мюллер), Доу Эйведон (Лиллиан Хэррис Ромберг), Тамара Туманова (Габи Дели), Пол Стюарт (Берт Таунсенд), Изобель Элсом (миссис Хэррис), Уолтер Пиджон (Дж. Дж. Шуберт), Пол Хенрид (Флорени Зигфелд). Приглашенные звезды: Розмари Клуни, Джин и Фред Келли, Джейн Пауэлл, Вик Дэмоун, Эни Миллер, Уильям Олвис, Сид Шерисс, Джеймс Митчелл, Хауард Кил, Тони Мартин и Джоан Уэлдон.
       Нью-Йорк, 1910-е гг. Зигмунд Ромберг, венгерский музыкант, эмигрировавший в США, работает пианистом и дирижером в заведении Анны Мюллер «Кафе Вена» на Второй авеню. Некий импресарио говорит Ромбергу, что песни, которые он сочиняет, вдохновляясь воспоминаниями о Вене, совершенно вышли из моды. Надо играть «рэгтайм». Ромберг следует его совету и блистательно, но с отвращением пишет «Танец бараньей ляжки», который пользуется большим успехом. Не ослабляя усилий, Ромберг продает целый букет других песен знаменитому антрепренеру Дж. Дж. Шуберту. Но оркестровка и ритм, в которых исполняет его мелодию певица Габи Дели, звезда ревю Шуберта, не нравятся Ромбергу так сильно, что он отвергает сказочный 5-летний контракт, предложенный Бертом Таунсендом, официальным представителем Шуберта. Либреттистка Дороти Доннелли, всегда защищавшая Ромберга, советует ему в ожидании лучших возможностей согласиться. Он пишет для Шуберта целый ряд ревю (среди которых «Вихрь ветра»); все они имеют успех, но сам Ромберг их презирает. Ему не терпится представить публике оперетту «Майская пора», но Таунсенд упорно отказывается ее ставить. Наконец, Ромберг добивается своего благодаря небольшой махинации Дороти, в результате которой Шуберт должен поверить, будто Ромбергу удалось привлечь к участию в постановке великого Зигфелда.
       «Майская пора» пользуется успехом. Ромберг решает лично продюсировать следующую пьесу «Волшебная мелодия». На этот раз его ждет болезненный провал. Он публично кается и возвращается к Таунсенду и своим привычным соавторам Джадсону и Баттерфилду. Втроем они едут в деревню, в рекордное время переписывают «Джазза-ду», и там Ромберг знакомится с Лиллиан и влюбляется в нее на всю жизнь. Но мать Лиллиан и она caма - мещанки до кончиков ногтей; они смотрят на его работу свысока. Однажды, пригласив их на чай, он пересказывает им в лицах «Джазза-ду», исполняя партии всех персонажей. В ответ же встречает лишь вежливое безразличие. Розыгрыш Таунсенда, отправившего от имени Ромберга букетики фиалок всем постоялицам отеля, заканчивается ссорой музыканта с Лиллиан.
       Как и после каждой премьеры, успех «Джазза-ду» отмечают в заведении Анны Мюллер. Там же отмечают и премьеру «Художников и моделей», и тут ненадолго появляется Лиллиан с новым парнем. Танцуя с Ромбергом. она говорит, что одной любви недостаточно для хорошего брака. Однако в конце первого представления «Принца-студента» она стоит в пустом зале, готовая принять предложение руки и сердца от Зигмунда, а тот на 7-м небе от счастья. После свадьбы он выпускает на подмостки «Принцессу Флавию», «Песню пустыни» и «Мой Мэриленд». Его верная подруга и соавтор Дороти Доннелли умирает от тяжелой болезни. Она просит Анну, чтобы та спела ей в последний раз «Ауф видерзейн», ее любимую мелодию Ромберга. Тот работает теперь с Оскаром Хаммерстайном. Они пишут оглушительно успешную пьесу «Молодая луна», за которой следуют два провала: «Восточный ветер» и «Майское вино». Их следующее произведение «Солнечная река» получает сдержанные отзывы.
       Юная публика начинает путать пьесы Ромберга с операми. Лиллиан полагает, что пришло время Ромбергу дать концерт в «Карнеги-Холле» во главе симфонического оркестра, поскольку его музыка стала частью национального достояния Америки. На вершине карьеры Ромберг обращается к публике: «Самое чудесное в музыке - то, что она никогда не бывает ни совсем новой, ни в точности такой же, какой была раньше. И когда она нравится вам больше всего, вам кажется, что вы ее уже слышали. И - кто знает? - может, вы действительно ее уже слышали. В глубине души».
        Совершив революционный переворот и выведя мюзикл за пределы замкнутого пространства шоу-бизнеса и зрительных залов, дав ему вдохнуть, наконец, чистый воздух улиц (в фильме Увольнение в город, On the Town), Донен теперь с удовольствием двигается в обратном направлении и возвращается к традиционному мюзиклу в его наиболее сценической и театральной форме. Биография Ромберга проходит через ряд замкнутых пространств, поскольку кроме театральных подмостков главным местом действия становится заведение Анны Мюллер, где отмечаются премьеры. Каждый номер возвеличен искусной операторской работой, которая, впрочем, даже и не пытается скрыть границы декораций, папье-маше, технические механизмы сценического представления. Наоборот, Донен превращает эти ограничения и условности в источник красоты, чувственности и зрелищности. Так фильм воздает должное популярной музыке, ее доброкачественной сентиментальности, не исключающей ни фантазии, ни силы. Зигмунда Ромберга (1887–1951), подлинно «народного» композитора, автора 80 пьес и ревю и 2000 песен, Донен показывает как простого, жизнерадостного, забавного и достойного человека, который восхищается буржуазией, но не принадлежит к ней. Ромбергу очень интересны все спектры эмоций Самого Обычного Человека, и он черпает в них материал для музыкальных сочинений. Бесхитростность персонажа распространяется на весь фильм с решительностью, которая в рамках жанра, всегда ценившего изощренность превыше всего, становится даже отважной.
       При этом в фильме множество оригинальных элементов. Прежде всего - актерский состав, где, помимо приглашенных звезд с отдельным набором музыкальных номеров, нет ни единого завсегдатая жанра: Хосе Феррер, великолепный аутсайдер, создает здесь запоминающийся образ; Хелен Трабл, вагнеровская оперная певица, впервые появляется на экране (еще раз ее можно увидеть в Дамском угоднике, The Ladies' Man); и даже неблагодарная и необычная дебютантка Доу Эйведон хорошо подходит на роль женщины, далеко не всегда симпатичной. Когда действие покидает подмостки, Донен даже не пытается вывести его на свежий воздух; наоборот хочет еще больше его замкнуть, как в той сцене в тесной гостиной, где Хосе Феррер пересказывает свою будущую комедию, мимикой изображая всех ее героев. Гениальная и бесконечно забавная игра Феррера становится еще интереснее из-за полного непонимания изумленных мещанок, ради которых главный герой напрасно тратит столько жизненных сил и таланта. Последняя оригинальная черта: в образе Ромберга Донен с удовольствием написал портрет крупного художника, все время чуть-чуть отстающего от своего времени. Отдавая дань моде, Ромберг работал только через силу, по принуждению. Успех часто настигал его против воли; самыми драгоценными произведениями были для него те мелодии, которые никто, кроме его старой подруги Анны Мюллер, не был в состоянии исполнить как следует. В рамках, которые этот фильм установил себе сам. В глубине души отличается цельностью и совершенством, ни в чем не уступая Увольнению в город и Поем под дождем, Singin' in the Rain.
       N.В. Список 8 музыкальных номеров с участием приглашенных звезд: 1) Розмари Клуни (и Хосе Феррер) в «Мистер и Миссис» из «Полночной девушки»; 2) Джин и Фред Келли в «Я люблю купаться с женщинами» из «Танцуя повсюду»; 3) Вик Дэмоун в «Дороге в рай» и Джейн Пауэлл в «Вспомнишь ли ты?» из «Майской поры»; 4) Энн Миллер в «Это» из «Художников и моделей»; 5) Уильям Олвис в «Серенаде» из «Принца-студента»; 6) Сид Шерисс и Джеймс Митчелл в номере «В полном одиночестве» из «Песни пустыни»; 7) Хаувард Кил в номере «Твоя земля и моя земля» из «Моего Мэриленда»; 8) Тони Мартин и Джоан Уэлдон в номере «Вернись ко мне, любимый» из «Молодой луны». Отметим, что «Джазза-ду» написана специально для фильма и не фигурирует в списке произведении Ромберга.

    Авторская энциклопедия фильмов Жака Лурселля > Deep in My Heart

  • 12 Désiré

       1937 - Франция (93 мни)
         Произв. Cineas (Серж Сандберг)
         Реж. САША ГИТРИ
         Сцен. Саша Гитри по собственной одноименной пьесе
         Опер. Жан Башле
         Муз. Адольф Боршар
         В ролях Саша Гитри (Дезире), Жаклин Делюбак (Одетта), Арлетти (Мадлен), Полин Картон (Адель), Жак Бомер (Монтиньяк), Сатюрнен Фабр (Корниш), Алис Делонд (мадам Корниш), Женевьев Викс (графиня).
       Дезире, вышколенный слуга, обожающий свою работу, попадает на службу к Одетте Клери, любовнице министра Монтиньяка. Одетта звонит бывшей хозяйке Дезире и от нее узнает, что он совершил некий чрезвычайно серьезный «проступок», за который был уволен. Одетта тут же раздумывает нанимать Дезире: тот требует от нее объяснений. Она трактует пресловутый «проступок» как попытку воровства. Дезире возмущенно отстаивает свою невиновность. На самом деле между ним и его бывшей хозяйкой сложились совсем иные отношения, нежели те, что завязываются между вором и его жертвой. Он успокаивает Одетту, заявляя, что она вовсе не в его вкусе, и таким образом сохраняет за собой место.
       На следующий день все домашние - новый слуга, кухарка, горничная, Одетта и Монтиньяк - отправляются на виллу в Довилле, принадлежащую хозяевам. Там ночью Дезире видит эротический сон, говорит, не просыпаясь, и неоднократно поминает хозяйку. Своими стонами он будит горничную, спящую в соседней комнате. Одетта видит похожий сон, во сне произносит имя Дезире и будит министра. Согласно соннику, купленному в привокзальном киоске и переходящему из рук в руки, такое поведение говорит о любви, которую спящий бессознательно испытывает к тому, кого видит во сне.
       Правительство выходит в отставку, и Монтиньяк вынужден вернуться в Париж. Он едет ночью в машине своего друга Корнита. В эту ночь между Дезире и Одеттой происходит решительное объяснение. Дезире решает окончательно покинуть новое место службы. Прежде чем попрощаться с хозяйкой, он советует ей оставить попытки женить на себе министра (который, к слову, неминуемо начнет ей изменять) и добавляет, что ей лучше вернуться в театр, поскольку профессия актрисы льстит ее любовнику. Что же касается самого Дезире, отныне он будет служить только одиноким мужчинам.
        Давайте помечтаем, Faisons un rêve и Мой отец был прав, Mon père avait raison - пьесы, совершенные по точности и простоте. Дезире, напротив - пьеса, вся состоящая из орнамента, ответвлений, отступлений, ремарок обо всем и ни о чем, реплик в сторону. Здесь Гитри, как и во многих других своих произведениях, описывает взаимоотношения между хозяевами и слугами. И те, и другие солидарны между собой, и в их солидарности общество обретает опору. Из своего положения слуги лучше видят реальность и лучше ею управляют. Гитри иллюстрирует этот парадокс с убедительной тонкостью, легкостью и иронией. К тому же его ремарки наполнены пророческим содержанием. В наши дни слуг не осталось, и общество перевернулось вверх тормашками.
       Совершенство и гениальность (поскольку говорить следует именно о гениальности) довоенных фильмов Гитри родились вовсе не чудом (чудо произойдет позднее). У них имеются четкие причины, которые легко определить:
       1) К тому моменту, когда Гитри взялся за экранизацию своих пьес, они уже с успехом прошли испытание временем. Экранизировать их 10–20 лет спустя означало перечитать их, прощупать, проверить на классические и вечные качества. Гитри, конечно же, отобрал для экранизации лучшие, но остается только сожалеть, что на экран не попали «Я тебя люблю», «Беранже» и «А жил ли мсье Прюдом?» - самое оригинальное и странное из его произведений.
       2) Гитри экранизирует свои пьесы в самый плодотворный период истории французского кино, к тому же его партнершей выступает самая талантливая и самая фотогеничная из его супруг - помимо прочего, она обладала ярчайшей индивидуальностью. Жаклин Делюбак оставила в памяти киноманов образ женщины сдержанной, но цветущей, страстной, но независимой, с современной манерой игры, лишенной тяжеловесности и предрассудков. Ее непосредственность, ироничное и совсем не слащавое обаяние идеально сочетаются с хорошо отлаженной игрой крупных профессионалов - Жака Бомера, Рэмю или Габи Морлэ: она вносит в ансамбль драгоценный и совершенно необходимый оттенок свежести.
       3) Гитри использует кинематограф как средство, а не как цель. Он не гонится за призрачными целями, связанными со спецификой этого вида искусства. У него новаторский стиль, но это почти незаметно из-за его легкости, функциональности, прозрачности и современности; это полная противоположность стилю авангарда, быстро устаревшему и вышедшему из моды. Он обладает кристальной чистотой и прозрачностью. Гитри никогда не прибегает к ненужным сценам-«разрядкам». Наоборот, он гибко и органично использует возможности кинематографа. Например, поскольку среди задач Дезире было показать параллели между миром слуг и миром хозяев, Гитри без конца переносится из одного мира в другой с легкостью и наглядностью, которые ему позволяют возможности киномонтажа. Ради этих удобств, в свою очередь, приходится частично переписать текст, но автор никогда не относился к своему тексту, как к чему-то святому.
       4) Личность Гитри-актера в этот период, несомненно - сердце и душа его фильмов. Это центральная личность, но вовсе не вездесущая. Гитри очень внимателен к своим партнерам. Достаточно присмотреться к той точности и сдержанности в фантазии, которыми некоторые актеры (напр., Сатюрнен Фабр) обладают у него, но не обладают у других режиссеров - уже только по этому можно судить, насколько он требователен и проницателен в работе с актерами.
       Ален Ренэ отметил (в журнале «Cinema 84», приложение к № 311, 1984), что в Дезире стиль игры самого Гитри эволюционирует от вымысла (поскольку поначалу в I акте Гитри предстает перед нами в образе слуги) к реализму (во II акте Гитри становится самим собой, а в III - обычным человеком, который на наших глазах, по выражению Ренэ, «доходит до границ трагизма»). На самом деле, все совершенно не так: в каждую минуту фильма Гитри является одновременно и слугой, и человеком, и при этом - оригинальной и уникальной личностью, не лишающей себя удовольствия сообщать свое мнение по любому поводу, относиться к другим свысока и с подозрением. В этом один из наиболее очевидных смыслов картины: показать, что этот слуга - именно благодаря положению слуги - находится в наилучшей позиции, чтобы трезво судить о мире и об обществе, в котором живет. До последней сцены, где он уходит от хозяйки, Гитри не расстается с образом почтительного, сознательного слуги, стильного (и стилизованного) в каждом жесте - таким мы его видели в начале картины, своеобразным архетипом слуги, довольного своим положением, с легким оттенком смиренного мазохизма, от которого служба еще приятнее. Точно так же, от начала и до конца картины, он остается необыкновенным человеком, способным соблазнять, наблюдать и давать советы - он и не может быть другим. Именно постоянное и гармоничное присутствие этих элементов в манере игры Гитри (а не их методичная и надуманная последовательность), наряду со многими другими причинами, неизменно восхищает зрителя.
       N.В. В фильме Жизнь на двоих, La vie а deux, Клеман Дюур, 1958, частично основанном на пьесе «Дезире», роль, сыгранную Гитри, исполняет Жерар Филип - в совершенно ином стиле, более приторном и манерном, но все же по-своему интересном.

    Авторская энциклопедия фильмов Жака Лурселля > Désiré

  • 13 Dr. Jekyll and Mr. Hyde

    1. (1932)
       1932 - США (81 мин)
         Произв. PAR (Рубен Мамулян)
         Реж. РУБЕН МУМУЛЯН
         Сцен. Сэмюэл Хоффенстин и Пёрси Хит по мотивам одноименной повести Роберта Льюиса Стивенсона
         Опер. Карл Страсс
         В ролях Фредрик Марч (доктор Джекилл / мистер Хайд), Мириам Хопкинз (Айви Пирсон), Роз Хобарт (Мюриэл Кэрю), Холмс Херберт (доктор Лэньон), Хэллиуэлл Хоббз (Кэру), Эдгар Нортон (Пул), Темпи Пиготт (миссис Хокинс).
       Лондон, конец XIX в. В переполненной аудитории прославленный доктор Джекилл читает лекцию, где говорит и о том, что природа каждого человека двойственна и разрывается между противоположными склонностями к Добру и Злу. Он утверждает, будто ему вот-вот удастся разделить эти склонности внутри одного человека: по его мнению, это единственный способ, который позволит Добру вознестись до ранее невиданных высот. Его слова одни слушатели встречают восторгом, другие - насмешками. Отец его невесты Мюриэл требует отложить свадьбу на 8 месяцев и, несмотря на все настояния Джекилла, остается непреклонен. Той же ночью на улице Джекилл приходит на помощь проститутке Айви Пирсон, которую избивает клиент, и провожает ее до дома. Благодарная Айви целует его и приглашает заходить в гости. Джекилл погружается в раздумья.
       После долгих опытов в своей лаборатории он глотает микстуру, которая превращает его в обезьяноподобное существо, полное дикарской энергии и жестоких плотских желаний, которые ему не терпится удовлетворить сполна. Он отправляется на поиски Айви и находит ее в таверне, где она поет для посетителей. Он вынуждает ее сесть за его столик. В облике Хайда он часто приходит к Айви, причиняя ей физические и душевные муки. Джекилл решает прекратить опыты, видя, что они принимают дурной оборот. Он посылает Айви крупную сумму. Она приходит отблагодарить его и рассказывает о рабстве, в котором ее держит Хайд. Джекилл уверяет, что Хайд больше никогда не будет мучить ее. Но в парке, куда Джекилл вышел отдохнуть, он видит, как кошка пожирает птицу, и это жестокое зрелище вновь против его воли приводит в действие механизм превращения в Хайда.
       Хайд врывается к Айви, раскрывает ей свою тайну («Я - Джекилл») и душит ее. Он пытается вернуться к себе, но не может этого сделать, поскольку, решив положить опыту конец, уже выбросил ключ от лаборатории. Он посылает записку своему другу Лэньону и просит его забрать из лаборатории кое-какие склянки и передать их некоему мистеру Хайду, который за ними явится. Но, дождавшись прихода Хайда, Лэньон, беспокоясь о Джекилле, требует вестей о нем и угрожает незнакомцу револьвером. Хайд видит только один выход: на глазах у друга преобразиться снова. Он рассказывает Лэньону свою историю. Лэньон в ужасе говорит, что Джекилл нарушил божественный закон и отныне должен приготовиться к тяжелой каре. Джекилл приходит к Мюриэл, чтобы расторгнуть помолвку, но снова невольно превращается в Хайда. Он жестоко избивает слугу. Вернувшись в лабораторию, он опять становится Джекиллом и пытается ввести в заблуждение полицию. Но Лэньон опознает его как человека, избившего слугу. 3-е невольное превращение в Хайда. Драка. Полицейский убивает Хайда. Умирая, тот вновь принимает облик Джекилла, и лицо его разглаживается.
        3-й фильм Мамуляна и 1-я звуковая экранизация «Доктора Джекилла и мистера Хайда», за которой последовали версии Виктора Флеминга, Джерри Льюиса, Ренуара и пр. Можно предположить, что эта версия - лучшая. В самом деле, у эстета и формалиста Мамуляна, ни разу не снявшего двух похожих фильмов, экранизация повести Стивенсона получилась самой острой и смелой, как на уровне диалогов, так и на уровне изображения и поведения персонажей. Мамулян, так сказать, пользуется последними мгновениями свободы, предоставленными голливудским режиссерам до введения цензурного кодекса, чтобы подчеркнуть сексуальный аспект сюжета. Джекилл - неудовлетворенный жених, вынужденный, ради соблюдения приличий эпохи, выжидать немалый срок перед свадьбой. Хайд доходит до насилия и преступлений в удовлетворении сексуальных позывов, подавляемых его альтер-эго. Таким образом в образе Джекилла и Хайда Мамулян противопоставляет не воплощения Добра и Зла, но, скорее, 2 типа личности, каждый из которых по-своему закомплексован и изуродован обществом и цивилизацией. Как и большинство фильмов Мамуляна, эта картина отличается немалой виртуозностью и рядом технических нововведений: длинные планы субъективной камерой (заход Джекилла в аудиторию, 1-е превращение), которые, по словам режиссера, должны были вызвать у зрителя чувство, будто он сам становится Джекиллом и Хайдом: впечатляющее использование двойной экспозиции (ножки Мириам Хопкинз долго качаются на фоне силуэтов друзей, идущих по улице; измученное лицо Джекилла, молящего господа о прощении, появляется на клавишах рояля Мюриэл). Превращение в парке, снятое одним планом, было сделано при помощи быстро сменяемых фильтров, и вызванный эффект поразителен даже по сегодняшним меркам. Это, несомненно, самый красивый из подобных трюков, когда-либо использованных в кино. Наконец, чтобы украсить моменты превращения человека в чудовище, Мамулян придумал множество необычных звуковых шумов и лично выцарапал их на пленке, тем самым подарив публике первый образец синтетического звука на экране.
       БИБЛИОГРАФИЯ: реконструкция фильма в 1600 фоторепродукциях (с полными диалогами) сделана Ричардом Дж. Энобайлом (Richard J. Anobile, Universe Books, New York, 1975).
    2. (1941)
       1941 - США (112 мин)
         Произв. MGM (Виктор Флеминг)
         Реж. ВИКТОР ФЛЕМИНГ
         Сцен. Джон Ли Мэйин по мотивам одноименной повести Роберта Льюиса Стивенсона
         Опер. Джозеф Раттанбёрг
         Муз. Франц Уэксмен
         В ролях Спенсер Трэйси (доктор Джекилл / мистер Хайд), Ингрид Бергман (Айви Питерсон), Лана Тёрнер (Беатрикс Эмери), Доналд Крисп (сэр Чарлз Эмери), Бартон Маклейн (Сэм Хиггинз), Ч. Обри Смит (епископ), Питер Годфри (Пул), Сара Оллгуд (миссис Хиггинз), Фредерик Уорлок (доктор Хит).
        Сценарий довольно точно следует достаточно вольной экранизации Мамуляна (напр., ни единой героини нет в повести Стивенсона), но размещает сюжет в более банальной и нравоучительной атмосфере. Пластическая красота работы Джозефа Раттанбёрга (особенно в том, как подчеркиваются лица и силуэты 2 актрис в великолепном освещении ночных сцен на улицах Лондона) и некоторая, по-своему очаровательная затянутость каждого действия заменяют здесь остроту, смелость и насыщенность режиссерского стиля Мамуляна. Актерская игра - сильная сторона этого фильма, который больше полагается па темп, нежели на изобретательность. Спенсер Трэйси в очередной раз демонстрирует разнообразие своей актерской палитры и способность к обновлению. Но главное - неожиданный выбор актрис на женские роли (по поводу которого в свое время было пролито немало чернил), в определенной мере обновляющий содержание обеих ролей. Все ожидали, что Лана Тёрнер исполнит роль уличной женщины, а Бергман - невесты Джекилла из богатого и благородного рода. Но Бергман захотела хотя бы раз сыграть «нехорошую девушку», и Флеминг уступил ее желанию, поменяв роли местами. В результате обе героини, лишившись какой бы то ни было извращенности, превратились в жертв, персонажей мелодрамы. (Кэтрин Хепбёрн говорила, что Спенсер Трэйси хотел бы видеть ее своей партнершей в ролях Айви и Беатрис. Эта мысль о двойной женской роли оригинальна и достойна внимания.) С технической точки зрения 4 превращения Джекилла в Хайда и Хайда в Джекилла оставляют печальное впечатление. Они основаны на банальном последовательном наложении крупных планов и, по сравнению с необыкновенными трюками из фильма Мамуляна, представляют собой поразительный шаг назад.
       N.В. Повесть Стивенсона была экранизирована огромное количество раз. Большинство экранизаций выдержаны на хорошем уровне. В эпоху немого кино самой значимой экранизацией была постановка Джона С. Робертсона (1920), выпущенная студией «Paramount» с Джоном Бэрримором в главной роли. Ее действие происходит в XIX в., тогда как действие «конкурентной» версии того же года, выпущенной студией «Pioneer», перенесено в наши дни (главную роль здесь играет Шелдон Льюис, режиссер Луи Мейер). В эпоху звукового кино, помимо версий Флеминга и Мамуляна, самой блистательной, несомненно, является Чокнутый профессор, The Nutty Professor. В жанре бурлеска ее предшественником можно считать старый фильм со Стэном Лорелом Доктор Рассол и мистер Гордыня, Dr Pyckle and Mr. Pride, снятый в 1925 г. в декорациях Горбуна из Нотр-Дама, The Hunchback of Notre Dame, экранизации романа Виктора Гюго, поставленной Уоллесом Уорсли. За пределами США упомянем среди множества версий датскую экранизацию 1910 г. реж. Аугуста Блома; фильм Мурнау Двуликий Янус, Der Januskopf, 1920 с Конрадом Файдтом; необычную аргентинскую экранизацию 1950 г. Странная история человека и зверя, El extrano caso del hombre у la bestia Марио Соффичи (он же играет и главную роль). В 1-й части фильм пытается убедить зрителя, что в нем действуют 2 разных человека; действие происходит в урбанистических декорациях нуара (погони в метро, трамвайном депо и т. д.). В 1959 г. Ренуар снял почти экспериментальную версию Завещание доктора Корделье, Le testament du Dr. Cordelier; в 1972 г. в английском фильме Роя Уорда Бейкера Доктор Джекилл и сестра Хайд, Dr. Jekyll and Sister Hyde главную роль исполняют мужчина (Ралф Бейтс) и женщина (Мартин Бесуик). В 1960 г. Теренс Фишер проиллюстрировал тему в оригинальном, но не вполне удачном фильме Два лица доктора Джекилла, The Тwо Faces of Dr. Jekyll, где еще до Джерри Льюиса Хайд предстает красивым и привлекательным персонажем. Вспомним также мексиканскую версию Человек и чудовище, El Hombre у el Monstruo, 1958 Рафаэля Баледона. Джекилл здесь оказывается не ученым, а ревнивым музыкантом и убийцей, ставшим оборотнем. Когда он оборачивается чудовищем, только материнская рука своим прикосновением может вернуть его в человеческое обличье. Как бы то ни было, версии Мамуляна и Флеминга в драматургическом отношении многим обязаны театральной инсценировке повести Стивенсона, сделанной в 1887 г. Томасом Расселом Салливеном, не упомянутой в титрах обоих фильмов, а в смысле создания атмосферы - немой версии Робертсона (по сценарию Клары С. Беранже).

    Авторская энциклопедия фильмов Жака Лурселля > Dr. Jekyll and Mr. Hyde

  • 14 Elles étaient douze femmes

       1940 - Франция (80 мин)
         Произв. Filmsonor
         Реж. ЖОРЖ ЛАКОМБ
         Сцен. Ив Миранд
         Опер. Виктор Армениз
         Муз. Марсель Латтес
         В ролях Габи Морле (мадам Марион), Франсуаз Розе (герцогиня де Вимёз), Мишлин Прель (Люси), Бетти Стокфельд (княгиня Кадикофф), Бланшетт Брюнуа (Женевьева), Симона Беррио (мадам Бернье), Симона Ренан (Габи), Мила Парели (мадам де Витрак), Марион Дельбо (мадам де Бельер), Примероз Пере (Жанин де Вимёз), Памела Стирлинг (мадам де Тюржи), Нина Мираль (служанка).
       Париж, вскоре после начала войны. Несколько женщин из высшего общества, одетые в противогазы, оказываются в одном подвале во время воздушной тревоги. Они решают создать благотворительное общество, чтобы скрашивать жизнь одиноким солдатам, отправляя им посылки с роскошными, но необходимыми, на женский взгляд, товарами: одеколоном, шампанским и т. д. Для этого дамам требуется финансовая поддержка соседки, мадам Марион, на которую они привыкли смотреть свысока, поскольку она ведет беспорядочную жизнь и свою дочь Женевьеву вырастила в одиночку. Княгиня Кадикофф берет на себя роль посредницы, и вскоре мадам Марион соглашается финансировать организацию. Она предлагает всем женщинам поработать у нее, а затем, учитывая перебои с транспортом и прочие повседневные неудобства, вызванные войной, - поселиться в ее доме.
       Гостьи вскоре оказываются очарованы щедростью, преданностью и деликатностью своей хозяйки - все, кроме герцогини де Вимёз, которая, хоть и получила приют у мадам Марион первой, неудачно поскользнувшись на тротуаре, но так и не сложила оружия. Габи, подруга герцогини и любовница герцога, распускает слух, будто мадам Марион все подстроила нарочно ради того, чтобы выдать дочь замуж за сына мадам Бернье, одной из учредительниц организации, и таким образом открыть дочери дорогу в высший свет. На самом деле молодые люди знакомы с детства и давно влюблены друг в друга. Мадам Марион не знала об этом, а мадам Бернье, получив письмо от мужа, от своего имени просит у мадам Марион руки ее дочери для своего сына.
        Снятый и выпущенный на экраны в 1-е месяцы войны, еще до поражения, фильм использует тот же прием, что и Девушки в мундирах, Mädchen in Uniform Леонтины Саган или Женщины, The Women Джорджа Кьюкора: показывает зрителю только персонажей женского пола, поскольку мужья и сыновья - на фронте. Жорж Лакомб обеспечил техническую постановку, однако творческая сторона картины отражает личность одного лишь Ива Миранда. Фильм начинается с весьма необычного эпизода, в котором на всех героинях, усевшихся вокруг стола, надеты противогазы. Они болтают между собой, но из-за масок мы не можем разобрать почти ни слова из того, что они говорят.
       После Семи мужчин и одной женщины, Sept hommes et une femme, 1936, Парижского кафе, Café de Paris, За фасадом, Derrière la façade и Париж-Нью-Йорк, Paris - New-York, 1940 это 5-е и последнее «сатирическое полотно» от Миранда, рисующее злой, ироничный портрет общества в образе разных персонажей, собранных в одном месте. Оставив в стороне привычное для тех лет женоненавистничество, Миранд отказывается видеть в женщине отдельную расу или универсальную сущность. Его интересует коллекция персонажей, тонко и узнаваемо отражающих главные недостатки и далее пороки определенного социального слоя. А именно, в данном случае - лицемерие и легкомысленную злобность аристократического мирка, который до такой степени гордится своими привилегиями и предрассудками, что именует себя «высшим светом». По контрасту с ним Миранд с удовольствием превозносит щедрое простодушие, увлеченную преданность «женщины без положения», которой и достаются все зрительские симпатии. Но в отличие от Парижского кафе или За фасадом сквозь сатирический порыв, провоцируя на едкие раздумья, часто пробивается некое приглушенное и леденящее чувство. Дело в том, что Жили-были двенадцать женщин - не просто фильм о конце эпохи, но почти что надгробная речь об этой эпохе, характерные особенности, добродетели и пороки которой не переживут начавшейся войны. Можно даже почувствовать, как в Миранде зарождается безразличие к этим смешным марионеткам, которым вскоре предстоит отправиться в музей. И, если задуматься, он, собрав героинь в импровизированном общежитии без всяких классовых различий, вкладывает в их уста нечто вроде вселенского гимна в честь противоположного пола - «наших мужчин», которых от них отделяют расстояние и опасность.

    Авторская энциклопедия фильмов Жака Лурселля > Elles étaient douze femmes

  • 15 High Sierra

       1941 - США (100 мин)
         Произв. Warner (Хэл Б. Уоллис)
         Реж. РАУЛЬ УОЛШ
         Сцен. Джон Хьюстон и У.Р. Бёрнетт по одноименному роману У.Р. Бёрнетта
         Опер. Тони Гаудио
         Муз. Адолф Дойч
         В ролях Ида Лупино (Мэри Гарсон), Хамфри Богарт (Рой Эрл), Алан Кёртис (Малыш Козак), Артур Кеннеди (Рыжий Хэттери), Джоан Лесли (Велма), Генри Халл (Док Бэнтон), Генри Трэверз (Папаша Гудхью), Джером Коуэн (Хили), Минна Гомбелл (миссис Боман), Бартон Маклейн (Джек Крэнмер), Элизабет Рисдон (Мамаша), Корнел Уайлд (Луис Мендоза), Доналд Макбрайд (Большой Мак), Пол Харви (мистер Боман).
       Гангстер Рой Эрл, уроженец Индианы, приговоренный к пожизненному сроку, помилован губернатором и выходит на свободу, отсидев 8 лет в тюрьме. Выйдя из ворот чикагской тюрьмы, он первым делом идет гулять в парк. Своим освобождением он обязан старому сообщнику по прозвищу Большой Мак, который теперь тяжело болен, однако подготовил для Роя ограбление шикарного отеля в Палм-Спрингс. Навестив родную ферму, Рой направляется в Калифорнию. Он зачарованно любуется издалека Маунт-Уитни, самой высокой горой в Соединенных Штатах. Он знакомится с семейной парой фермеров из Огайо, которые недавно поселились в этих краях. Их дочь, восхитительная Велма - хромоножка.
       Большой Мак назначил Рою 2 сообщников, Рыжего и Малыша; Рой находит их в горах. Малыш живет там с дочерью Мэри, танцовщицей из кабаре, и это сильно не нравится Рою. Когда план нападения разработан (с помощью работника отеля Мендосы), Рой приезжает в семью Велмы. Он болтает с ней, глядя на звезды. Затем навещает Большого Мака, который больше не встает с постели, и вместе они вспоминают старые добрые дни. Друг Роя доктор Бентон по его просьбе осматривает Велму. Он говорит, что хромоту вполне возможно излечить, и рекомендует хирурга для операции. Вернувшись в горный лагерь. Рой застает Рыжего и Малыша в разгар драки из-за Мэри. Он твердо и решительно разнимает их и хочет прогнать девушку. Та умоляет дать ей шанс. Она рассказывает Рою о себе и очень быстро влюбляется в него. Рой соглашается оставить ее в лагере.
       Он возвращается проведать Велму; операция, сделанная на его деньги, прошла успешно. Он делает Велме предложение, но та не хочет выходить за него. Ограбление проходит по плану. Сейфы очищены от драгоценностей. Но в самом конце операции вдруг появляется полицейский, и начинается перестрелка. Рой сбегает с Мэри. Вторая машина, в которую набились Рыжий, Малыш и Мендоса, разбивается. Выживает один Мендоса - и тут же сдает сообщников. Как и было условлено, Рой привозит драгоценности Большому Маку, но тот уже мертв. Крэнмер, помощник Большого Мака, хочет завладеть добычей. Он ранит Роя, но тот убивает его. Рой залечивает раны у своего друга Бентона и вновь приходит к Велме, которая отвергает его окончательно. Она готовится выйти замуж за прежнего жениха. Рой связывается с перекупщиком, которого ему указал Большой Мак, и долго ждет свою долю. В газете пишут о беглой троице: Рое, Мэри и подобранной ими собаке, приносящей несчастье. Рой решает временно расстаться с Мэри. Полиция гонится за ним, он же едет к высоким горам Сьерра-Невады. Остаток пути ему приходится проделать пешком; он прячется в скалах. Вскоре он окружен полицейскими и держит безнадежную осаду. Снайпер убивает его, обойдя с тыла. Мэри бежит к нему, но уже ничем не может ему помочь.
        Этот фильм нельзя назвать шедевром, однако он занимает важное место в карьерах и Уолша, и Богарта. В 4-м совместном фильме с Уолшем (до этого были Женщины всех стран, Women of All Nations, 1931; Бурные двадцатые, The Roaring Twenties, 1939; Они ездят ночью, They Drive by Night, 1940) накануне появления поворотных картин, придавших образу Богарта мифологический характер (Мальтийский сокол, The Maltese Falcon; Касабланка, Casablanca), Богарт впервые демонстрирует свой талант в действительно главной, «положительной» и трагической роли. Он в одиночку правит бал в фильме, становится подлинной его «звездой» и при том, что прежде часто играл роли «злодеев», вызывает симпатию публики, следящей за трагической судьбой его героя, в драматизм которой он внес немалый вклад. (Богарт получил роль, потому что от нее отказался Джордж Рафт, не желавший умирать в финале. Затем последовали отказы от Пола Мьюни, Джеймса Кэши и Эдварда Г. Робинсона.) Несмотря на взаимное уважение, которое питали друг к другу Уолш и Богарт, между ними очень мало общего. Богарт - слишком рациональный, слишком управляемый актер, и в его персонаже слишком глубоко укоренилась природа «честного человека», чтобы он мог безоговорочно подойти Уолшу. Ему не хватает экспансивности, плутовства, потешности, которые необходимы героям Уолша, или же, в другой тональности - трагической пассивности, которую сможет в совершенстве передать Джоэл Маккри в Территории Колорадо, Colorado Territory, ремейке Высокой Сьерры в жанре вестерна.
       30-е гг. не были особенно благоприятным периодом для Уолша. Он восхитительно начал их фильмом Большая тропа, The Big Trail, одним из ключевых в его карьере, но затем так и не смог по-настоящему достойно закрепить этот прорыв. Высокая Сьерра особенно интересна тем, что это 1-й шаг к знаменательному возвращению Уолша; интересны также усилия (частично успешные), которые прикладывает режиссер, чтобы превратить Роя Эрла в настоящего уолшевского героя и придать всему фильму космическое измерение, важнейшее для его творчества. В образе Роя Эрла Уолш создает портрет человека, отчаянно и почти одержимо жаждущего свободы. Природа и характер этого человека толкают его за пределы города, общества (а следовательно - и нуара) - 3 областей, которые втискивают его жизнь в тесные, удушливые рамки. Он чувствует себя свободно лишь в горах, в больших пространствах, в одиночестве бесконечности, куда его тянет животный инстинкт, даже когда уже слишком поздно (см. сцены финальной погони). Высоты Сьерра-Невады становятся кладбищем для этого героя, которому слишком тесно в обществе, в навязанной роли и с приклеенным ярлыком.
       Фатализм фильма, который структурно интересен тем, что связывает мир гангстерских фильмов с миром нуара, часто выражен искусственно и с тавтологиями (см. появления собаки). Очевидно, что Уолш рассматривает этот фатализм как вынужденную необходимость. Корни его, разумеется, в сценарии Джона Хьюстона. Уолша гораздо более устроит другая адаптация романа Бёрнетта, сделанная его старым другом и соратником Джоном Твистом, - Территория Колорадо. Прекрасно играет Ида Лупино - актриса, которая всегда превосходно вписывается в мир Уолша; фильм укрепил ее популярность, чьи первые ростки пробились после фильма Уолша Они ездят ночью.
       N.В. Ремейки: Территория Колорадо, Я умирал тысячу раз, I Died a Thousand Times, Стюарт Хайслер, 1955. Последний фильм по стилю примитивнее Высокой Сьерры, однако остается трогательной и сильной картиной и местами больше берет за душу, чем фильм Уолша. Джек Пэленс, Шелли Уинтерз и Лори Нелсон играют роли Богарта, Лупино и Джоан Лесли.
       БИБЛИОГРАФИЯ: сценарий и диалоги опубликованы издательством «The University of Wisconsin Press», 1979. Это окончательный режиссерский сценарий: незначительные изменения, внесенные в фильм, вкратце помечены отдельно.

    Авторская энциклопедия фильмов Жака Лурселля > High Sierra

  • 16 Mon père avait raison

       1936 – Франция (87 мин)
         Произв. Cinéas (Серж Сандберг)
         Реж. САША ГИТРИ
         Сцен. Саша Гитри по собственной пьесе
         Опер. Жорж Бенуа
         Муз. Адольф Боршар
         В ролях Саша Гитри (Шарль Белланже), Жаклин Делюбак (Лулу), Серж Грав, затем Поль Бернар (Морис Белланже), Гастон Дюбоск (Адольф Белланже), Марсель Левек (доктор Мурье), Робер Селлер (Эмиль Пердюке), Полин Картон (Мари Ганьон).
       АКТ I. Архитектору Шарлю Белланже мешает его сын: он всего лишь хочет посмотреть, как папа работает; судя по всему, мальчику не хватает ласки. Затем появляется отец Шарля Адольф; он думает, что невестка хочет ему что-то сказать. Адольф – резвый 72-летний старик (но он говорит всем, что ему 76, чтобы его считали еще более крепким). Он охотно делится с сыном своей жизненной философией, полной дружелюбного цинизма и свободной от иллюзий: ее краеугольный камень – эгоизм. Он не хочет попадать в ловушки серьезного отношения к жизни, идти на поводу у призрачной морали, ни на грош не верит ни в любовь, ни в дружбу. Он возводит ложь в ранг искусства и врет с наслаждением; он ничуть не опечален положением вдовца, потому что его жена была ужасно скучным человеком. Он учит, что ни в одном браке не может быть подлинного равновесия, потому что женщины созданы для замужней жизни, а мужчины – для холостой. Каждый вечер он одевается и отправляется ужинать в клуб – одинокий, независимый и счастливый. Он убежден, что когда-нибудь сын разделит его воззрения, и уверен, что нужно всегда безгранично доверять жизни.
       Шарль остается один, и тут ему звонит жена. Она на вокзале и хочет навсегда попрощаться, поскольку нашла идеальную любовь. Шарль объявляет сыну, что не направит его в пансион, как предполагалось, а сам займется его образованием.
       АКТ II. 20 лет спустя. Морису теперь 30, а Шарль готовится отметить 50-летний юбилей. По этому случаю он объявляет сыну, что передал ему все свои знания и теперь хочет жить для себя, изменить обстановку и привычки и даже вновь вспомнить о моде. У Мориса есть любовница, на которой он категорически отказывается жениться, чтобы не пережить то же, что пережил его отец. Шарлю звонит жена (с которой он до сих пор официально не разведен). Она опять на вокзале, но теперь едет назад. Она очень хочет его увидеть. Шарль неохотно разрешает ей прийти.
       Но прежде на пороге появляется юная незнакомка; это очаровательная Лулу, любовница Мориса, которого она любит всем сердцем. Поскольку Морис отказывается жить с ней под одной крышей, пользуясь одной и той же отговоркой: что он не может оставить отца в одиночестве, – ей и пришла в голову мысль, которую она излагает Шарлю скромно и нагло. Она предлагает ему свою лучшую подругу (с фотокарточкой). С такой сиделкой Шарль сможет предоставить своего сына в распоряжение Лулу. Шарль проворно кладет фотокарточку подружки в карман и дает Лулу, покорившей его своим напором, деньги, которых хватит на совместную поездку с Морисом в Венецию на несколько дней. На выходе она сталкивается с супругой Шарля.
       Шарль встречает жену; и тут же их разговор начинается с того же, на чем оборвался 20 лет назад. Злонамеренность жены Шарля может сравниться только с ее потрясающим легкомыслием. Шарль опять обрывает разговор и просит жену вернуться через 10 лет, а напоследок – из вежливости и еще потому, что она напросилась, – делает ей комплимент, который приводит ее в восторг: да, она еще способна соблазнить мужчину.
       АКТ III. Проходит несколько дней. Шарль полностью изменил жизнь. Как и отец когда-то, теперь он каждый день ужинает в «Круге». Он скупает старинную мебель, картины. Слуги беспокоятся за него и делятся своими опасениями с Морисом, когда тот возвращается из Венеции: не сошел ли его отец с ума? Чтобы их успокоить, Морис приглашает в дом друга семьи – врача. Тот незаметно наблюдает за поведением Шарля. Диагноз ясен ему уже через несколько минут: Шарль заразился «пустячностью». Эта болезнь совершенно не опасна, но в его случае вполне может стать неизлечимой.
       Морис знакомит отца с Лулу, притворяясь, будто сам познакомился с ней недавно. Ему важно мнение отца о ней. Шарль советует влюбленным пожениться. Морис понимает, что Лулу уже была знакома с его отцом и скрывала это от него. Болезненно реагируя на всякую ложь, он готов порвать с ней. Шарль отговаривает его, припомнив все случаи, когда приходилось врать самому Морису, теперь так громко кричащему от возмущения. Он пытается передать ему плоды мудрости, унаследованной от отца. И все 3 персонажа, рука об руку, радостно удаляются.
         5-й полнометражный фильм, поставленный Гитри, и 3-й за один лишь 1936 г., в этом году, после Нового завета, Le Nouveau Testament и Романа шулера, Le Roman d'un tricheur, он снимет еще и Давайте помечтаем, Faisons un rêve. Одна из величайших пьес французского театра XX в. бесподобно экранизирована автором, который к тому же исполняет главную роль – такое чудо будет удивлять грядущие поколения даже больше, чем сегодняшних зрителей. Только горстка эрудитов, раскапывающих кино, как археолог – древние развалины, припомнит, что критики, историки и часть публики скупились на похвалы Гитри целых 20 лет после выхода на экраны его 1-го фильма. В колоссальном – как по количеству, так и по качеству – творчестве Гитри Мой отец был прав, несомненно, центральное произведение, самое блистательное и надежное. Его конструкция и драматургия отмечены гениальным мастерством и простотой, они словно в хрупкой стеклянной клетке замыкают в себе всю философию и мудрость автора. Крепкий классический сюжет не мешает зрителю постоянно чувствовать, будто он присутствует при рождении целой серии афоризмов, которые искренность персонажей и актеров немедленно наделяет блеском и правдивостью и в то же время – частицей вечности. Веселый пессимизм Гитри, унаследованный им от великой традиции французского искусства, не доверяет людям, морали и обществу, которым достается один лишь сарказм, – и безгранично доверяет жизни, о чем поочередно говорят Адольф и Шарль.
       При всей своей легкости картина очень богата, и происходит это благодаря контрастам, тональностям, добавляющим друг друга. Пессимизм и веселье. Жесткость и эмоциональность. Нотка лиризма и даже восторженности, хоть и не подчеркнутая специально, неоднократно звучит в словах некоторых героев. Дело в том, что эти персонажи, поносящие друг друга нам на потеху, идущие к правде через наслаждение ложью, прославляющие эгоизм, одиночество и независимость, хорошо понимают, что ужасно нуждаются друг в друге. И автор – в 1-ю очередь: без своего окружения, отца, женщин, зрителей, он был бы воплощением отчаяния. Эта связь между персонажами выходит иногда на 1-й план картины и уравновешивает ее сухость и цинизм.
       Гитри сделал фильм молниеносно, за неделю, ничего не изменив в пьесе: именно в таком виде она неоднократно шла на сцене театра «Мадлен» (май-июнь 1936 г.). Декорации были перевезены в студию в Эпине сразу же по окончании театрального сезона. Между актами Гитри добавил несколько «перебивок» (напр., прогулки персонажей по парку) – не затем, чтобы придать картине дополнительное движение или новое место действия, а затем, чтобы вдохнуть в нее больше воздуха и дать отдохнуть зрителю. Его вера в себя и точное и глубокое интуитивное понимание возможностей кинематографа подсказывают ему не вносить никаких изменений в структуру пьесы, чтобы она великолепно смотрелась на экране.
       Надо отметить большие различия в распределении ролей в 1-й постановке пьесы (1919), в повторной постановке и в киноверсии. «Мой отец был прав» – 2-я пьеса после «Дебюро», скрепляющая примирение Гитри со своим отцом (долгое время они были в ссоре). Естественно, Люсьен Гитри не мог довольствоваться лишь одной совместной сценой с сыном в 1-м акте (даже при том, что это самая важная сцена в пьесе). Поэтому во II и III актах Люсьен примеряет на себя роль Саши (Шарля), который играет теперь мальчика из I акта (Мориса), повзрослевшего на 20 лет. Этот старый кинематографический трюк – доверить одну роль 2 разным актерам (причем этот прием использован здесь дважды) – парадоксальным образом исчезает в фильме и при повторной постановке пьесы. Роли 4-х Белланже (считая мальчика) в фильме исполняют не 3, а 4 актера, и каждый играет одного персонажа. Простота, реализм и сила пьесы (которая помогает пьесе выдержать – с высочайшей виртуозностью – 2 повторные постановки), по нашему мнению, от этого только выигрывают. Великолепный Гастон Дюбоск получает на экране роль дедушки, затем исчезает. Таким образом, 2 разных актера передают светоч мудрости сыну, тогда как в 1-й постановке Люсьен Гитри делал это дважды в образе 2 разных персонажей: решение более искусственное и демонстративное.
       Невозможно сравнивать И. Прантан и Ж. Делюбак, если не довелось увидеть в пьесе обеих. Но мы вряд ли рискуем ошибиться, если скажем, что Делюбак омолодила роль своей живой, легкой, современной и неизменно лукавой игрой. Наконец, еще одним нововведением фильма по сравнению с повторной постановкой пьесы становится появление очаровательного и забавного Левека в роли врача и Робера Селлера, завсегдатая кинематографической труппы Гитри, в роли слуги. (В первоначальной рукописи пьесы действует еще один дополнительный персонаж, нечестный и неопытный антиквар, появляющийся в очень забавной сцене в начале З-го акта. Этот персонаж был удален из пьесы и не попал в фильм.)

    Авторская энциклопедия фильмов Жака Лурселля > Mon père avait raison

  • 17 Passaporto rosso

       1935 – Италия (2561 м)
         Произв. Titanus Film
         Реж. ГВИДО БРИНЬОНЕ
         Сцен. Джан Гаспаре Наполитано
         Опер. Убальдо Арата
         Муз. Эмилио Граньяни
         В ролях Иза Миранда (Мария Брунетти), Тина Латтанци (Джулия Мартини), Ольга Пескатори (Мануэла Мартини), Филиппо Шельцо (Лоренцо Казати), Уго Чезери (Антонио Спинелли), Джулио Донадио (дон Панчо Ривера), Марио Феррари (дон Пабло Рамирес).
       1890 г. На борту корабля с итальянскими эмигрантами девушка и ее отец знакомятся с врачом, который покинул родную землю, наглядевшись на бессмысленную парламентскую грызню, измотавшую его страну. Отец девушки работает на строительстве железнодорожной линии в затерянном уголке Южной Америки, но вскоре погибает от эпидемии, как и многие его собратья. Его дочь сначала работает учительницей в школе для детей эмигрантов, затем, превозмогая унижение, поет в кабаре. После этого она примыкает к местным миссионерам и там вновь встречает знакомого врача. Социальная обстановка тут сложная: железнодорожная компания грабит крестьян, крупные собственники эксплуатируют рабочих, всюду крутятся аферисты, губернатор пытается восстановить порядок с помощью армии – посреди всего этого девушка и врач как следует знакомятся и влюбляются друг в друга. Их брак освящается в церкви незадолго перед официальным открытием новой железной дороги.
       Проходят годы. У героев родился и вырос сын, талантливый инженер, который называет себя 100 %-м американцем. Когда разговор об этом заходит дома, отец сердится: он в душе остался итальянцем. Начинается Первая мировая война. Отец хочет записаться в добровольцы. Его жена с сожалением вздыхает: «Только мы зажили мирной жизнью, как тебе приходится уезжать». В конце концов на фронт отправляется не отец, а сын, в котором запоздало просыпаются патриотические порывы. Он погибает в окопах смертью героя.
        Один из самых странных и наиболее характерных итальянских фильмов фашистского периода (1929–1943). Он состоит из множества отдельных эпизодов и подчиняется одновременно 2 тенденциям, придающих ему специфическую смысловую нагрузку. В качестве приключенческого фильма Красный паспорт весьма необычно рассказывает об освоении Дикого Запада (Южная Америка, показанная в картине, является аллегорическим образом Северной Америки, да и вообще любой земли обетованной); это рассказ о поражении, пассивности, тревоге и отчаянии. В этом нетрадиционном эпосе люди, творящие своими руками успех новой земли, не участвуют в этом успехе ни сердцем, ни душой. В глубине души они остаются изгнанниками и с горечью осознают крах мечты. Таким образом, фильм служит интересным дополнением к восторженным и динамичным американским эпопеям в стиле Де Милля и выглядит в наши дни на удивление современным. Итак, с мужской точки зрения Красный паспорт, эта мутировавшая изнутри эпическая фреска, является приключенческой историей. Однако с точки зрения героини это прежде всего мелодрама, нескончаемая череда удач и поражений, над которой воля героини совсем не властна. История, международные конфликты и войны становятся для молодой эмигрантки, замужней женщины и матери семейства, безжалостным роком, который кроит ее судьбу под себя, не оставляя ей самой ни малейшей инициативы. Она мечтает о крепкой семье, надежной как скала, но эта семья тут же разрушается под тяжкими и неумолимыми ударами: ссора, разлука, смерть. Ведь поколение героини, если следовать логике фильма, принесено в жертву. Оно зажато посередине между поколением первопроходцев (воплощенным в образе отца героини), которые вопреки всему все-таки сумели что-то создать, и поколением детей – тех, что переживут ее сына и познают в будущем (не показанном на экране и недоступном для героини) мир и счастье на родной земле, вновь обретшей единство. В очередной раз в итальянском кинематографе фашистского периода история становится идеологической метафорой и орудием пропаганды режима, требующего жертв ради счастливого будущего.

    Авторская энциклопедия фильмов Жака Лурселля > Passaporto rosso

  • 18 buste

    m
    buste en hermès — герма, бюст на четырёхгранном пьедестале

    БФРС > buste

  • 19 condition

    f
    1) состояние, звание; положение
    homme de peu de condition — простолюдин; мелкая сошка
    2) положение; предназначение
    la condition humaine — предназначение человека; условия человеческого существования
    la condition féminine — положение, удел женщины ( в обществе)
    condition des étrangers юр. — правовое положение иностранцев
    3) состояние (кого-либо, чего-либо)
    en bonne [mauvaise] condition — в хорошем [плохом] состоянии
    ••
    être en bonne conditionбыть хорошо подготовленным, быть в форме; иметь всё, что нужно
    4) кондиция, состояние; качество ( товара); степень увлажнённости ( текстильных товаров)
    acheter à [sous] condition — купить условно, с правом отказа
    à condition de... loc prép — при условии..., с тем, чтобы...
    à condition que... loc conj — с условием, чтобы...; при условии, что...
    6) ком. льгота
    7) уст.
    entrer en conditionпоступать в услужение

    БФРС > condition

  • 20 cuisse

    f
    1) бедро, ляжка
    ••
    se croire sorti de la cuisse de Jupiterбыть чрезмерно самонадеянным, чванливым
    cuisse de nymphe émueбледно-розовый цвет; цвет "бедра испуганной нимфы"
    se taper [se claquer] sur les cuisses разг.бурно радоваться, веселиться
    4) перен. разг. секс
    il y a de la cuisseтут есть женщины, бабы
    arriver par la cuisseдобиться чего-либо через любовные отношения

    БФРС > cuisse

См. также в других словарях:

  • Женщины (роман) — У этого термина существуют и другие значения, см. Женщина (значения). Женщины Women …   Википедия

  • ЖЕНЩИНЫ —     Сон, в котором вы имеете дело с другими женщинами, как правило, означает осложнение отношений с ними наяву.     Вести с кем то из них перепалку во сне – знак того, что вас втянут в ненужные вам интриги лишь с тем, чтобы расстроить ваши планы …   Сонник Мельникова

  • Последние страницы из дневника женщины — Жанр: Повесть Автор: Брюсов, Валерий Яковлевич Язык оригинала: русский Год написания: 1910 Публикация …   Википедия

  • Вакханка (в образе выпившей женщины) - пьяное приключение. — Кушать любовное удовольствие; видеть пустые мечты …   Сонник

  • Вакханка (в образе выпившей женщины) - пьяное приключение. — Кушать любовное удовольствие; видеть пустые мечты …   Сонник

  • ЕГИПЕТСКАЯ МИФОЛОГИЯ — Источники изучения мифологии Древнего Египта отличаются неполнотой и несистематичностью изложения. Характер и происхождение многих мифов реконструируются на основе поздних текстов. Основными памятниками, отразившими мифологические представления… …   Энциклопедия мифологии

  • Фетишистский трансвестизм — У этого термина существуют и другие значения, см. Трансвестизм. Гендерная идентичность Раздел сексологии Общепринятые классификации МКБ 10, F64.0 Транссексуализм F64.1 Трансвестизм двойной роли F64.8 Другие расстройства ГИ Другие классификации… …   Википедия

  • Египетская мифология —          источ. изучения миф. Др. Египта отличаются неполнотой и несистематичностью изложения. Хар р и происхождение мн. мифов реконструируются на основе поздних текстов. Основными памятниками, отразившими миф. представления египтян, явл.… …   Древний мир. Энциклопедический словарь

  • УНДИНА — (н. лат., undine, от unda волна). Воображаемый водяной дух в виде женщины, то же, что русалка или наяда. Словарь иностранных слов, вошедших в состав русского языка. Чудинов А.Н., 1910. УНДИНА новолатинск. undine, от unda, вода, волна; фр. ondine …   Словарь иностранных слов русского языка

  • ПЕРИ — (перс. pari окрыленный, от per крыло). По верованию восточных народов, похожие на эльфов, крылатые нежные духи охранители, феи. Словарь иностранных слов, вошедших в состав русского языка. Чудинов А.Н., 1910. ПЕРИ в парсской мифологии прекрасные… …   Словарь иностранных слов русского языка

  • Роман (сингл) — «Роман» Сингл группы «Винтаж» из альбома Анечка Выпущен …   Википедия

Книги

Другие книги по запросу «в образе женщины» >>