Отец невесты

   см. Father of the Bride

  Отец невесты

   1950 - США (92 мин)

     Произв. MGM (Пандро С. Бёрмен)

     Реж. ВИНСЕНТ МИННЕЛЛИ

     Сцен. Алберт Хэккетт и Фрэнсес Гудрич по одноименному роману Эдварда Стритера

     Опер. Джон Олтон

     Муз. Адолф Дойч

     В ролях Спенсер Трэйси (Стэнли Т. Бэнкс), Джоан Беннетт (Элли Бэнкс), Элизабет Тейлор (Кей Бэнкс), Дон Тейлор (Бакли Данстен), Билли Бёрк (Дорис Данстен), Лео Дж. Кэрролл (мистер Maccула), Морони Олсен (Герберт Данстен), Мелвилл Купер (мистер Трингл).

   Добропорядочный американский буржуа Стэнли Бэнкс выдает замуж единственную дочь, самую любимую из 3 детей. Он пересказывает муки, которые ему довелось претерпеть с тех пор, как он заметил, что дочь влюблена, до того момента, когда гости, наевшись до отвала на свадебном ужине, разошлись по домам.

   ► 10-й фильм Миннелли и 1-я его «семейная комедия». Это направление в творчестве режиссера не столь зрелищно и не столь знаменито, как направление мюзиклов, однако не менее драгоценно и важно. Оно породит настоящий шедевр жанра. Сватовство отца Эдди, The Courtship of Eddie's Father. К этому направлению в творчестве Миннелли относятся не только целые фильмы, но и значительные фрагменты фильмов других жанров. Если составить из картин Миннелли антологию парных сцен (отец с сыном, отец с дочерью и т. д.), перед нами окажется цельный ансамбль, который по количеству уступает коллекции женских портретов из фильмов Кьюкора, зато не менее полезен для изучения нравов. Как правило, жанр семейной комедии позволяет Миннелли погрузиться в изучение американского среднего класса. Особая сила Отца невесты заключается в том, что повествование, положенное в его основу, не объективно: на 1-й план выходит рассказчик, сыгранный Спенсером Трэйси. Главной линией сценария становятся тревога, неутоленные чувства, психологическая хрупкость этого человека и в то же время - его вполне здравая реакция на абсурдные расходы, связанные со свадьбой. Психологически он порой чувствует себя чужим в родной семье, однако в финансовом отношении находится в самом центре этого общественного ритуала, поскольку именно он за все платит. Ведение рассказа от 1-го лица позволяет элегантно сочетать эти подходы. Еще 1 достоинство фильма - сдержанность, осторожность, с которой Миннелли, опираясь на тонкую и крепкую игру всех актеров, обращается с сатирой и карикатурой, постоянно подчиняя их требованиям правдоподобия. С этой точки зрения его талант, впервые помещенный в классические рамки, становится близок Беккеру в Эдуаре и Каролине, Édouard et Caroline. Однако Отец невесты не лишен, по крайней мере, 1 сновидческого, фантасмагорического эпизода, подобный которому непременно присутствует в каждом фильме Миннелли. Здесь таким эпизодом становится кошмар главного героя, который в церкви на брачной церемонии вдруг чувствует, как земля в буквальном смысле уходит у него из-под ног. К слову, этот эпизод великолепен. Огромный коммерческий успех фильма породил годом позже великолепное продолжение, Папин маленький навар, Father's Little Dividend, в котором Спенсер Трэйси рассказывает о своем опыте дедушки. Между этими фильмами Миннелли успел снять Американца в Париже, An American in Paris. В то время «фабрика грез» работала на полную мощность, не только по количеству, но и по качеству (***).

   ***

   --- В одноименном ремейке Чарлза Шайера (1991) главную роль сыграл Стив Мартин.

 Америка, Америка

   1964 - США (177 мин, сокр. до 168 мин)

     Произв. Warner-Athena Enterprises Corporation (Элиа Казан)

     Реж. ЭЛИА КАЗАН

     Сцен. Элиа Казан по его же роману

     Опер. Хэскелл Уэкслер

     Муз. Манос Хаджидакис

     В ролях Статис Яллалис (Ставрос Топузоглу), Фрэнк Уолфф (Вартан Дамадян), Гарри Дэйвис (Исаак Топузоглу), Елена Карам (Вассо Топузоглу), Эстель Хемсли (бабушка), Грегори Розакис (Хоаннесс Гардашян), Лу Антонио (Абдул), Салем Людвиг (Одиссей Топузоглу), Джон Марли (Гарабет), Джоанна Фрэнк (Вартухи), Линда Марш (Томна Синникоглу), Пол Мэни (Алеко Синникоглу), Роберт X. Хэррис (Аратун Кебабян), Кэтрин Бэлфор (София Кебабян).

   Турция, 1866 г. В горах Анатолии, прародины греков и армян, 5 веков назад завоеванной турками, молодой грек Ставрос Топузоглу и его друг, армянин Вартан Дамадян, мечтают эмигрировать в Америку. Из двух национальных меньшинств больше всего испытаний выпадает на долю греков. В родной деревне Ставроса турки поджигают церковь, где укрылись представители армянской общины. Вартан погибает в схватке. Теперь Ставрос сильнее прежнего понимает, что должен уехать. К тому же его отец - коммерсант, прежде сотрудничавший с турками, но прозревший после недавних событий, - решил отправить сына к своему двоюродному брату Одиссею, торгующему коврами в Константинополе. Ставрос отправляется туда на разведку, чтобы подготовить переезд семьи. Отец продает все имущество и отдает деньги Ставросу. В пути юношу грабят, потом обманывают; молодого мошенника Ставрос убивает в горах.

   Константинопольский родич разочарован, увидев Ставроса с пустыми руками. Ставрос уходит от него. Днем он работает носильщиком в порту, а по ночам моет посуду в ресторане. Его цель - как можно быстрее накопить денег на пароход в США (110 турецких лир). Друг Ставроса Гарабет отводит его к проститутке, которая крадет все его сбережения. Гарабет проводит Ставроса на тайное заседание группы заговорщиков-анархистов, и Ставрос чудом остается в живых, когда врывается полиция. Раненный, он добирается до дома Одиссея и остается у него. Одиссей строит планы насчет юного родственника: у него на примете 4 дочери (одна страшнее другой) богатого торговца коврами Синникоглу, отчаянно жаждущего зятя и внуков. Ставрос покорно соглашается на эту затею. Он нравится одной из дочерей - Томне; и свадьба уже не за горами. Отец невесты дает 500 лир приданого, но Ставрос просит только 110. Едва получив деньги, он порывает с невестой и покупает билет на пароход.

   Среди пассажиров Ставрос узнает молодого болезненного бродягу по имени Хоаннесс, которому еще в Анатолии подарил ботинки. Оказывается, Хоаннесс тоже мечтал попасть в Америку. Его и еще 6 молодых людей нанял полотерами некий американец. Ставрос интересуется, есть ли место и для него: о лучшей судьбе он не мог и мечтать. На переходе через Атлантику он становится любовником госпожи Кебабян, жены армянского эмигранта, сколотившего состояние в Америке. Обманутый муж узнает об измене и грозится отправить Ставроса обратно в Турцию.

   Пароход прибывает в Нью-Йорк. Хоаннесса мучают все более жестокие приступы кашля. Он бросается в море, оставив Ставросу ботинки и записку. Тот выдает себя за него и, сменив имя с Хоаннесса на Джо Арнесса, проходит все формальности и сходит на сушу. В последующие годы он перевезет в Америку одного за другим всех родственников - кроме отца, который умрет на родной земле.

   ► На сегодняшний день это - завещание Казана: 3 фильма, снятые им после этой картины, занимают в его творчестве второстепенное место. В самом деле, после Америка, Америка Казан посвятит свои основные силы литературе. Как и Уэллс (когда не экранизирует Шекспира), Казан прежде всего стремится рассказывать истории, способные выявить истоки, фундаментальные основы и специфические особенности нашего века. Так, Америка, Америка - это и семейная хроника, частично использующая архивы Казана (самому режиссеру главный герой приходится дядей), и рассказ о корнях Америки.

   В этом захватывающем «романе воспитания» Казан больше всего интересуется особенностями положения и психологии эмигранта. Хитрость, упорство, закаленный характер и, в некотором смысле, черствое сердце - такова вторая натура эмигранта, таковы «добродетели», необходимые ему для выживания. В то же время Казан, всегда умевший находить общее в частностях, выражает свой взгляд на человеческое бытие: нечто вроде бега с препятствиями через руины. Если Уэллс в Мистере Аркадине, Mr. Arkadin описывает необычного эмигранта, живущего за гранью закона и всего обыденного, Казан стремится вывести центральной фигурой эмигранта заурядного, растворившегося, утонувшего в американской толпе и ставшего ее частью. Тем не менее, приключение эмигранта вовсе не лишено мистического характера, поскольку оно заключается, в первую очередь, в лихорадочном поиске «земли обетованной» и недосягаемого покоя.

   Чувствуя большую свободу, нежели при работе над фильмами для крупных студий, Казан отказался от «синтетического» стиля, вершины которого были достигнуты при использовании широкоэкранного формата (К востоку от рая, East of Eden, Бурная река, Wild River). Для картины Америка, Америка режиссер выбрал гораздо более аналитический и рубленый стиль, где большое значение придается крупным планам и монтажу, - своеобразное возвращение к русским источникам в кинематографе. На уровне драматургии картина не столь выверена и отточена, как предыдущие фильмы Казана, частью своей мощи обязанные совместной работе режиссера с крупными писателями - Джоном Стейнбеком, Теннесси Уильямзом, Уильямом Инджем и др. Ритм часто угасает, а некоторым эпизодам (напр., из жизни и быта семьи Синникоглу) придается такое значение, что они превращаются в огромную побочную линию, грозящую поглотить весь фильм. Повествовательные методы романа и фильма накладываются друг на друга, но не уживаются между собой. Но вдохновение Казана обладает такой конкретностью, такой подлинностью и такой редкой искренностью, что поток эпизодов, пусть и замедляет порой свой бег, чаще всего вызывает в зрителе участие и даже энтузиазм.

   БИБЛИОГРАФИЯ: сценарий и диалоги в журнале «L'Avant-Scene», № 311–312 (1983). Этот номер содержит также статью Клода Бейли, посвященную литературному творчеству Казана. По поводу романа «Америка, Америка» - первой его книги, изданной во Франции, - Бейли пишет: «Это и завуалированная автобиография, и сценарий фильма, постановка которого стала такой нелегкой задачей (после провала в прокате восхитительного Великолепия в траве, Splendor in the Grass), и несколько тяжеловесный набросок персонажей, которые обретут подлинную жизнь лишь на съемочной площадке: заметки режиссера на гребне карьеры, когда на него вдруг набрасываются призраки юности, и он пытается выстроить их правильными рядами, прежде чем перенести на экран… Несмотря на всю амбициозность предприятия, это была лишь вспомогательная работа, нечто вроде пухлого набора заметок на полях фильма».

  Сватовство отца Эдди

   1903- США (118 мин)

     Произв. MGM, Euterpe, Venice Productions (Джо Пастернак)

     Реж. ВИНСЕНТ МИННЕЛЛИ

     Сцен. Джон Гей по одноименному роману Марка Тоби

     Опер. Милтон Краснер (Metrocolor, Panavision)

     Муз. Джорджи Столл

     В ролях Гленн Форд (Том Корбетт), Ронни Хауард (Эдди Корбетт), Ширли Джоунз (Элизабет Мартен), Стелла Стивенс (Долли Дэйли), Дина Меррилл (Рита Беренс), Роберта Шервуд (миссис Ливингстон), Джерри Ван Дайк (Норман Джоунз).

   Программный директор частной радиостанции Том Корбетт недавно овдовел и воспитывает своего сына Эдди один, с гувернанткой. Мальчик когда-то обещал матери помогать отцу, и теперь хочет найти папе новую жену. Он знакомит отца с Долли Дэйли, застенчивой молодой женщиной, которая, несмотря на свою красоту и многочисленные таланты, слишком не уверена в себе и ходит на курсы, чтобы преодолеть комплексы. Она выйдет замуж за сотрудника Корбетта Нормана Джоунза. Сам же Корбетт знакомится с подругой Нормана стилисткой Ритой Беренс. Она производит на него сильное впечатление, и он в нее влюбляется. Том и Рита подумывают о свадьбе. Но, по мнению Эдди, у Риты есть неисправимый недостаток: она слишком похожа на «злобных теток» из его комиксов. Он сбегает из летнего лагеря, куда его отправили на время, и находит Элизабет, соседку отца по лестничной клетке, в которой видит для него идеальную супругу. Ему удается подружить их.

   ► 29-й и предпоследний полнометражный фильм, снятый Миннелли для студии «MGM»; а также его последняя семейная хроника и последний шедевр. При том что Миннелли обогатил жанр мюзикла целым рядом важнейших и незабываемых картин, есть все основания полагать, что он был не менее одарен в психологической и семейной драматической комедии (или драмы) (Отец невесты, Father of the Bride; Паутина, The Cobweb; Чай и симпатия, Tea and Sympathy; Упрямая дебютантка, The Reluctant Debutante, 1958, и т. д.). Иногда именно здесь его талант наиболее оригинален. В каждом фильме сцены с участием родителей и детей (Эдвард Эндрюз и Джон Керр в Чае и симпатии, Рекс Хэррисон и Сандра Ди в Упрямой дебютантке, Гленн Форд и Ронни Хауард в этой картине - особенно когда последний сообщает отцу, что влюблен) - подлинные жемчужины, по точности и тонкости не имеющие себе равных в американском кинематографе. Сватовство отца Эдди намеренно строится на очень небольшом числе перипетий, создает и чередует портреты взрослых и детей, причем дети показаны здесь как самостоятельные личности, чье поведение зачастую оказывается более сложным и неожиданным, чем поведение взрослых. Портрет Эдди (Ронни Хауард) - один из самых удачных детских характеров, когда-либо появлявшихся на экране. В общем и целом, элегантность и неброская проницательность эстета, каковым был Миннелли, кажутся здесь лучшими инструментами для изучения тайн персонажей: их одиночества, уязвимости, болезненной чувствительности и т. д. Эти понятия при всей их банальности могут серьезно помешать счастью героев. Невероятная легкость в конструкции, тонкая актерская игра, скромная магия операторской работы Милтона Краснера (который уделяет особое внимание светлым и мягким тонам и с чудесной деликатностью подчеркивает выразительность персонажей) свидетельствуют о высочайшей зрелости искусства Миннелли, даже если режиссер берется за столь «незначительный» сюжет.

  Печать зла

   1958 – США (95 мин)

     Произв. UI (Альберт Загсмит)

     Реж. ОРСОН УЭЛЛС

     Сцен. Орсон Уэллс, Пол Монэш по роману Уита Мастерсона «Знак зла» (Badge of Evil)

     Опер. Расселл Метти

     Муз. Генри Манчини

     В ролях Чарлтон Хестон (Рамон Мигель Варгас по прозвищу Майк), Орсон Уэллс (Хэнк Кинлэн), Дженет Ли (Сьюзен Варгас), Марлен Дитрих (Таня), Джозеф Каллейа (Пит Мензис), Аким Тамиров (дядя Джо Грэнди), Джоанна Мур (Марша Линнекар), Валентин де Варгас (Панчо), Виктор Милан (Санчес), Рей Коллинз (окружной прокурор Адер), Лало Риос (Ристо), Мерседес Маккембридж (Черная Куртка), Джозеф Коттен (коронер), Жа Жа Табор (владелица стрип-клуба).

   В городке на американо-мексиканской границе взрыв бомбы разносит на куски автомобиль Линнекара – человека, державшего под контролем весь город. Линнекар погибает. Мексиканец Майк Варгас, председатель Панамериканской комиссии по борьбе с наркотиками, находится в этих краях проездом в свадебном путешествии и вынужден вести расследование убийства на пару с Хэнком Кинлэном, местной знаменитостью ― коррумпированным полицейским с фашистскими методами работы. Подозрения Кинлэна сразу же падают на жениха дочери Линнекара Санчеса. Отец невесты противился их браку, и потому, по версии Кинлэна, Санчес якобы выкрал со стройки, на которой он работал, динамит, чтобы изготовить бомбу. Кинлэн проводит жесткий допрос Санчеса и «находит» в его ванной 2 динамитные шашки. Варгас убежден, что шашки подброшены самим Кинлэном. Он начинает собственное расследование о прошлом Кинлэна и узнает, что тот издавна слыл мастером подделки улик. В это время жену Варгаса Сьюзен, которую муж отвез в мотель на окраине города, похищает банда негодяев, нанятая племянниками владельца гостиницы Джо Грэнди, чей брат был арестован Варгасом в Мехико за контрабанду наркотиков. Сьюзен накачивают тиопенталом и отвозят в гостиницу Грэнди. Эта операция ― результат «договора» между Грэнди и Кинлэном, который вовсе не собирается позволить Варгасу испортить ему карьеру и репутацию. Из предосторожности Кинлэн душит Грэнди в том номере, где лежит без сознания Сьюзен. Сьюзен арестовывают за употребление наркотиков и убийство Грэнди; Варгас находит ее в тюрьме. Пит Мензис, правая рука Кинлэна, благодарен шефу за то, что тот спас ему жизнь; однако методы Кинлэна ему отвратительны, и Мензис сообщает Варгасу, что полицейский оставил на месте преступления свою трость. Варгас закрепляет микрофон на спине Мензиса и следует с рацией за ним по пятам, пока тот пытается разговорить Кинлэна. Но полицейский слышит, что каждое слово Мензиса повторяется эхом, и разгадывает замысел врагов. Он убивает Мензиса и уже целится в Варгаса, как вдруг в него стреляет умирающий Мензис. Кинлэн падает в реку. После этого становится известно, что Санчес признался в убийстве, тем самым подтвердив подозрения Кинлэна. Таня, немолодая танцовщица, к которой частенько захаживал Кинлэн, чтобы пропустить стаканчик в хорошей компании, произносит надгробную речь: «Вот же человек был».

   ►  Мистер Аркадии, Mr. Arkadin и Печать зла – вершина уэллсовского барокко. Стиль барокко, краткое и радикальное определение которому дал Борхес («я называю барокко конечный этап каждого искусства, когда оно выставляет напоказ и растрачивает свои средства»), замечательно подходит Уэллсу для описания изношенного, загнивающего мира, к концу 2-го тысячелетия почти достигшего последней стадии разложения. Конечно, ни одна из 2 историй, рассказанных в этих фильмах, не могла произойти в иное время, нежели в XX в. – в эпоху, когда мир катастрофически стареет в глазах Уэллса, всегда пытавшегося придумать и воплотить персонажей, служащих образом этого мира и равных ему по масштабу. Молодость сильно мешала ему в достижении этой цели: отсюда его любовь к гриму и парикам, которыми он часто злоупотребляет. Если парики Уэллса в Мистере Аркадине почти так же чудовищны, как в Гражданине Кейне, Citizen Kane, в Печати зла он дарит зрителю впечатляющий образ одутловатого и неуправляемого старика – можно совершенно забыть о том, что актеру в то время было всего 42 года.

   С точки зрения техники может показаться, что стили Мистера Аркадина и Печати зла очень разнятся: в одном – короткий, рубленый монтаж, обилие планов, создающее прерывистый и богатый сюрпризами ритм; в другом – длинные планы, которые тянутся так долго, что, кажется, вот-вот лопнут. И все-таки 2 разных стиля служат одной цели: нарисовать портрет агонизирующего мира, подвести ему итог и описать его предсмертные конвульсии. Впрочем, сам Уэллс пояснял, что прибегал к короткому монтажу при острой нехватке средств, а к длинным планам – в тех случаях, когда денег было немного больше. Естественно, Уэллс пользуется длинными планами совсем иначе, нежели Преминджер, пытающийся таким образом максимально устранить монтаж в погоне за идеалом – фильмом, состоящим из единственного плана. Длинный план Уэллса громогласно заявляет о себе каждой своей секундой. Это отважный поступок, призванный поразить воображение зрителя и создать внутреннее напряжение, связанное не столько с фабулой фильма, сколько с виртуозностью режиссера. 1-й план Печати зла – движение вслед за обреченной машиной (без сомнения, самый удивительный и значительный длинный план во всем творчестве Уэллса) – прекрасно сочетает обе разновидности напряжения. В остальном, что касается неистовой и контрастной операторской работы (Уэллс по своей природе абсолютно чужд цветной пленке), использования коротких фокусов и необычных ракурсов (съемки с верхней и нижней точки), оба фильма практически идентичны, оба создают сумеречное пространство, наполненное спешащими куда-то призраками: здесь даже начинающий киноман безошибочно распознает почерк Уэллса.

   На уровне сценария оба фильма гораздо слабее, но это лишь подстегивает Уэллса; персонажи интересуют его больше, чем действие, а атмосфера – еще больше, чем персонажи. Темы продажности власти, живучих и мучительных воспоминаний, невозможности спастись от них, даже сменив личность (что подчеркивается изобилием масок и мест, где персонажи безуспешно пытаются найти укрытие), вновь и вновь возникают между строк и между кадров. Сценарий Мистера Аркадина чуть превосходит по качеству Печать зла, поскольку его конструкция позаимствована у нуаров, чьим предшественником явился Гражданин Кейн, и поскольку он сторонится резкого противопоставления добра и зла. Все персонажи стоят друг друга: каждый играет свою роль в тотальной коррумпированности мира. Напротив, сценарий Печати зла, полный условностей, небрежностей и натяжек, остается одним из самых посредственных сценариев в жанре американского послевоенного детектива. Но это не так уж и важно, раз он позволил Уэллсу в последний раз представить во всей красе свой театр теней и кошмаров.

   N.В. Неправомерны попытки включить Уэллса в число величайших художников 1-го века кино. Время исправит эту ошибку, допущенную историками кинематографа, которым очень трудно объективно исследовать этот вид искусства по причине его новизны. Было бы несправедливо не признавать за Уэллсом несомненных достоинств: он был великим щеголем, сумевшим убедить современников в своей гениальности; талантливым фокусником, умеющим пустить пыль в глаза; блестящим мегаломаном, которому мегаломания принесла мировую славу и признание выше всяких границ и при этом лишила возможности оставить после себя богатое и цельное творческое наследие, подготовленное кропотливым трудом многих людей в Голливуде, так и оставшихся в неблагодарной безвестности. Но не в том ли заключается судьба и последняя уловка некоторых мастеров стиля барокко, чтобы мы сожалели о растраченных ими силах и о тех прекрасных произведениях искусства, которых им не удалось создать?

   БИБЛИОГРАФИЯ: раскадровка (738 планов) с диалогами на англ. и фр. языках в великолепном выпуске журнала «L'Avant-Scène» № 346―347 (1986); авторы попытались включить сюда все варианты сценария. (Известно, что по требованию продюсера съемкой некоторых эпизодов руководил Гарри Келлер.)

1. (1932)

  Доктор Джекилл и мистер Хайд

   1932 - США (81 мин)

     Произв. PAR (Рубен Мамулян)

     Реж. РУБЕН МУМУЛЯН

     Сцен. Сэмюэл Хоффенстин и Пёрси Хит по мотивам одноименной повести Роберта Льюиса Стивенсона

     Опер. Карл Страсс

     В ролях Фредрик Марч (доктор Джекилл / мистер Хайд), Мириам Хопкинз (Айви Пирсон), Роз Хобарт (Мюриэл Кэрю), Холмс Херберт (доктор Лэньон), Хэллиуэлл Хоббз (Кэру), Эдгар Нортон (Пул), Темпи Пиготт (миссис Хокинс).

   Лондон, конец XIX в. В переполненной аудитории прославленный доктор Джекилл читает лекцию, где говорит и о том, что природа каждого человека двойственна и разрывается между противоположными склонностями к Добру и Злу. Он утверждает, будто ему вот-вот удастся разделить эти склонности внутри одного человека: по его мнению, это единственный способ, который позволит Добру вознестись до ранее невиданных высот. Его слова одни слушатели встречают восторгом, другие - насмешками. Отец его невесты Мюриэл требует отложить свадьбу на 8 месяцев и, несмотря на все настояния Джекилла, остается непреклонен. Той же ночью на улице Джекилл приходит на помощь проститутке Айви Пирсон, которую избивает клиент, и провожает ее до дома. Благодарная Айви целует его и приглашает заходить в гости. Джекилл погружается в раздумья.

   После долгих опытов в своей лаборатории он глотает микстуру, которая превращает его в обезьяноподобное существо, полное дикарской энергии и жестоких плотских желаний, которые ему не терпится удовлетворить сполна. Он отправляется на поиски Айви и находит ее в таверне, где она поет для посетителей. Он вынуждает ее сесть за его столик. В облике Хайда он часто приходит к Айви, причиняя ей физические и душевные муки. Джекилл решает прекратить опыты, видя, что они принимают дурной оборот. Он посылает Айви крупную сумму. Она приходит отблагодарить его и рассказывает о рабстве, в котором ее держит Хайд. Джекилл уверяет, что Хайд больше никогда не будет мучить ее. Но в парке, куда Джекилл вышел отдохнуть, он видит, как кошка пожирает птицу, и это жестокое зрелище вновь против его воли приводит в действие механизм превращения в Хайда.

   Хайд врывается к Айви, раскрывает ей свою тайну («Я - Джекилл») и душит ее. Он пытается вернуться к себе, но не может этого сделать, поскольку, решив положить опыту конец, уже выбросил ключ от лаборатории. Он посылает записку своему другу Лэньону и просит его забрать из лаборатории кое-какие склянки и передать их некоему мистеру Хайду, который за ними явится. Но, дождавшись прихода Хайда, Лэньон, беспокоясь о Джекилле, требует вестей о нем и угрожает незнакомцу револьвером. Хайд видит только один выход: на глазах у друга преобразиться снова. Он рассказывает Лэньону свою историю. Лэньон в ужасе говорит, что Джекилл нарушил божественный закон и отныне должен приготовиться к тяжелой каре. Джекилл приходит к Мюриэл, чтобы расторгнуть помолвку, но снова невольно превращается в Хайда. Он жестоко избивает слугу. Вернувшись в лабораторию, он опять становится Джекиллом и пытается ввести в заблуждение полицию. Но Лэньон опознает его как человека, избившего слугу. 3-е невольное превращение в Хайда. Драка. Полицейский убивает Хайда. Умирая, тот вновь принимает облик Джекилла, и лицо его разглаживается.

   ► 3-й фильм Мамуляна и 1-я звуковая экранизация «Доктора Джекилла и мистера Хайда», за которой последовали версии Виктора Флеминга, Джерри Льюиса, Ренуара и пр. Можно предположить, что эта версия - лучшая. В самом деле, у эстета и формалиста Мамуляна, ни разу не снявшего двух похожих фильмов, экранизация повести Стивенсона получилась самой острой и смелой, как на уровне диалогов, так и на уровне изображения и поведения персонажей. Мамулян, так сказать, пользуется последними мгновениями свободы, предоставленными голливудским режиссерам до введения цензурного кодекса, чтобы подчеркнуть сексуальный аспект сюжета. Джекилл - неудовлетворенный жених, вынужденный, ради соблюдения приличий эпохи, выжидать немалый срок перед свадьбой. Хайд доходит до насилия и преступлений в удовлетворении сексуальных позывов, подавляемых его альтер-эго. Таким образом в образе Джекилла и Хайда Мамулян противопоставляет не воплощения Добра и Зла, но, скорее, 2 типа личности, каждый из которых по-своему закомплексован и изуродован обществом и цивилизацией. Как и большинство фильмов Мамуляна, эта картина отличается немалой виртуозностью и рядом технических нововведений: длинные планы субъективной камерой (заход Джекилла в аудиторию, 1-е превращение), которые, по словам режиссера, должны были вызвать у зрителя чувство, будто он сам становится Джекиллом и Хайдом: впечатляющее использование двойной экспозиции (ножки Мириам Хопкинз долго качаются на фоне силуэтов друзей, идущих по улице; измученное лицо Джекилла, молящего господа о прощении, появляется на клавишах рояля Мюриэл). Превращение в парке, снятое одним планом, было сделано при помощи быстро сменяемых фильтров, и вызванный эффект поразителен даже по сегодняшним меркам. Это, несомненно, самый красивый из подобных трюков, когда-либо использованных в кино. Наконец, чтобы украсить моменты превращения человека в чудовище, Мамулян придумал множество необычных звуковых шумов и лично выцарапал их на пленке, тем самым подарив публике первый образец синтетического звука на экране.

   БИБЛИОГРАФИЯ: реконструкция фильма в 1600 фоторепродукциях (с полными диалогами) сделана Ричардом Дж. Энобайлом (Richard J. Anobile, Universe Books, New York, 1975).

2. (1941)

  Доктор Джекилл и мистер Хайд

   1941 - США (112 мин)

     Произв. MGM (Виктор Флеминг)

     Реж. ВИКТОР ФЛЕМИНГ

     Сцен. Джон Ли Мэйин по мотивам одноименной повести Роберта Льюиса Стивенсона

     Опер. Джозеф Раттанбёрг

     Муз. Франц Уэксмен

     В ролях Спенсер Трэйси (доктор Джекилл / мистер Хайд), Ингрид Бергман (Айви Питерсон), Лана Тёрнер (Беатрикс Эмери), Доналд Крисп (сэр Чарлз Эмери), Бартон Маклейн (Сэм Хиггинз), Ч. Обри Смит (епископ), Питер Годфри (Пул), Сара Оллгуд (миссис Хиггинз), Фредерик Уорлок (доктор Хит).

   ► Сценарий довольно точно следует достаточно вольной экранизации Мамуляна (напр., ни единой героини нет в повести Стивенсона), но размещает сюжет в более банальной и нравоучительной атмосфере. Пластическая красота работы Джозефа Раттанбёрга (особенно в том, как подчеркиваются лица и силуэты 2 актрис в великолепном освещении ночных сцен на улицах Лондона) и некоторая, по-своему очаровательная затянутость каждого действия заменяют здесь остроту, смелость и насыщенность режиссерского стиля Мамуляна. Актерская игра - сильная сторона этого фильма, который больше полагается па темп, нежели на изобретательность. Спенсер Трэйси в очередной раз демонстрирует разнообразие своей актерской палитры и способность к обновлению. Но главное - неожиданный выбор актрис на женские роли (по поводу которого в свое время было пролито немало чернил), в определенной мере обновляющий содержание обеих ролей. Все ожидали, что Лана Тёрнер исполнит роль уличной женщины, а Бергман - невесты Джекилла из богатого и благородного рода. Но Бергман захотела хотя бы раз сыграть «нехорошую девушку», и Флеминг уступил ее желанию, поменяв роли местами. В результате обе героини, лишившись какой бы то ни было извращенности, превратились в жертв, персонажей мелодрамы. (Кэтрин Хепбёрн говорила, что Спенсер Трэйси хотел бы видеть ее своей партнершей в ролях Айви и Беатрис. Эта мысль о двойной женской роли оригинальна и достойна внимания.) С технической точки зрения 4 превращения Джекилла в Хайда и Хайда в Джекилла оставляют печальное впечатление. Они основаны на банальном последовательном наложении крупных планов и, по сравнению с необыкновенными трюками из фильма Мамуляна, представляют собой поразительный шаг назад.

   N.В. Повесть Стивенсона была экранизирована огромное количество раз. Большинство экранизаций выдержаны на хорошем уровне. В эпоху немого кино самой значимой экранизацией была постановка Джона С. Робертсона (1920), выпущенная студией «Paramount» с Джоном Бэрримором в главной роли. Ее действие происходит в XIX в., тогда как действие «конкурентной» версии того же года, выпущенной студией «Pioneer», перенесено в наши дни (главную роль здесь играет Шелдон Льюис, режиссер Луи Мейер). В эпоху звукового кино, помимо версий Флеминга и Мамуляна, самой блистательной, несомненно, является Чокнутый профессор, The Nutty Professor. В жанре бурлеска ее предшественником можно считать старый фильм со Стэном Лорелом Доктор Рассол и мистер Гордыня, Dr Pyckle and Mr. Pride, снятый в 1925 г. в декорациях Горбуна из Нотр-Дама, The Hunchback of Notre Dame, экранизации романа Виктора Гюго, поставленной Уоллесом Уорсли. За пределами США упомянем среди множества версий датскую экранизацию 1910 г. реж. Аугуста Блома; фильм Мурнау Двуликий Янус, Der Januskopf, 1920 с Конрадом Файдтом; необычную аргентинскую экранизацию 1950 г. Странная история человека и зверя, El extrano caso del hombre у la bestia Марио Соффичи (он же играет и главную роль). В 1-й части фильм пытается убедить зрителя, что в нем действуют 2 разных человека; действие происходит в урбанистических декорациях нуара (погони в метро, трамвайном депо и т. д.). В 1959 г. Ренуар снял почти экспериментальную версию Завещание доктора Корделье, Le testament du Dr. Cordelier; в 1972 г. в английском фильме Роя Уорда Бейкера Доктор Джекилл и сестра Хайд, Dr. Jekyll and Sister Hyde главную роль исполняют мужчина (Ралф Бейтс) и женщина (Мартин Бесуик). В 1960 г. Теренс Фишер проиллюстрировал тему в оригинальном, но не вполне удачном фильме Два лица доктора Джекилла, The Тwо Faces of Dr. Jekyll, где еще до Джерри Льюиса Хайд предстает красивым и привлекательным персонажем. Вспомним также мексиканскую версию Человек и чудовище, El Hombre у el Monstruo, 1958 Рафаэля Баледона. Джекилл здесь оказывается не ученым, а ревнивым музыкантом и убийцей, ставшим оборотнем. Когда он оборачивается чудовищем, только материнская рука своим прикосновением может вернуть его в человеческое обличье. Как бы то ни было, версии Мамуляна и Флеминга в драматургическом отношении многим обязаны театральной инсценировке повести Стивенсона, сделанной в 1887 г. Томасом Расселом Салливеном, не упомянутой в титрах обоих фильмов, а в смысле создания атмосферы - немой версии Робертсона (по сценарию Клары С. Беранже).

  Тихий человек

   1952 – США (129 мин)

     Произв. Republic, Argosy Pictures (Джон Форд, Мериан К. Купер)

     Реж. ДЖОН ФОРД

     Сцен. Фрэнк С. Ньюджент по одноименному рассказу Мориса Уолша

     Опер. Уинтон Хоук, Арчи Стаут (Technicolor)

     Муз. Виктор Янг

     В ролях Джон Уэйн (Шон Торнтон), Морин О'Хара (Мэри Кейт Дэнэхер), Барри Фицджералд (Майклин Одж Флинн), Уорд Бонд (отец Питер Лонерган), Виктор Маклаглен («Рыжий Уилл» Дэнэхер), Милдред Нэтуик (миссис Сара Тиллэйн), Фрэнсис Форд (Дэн Тобин).

   Шон Торнтон, бывший американский боксер, возвращается в родную ирландскую деревушку Иннисфри, чтобы поселиться там навсегда и выкупить дом своих предков. Он знакомится с местной девушкой по имени Мэри Кейт Дэнэхер, на которой решает жениться согласно всем заведенным обычаям: разведка боем через свата (в роли которого выступает самый известный в деревне пьяница), осторожные подступы под присмотром кормилицы и т. д. Против Шона ― дурной характер его невесты, а главное – ее брат «Рыжий Уилл» Дэнэхер, претендовавший на ферму, только что купленную Шоном. Рыжий Уилл считает Шона чужаком. Жители деревни вступают в небольшой заговор, чтобы вынудить его согласиться на свадьбу. После свадьбы Уилл понимает, что его обыграли, и забирает приданое невесты. Та немедленно отказывает мужу, пока он не вернет ее «состояние», без которого, по местным традициям, она не мыслит счастливого брака. Но Шон все помнит о своем последнем бое, на котором он случайно убил соперника. Он не хочет пускать в ход кулаки против шурина и предпочитает прослыть трусом. Жена уходит от него. Шон догоняет ее на вокзале и силой уводит домой. Он отнимает у Рыжего Уилла деньги жены и тут же их сжигает. На глазах у деревенских жителей, делающих ставки на соперников, начинается эпический поединок между героями. Он станет прелюдией к счастливой и радостной жизни Шона и Мэри Кейт.

   ►  Славное возвращение Джона Форда в Ирландию, показанную здесь в восхитительных красках. Форд, как никто из режиссеров-ровесников, смог украсить свою карьеру «портативными космогониями», способными в определенный момент вместить в рамки одного фильма весь мир режиссера, взгляд на жизнь, все его мысли, мании и любимые темы. Сам Форд называл этот фильм своей «1-й историей о любви». И в самом деле, стержень фильма – любовь между Шоном и Мэри Кейт и трудности, с которыми сталкивается эта любовь, пытаясь вписаться в рамки социальных обычаев. Вокруг нее Форд возводит целый мир, где важнейшее значение имеют традиции, обряды и правила поведения. Они связывают отдельного человека с коллективом, настоящее – с Историей (если не с вечностью). Нарушить или не соблюсти их – значит обречь себя на одиночество, отдаление, изгнание. Герой прекрасно понимает это: воздвигнутое им будущее восстанавливает связь с прошлым, и круг, таким образом, замыкается.

   Хотя этот фильм Форда – один из самых веселых и приятных глазу, в нем есть свои потаенные бездны. Не стоит забывать, что главный герой картины уходит на покой и начинает новую жизнь. Предыдущая, по его мнению, обернулась неудачей, и теперь он ищет нечто вроде волшебного эликсира, святой воды, приехав к старым ирландским источникам. Форд дает ему 2-й шанс, и фильм рисует и портрет воскрешенного героя, и портрет страны, наполовину порожденный воображением автора, и, конечно, портрет самого автора. Форд, как и всегда, разрывается между невероятным жизнелюбием и крайней чувствительностью к трагическим сторонам жизни, способным в любое время привести человека к провалу.

  Непокоренный

   1946 – США (146 мин)

     Произв. PAR (Сесил Б. Де Милль)

     Реж. СЕСИЛ Б. ДЕ МИЛЛЬ

     Сцен. Чарлз Беннетт, Фредерик М. Фрэнк и Джесси Ласки-мл. по роману Нила Суонсона «Иудино дерево» (The Judas Tree)

     Опер. Рей Реннахан (Technicolor)

     Муз. Виктор Янг

     В ролях Гэри Купер (капитан Кристофер Холден), Полетт Годдерд (Эбигейл Марта Хейл), Хауард да Силва (Мартин Гарт), Борис Карлофф (Гуясута), Сесил Келлауэй (Джереми Лав), Уорд Бонд (Джон Фрейзер), Кэтрин Де Милль (Ханна), Генри Уилкоксон (капитан Стил), сэр Обри Смит (сэр Бернард Гренфелл, судья), Виктор Варкони (капитан Симеон Экюйе), Вирджиния Грей (Диана), Портер Холл (Лич), Майк Мазурки (Дэйв Боун), Роберт Уорвик (Понтиак), Алан Нэйпиер (сэр Уильям Джонсон), Марк Лоренс (Сиото), Ллойд Бриджез (лейтенант Хатчинз).

   Лондон, 1763 г. Смертный приговор, вынесенный юной Эбигейл Хейл, заменен на ссылку в североамериканские колонии, где она должна провести в рабстве 14 лет. На борту корабля, везущего ее в Новый Мир, она привлекает внимание Гарта, продающего оружие индейцам, и тот немедленно устраивает аукцион. Чтобы не дать ей попасть в руки этого мрачного человека, капитан Крис Холден поднимает цену и выкупает Эбигейл, а затем отпускает ее прежде, чем корабль достигнет земли. Гарт мошенническим путем присваивает бумаги на владение Эбигейл и доверяет их своему помощнику Дэйву Боуну.

   Крис Холден узнает от своей невесты Дианы, что, пока его не было, та вышла замуж за его брата. В Питтсбёрге рождается слух, будто индеец Понтиак объединяет под своим началом разрозненные местные племена, готовясь к массированному нападению на белых. Крису Холдену поручено отправиться к индейцам с миротворческой миссией. Один его спутник убит; рядом с телом Крис находит новый томагавк, похожий на те, какими торгует Гарт. В таверне Дэйва Боуна он вновь находит Эбигейл, которая работает официанткой, уводит ее в дом своего друга Джона Фрейзера и заставляет принять ванну.

   На балу в Форт-Питте в честь дня рождения короля Георга III Эбигейл появляется в роскошном зеленом платье, которое Крис берег для своей невесты. Она приходит в ярость, когда он признается, что весьма неравнодушен к ее красоте, однако она – всего лишь приманка, чтобы Гарт попал в ловушку. Тот действительно появляется в самый разгар бала и, по фальшивым документам, вновь забирает Эбигейл себе. Когда Гарт возвращается в таверну, его вызывает к себе «друг» Гуясута, вождь индейского племени сенеков и отец его жены Ханны. Гуясута готовит нападение на все форты в регионе; он уже начал набеги.

   Ханна ревнует к Эбигейл и не мешает своим людям ее пытать. Но Крис Холден в нарушение приказов коменданта Форт-Питта отправляется на ее розыски. Он предстает перед племенем в облаке дыма, чтобы произвести на них впечатление. При помощи хитрости и компаса ему удается ненадолго выдать себя за некое божество и добиться освобождения Эбигейл. Он уносится с ней на каноэ через пороги бурной реки. Индейцы понимают, что их одурачили, и бросаются вдогонку. Каноэ попадает в гигантский водопад и устремляется с потоком вниз. Крис и Эбигейл чудом спасаются, уцепившись за ветку дерева. Позднее они обнаруживают тела Джона Фрейзера и его людей, перебитых индейцами.

   Гарнизон соседнего форта также вырезан до последнего человека. Умирающий старик рассказывает, что индейцы взяли их обманом и убедили выбросить белый флаг, а затем перебили всех до единого. Крис и Эбигейл планировали уйти на восток, но теперь должны вернуться в Форт-Питт, чтобы не бросить его обитателей на верную смерть. В форте трибунал приговаривает Криса к смертной казни за дезертирство. Эбигейл обещает Гарту, что отдастся ему, если он отпустит Криса. Гарт устраивает Крису побег, рассчитывая убить его по ходу дела. Но вместо него погибает Ханна, которую любовь довела до отчаяния.

   Крис берет несколько человек в подкрепление, ставит в 1-е ряды музыкантов с волынками и добавляет в строй тела убитых солдат. Его стратагема обращает в бегство индейцев, окруживших Форт-Питт, в стенах которого Гарт и Боун уже почти уговорили 600 обитателей сдаться осаждающим. Холден убивает Гарта и женится на Эбигейл. Они обоснуются на Западе.

   ►  Этот гигантский крупнобюджетный проект, несомненно, является самым характерным фильмом Де Милля, снятых на нерелигиозные темы в 40-50-е гг. Его можно определить 3 терминами: это фильм а) исторический; б) эпический и авантюрный; в) барочно пышный, с налетом безумия. Если оценивать временной контекст, действие раскрывает перед нами очень давние страницы истории США еще до принятия Декларации независимости. С точки зрения сюжета фильм является эпопеей, насыщенной зрелищными приключениями, иногда близкими по духу к сериалам. (По аналогии со знаменитым циклом времен немого кинематографа Злоключения Паулины, The Perils of Pauline, 1914, фильм в шутку называли Злоключениями Полетт.) Некоторые сцены превращают действие в мучительный, пугающий кошмар, обращенный к подсознанию зрителя и питающий его детские страхи, – например, появление индейца Гуясуты, на роль которого Де Милль разумно выбрал фантастического Бориса Карлоффа.

   Во внутреннем пространстве фильма контраст между заботой о крайней достоверности в деталях и во внешнем оформлении сцен (осада Форт-Питта – одна из самых захватывающих и реалистичных батальных сцен в американском кино), с одной стороны, и экстравагантности, цветастого и тщательно продуманного безумия некоторых эпизодов, с другой, – специфический знак режиссерского таланта Де Милля. Этот талант неизменно презирает академизм и продолжает изумлять поколение за поколением, но тем не менее некоторые по-прежнему упорно отказываются его признавать.

   N.В. В автобиографии Де Милль с особой благодарностью вспоминает статиста Роберта Баумена, который на съемках осады Форт-Питта продолжил бить в барабан даже после того, как пиротехнический снаряд приземлился на его инструмент и обжег ему руку. Кадры в самом деле вышли великолепные.

  Рыжая Борода

   1965 - Япония (180 мин)

     Произв. Toho, Kurosawa Film Productions (Рюдзо Кикугима и Томоюки Танака)

     Реж. АКИРА КУРОСАВА

     Сцен. Рюдзо Кикусима, Хидэо Огуни, Масато Идэ и Акира Куросава по одноименному роману Сюгоро Ямамото (Akahige shinryotan)

     Опер. Асакадзу Накаи и Такао Сайто (Cinemascope)

     Дек. Ёсиро Мураки

     Муз. Масару Сато

     В ролях Тосиро Мифунэ (Кёдзо Ниидэ по прозвищу Рыжая Борода), Юдзо Каямэ (Нобору Ясумото), Ёсио Цутия (Хандаю Мори), Тацуёси Эхара (Гэндзо Цугава), Рэйко Дан (Осуги), Кёко Кагава (сумасшедшая девушка), Каматари Фудзивара (Рокускэ), Акэми Нигиси (Окуни), Цутому Ямадзаки (Сахати), Миюки Кувано (Онака), Эйдзиро Тоно (Гохэйдзи), Такаси Симура (Токубэй), Тэруми Ники (Отоё), Харуко Сугимура (Кин), Ёко Наито (Масаэ), Кэн Мицуда (отец Масаэ), Кинуё Танака (мать Нобору), Тисю Рю (отец Нобору), Ёситака Дзуси (малыш Тёдзи).

   Конец эры Токугава (XIX в.). Молодой человек Ясумото, пройдя в Нагасаки курс голландской медицины, возвращается в Эдо и приходит к директору больницы «Койсикава». Директор - Кёдзо Ниидэ по прозвищу Рыжая Борода - человек сурового, упрямого и властного нрава, однако все его окружение относится к нему с восхищением и преданностью. Рыжая Борода всю жизнь посвятил беднякам и даже учредил для них бесплатную консультацию. Ясумото узнает, что ему предстоит стать главным помощником Рыжей Бороды, и эта новость сильно его расстраивает, поскольку он рассчитывал на место при дворе сегуна. Чтобы спровоцировать увольнение, он принимается изо всех сил нарушать правила внутреннего распорядка, установленные Рыжей Бородой. В отдельном павильоне больницы живет в изоляции женщина редкостной красоты, страдающая от крайне опасной разновидности безумия и убившая 3 своих любовников. К ней запрещено приближаться. Ясумото думает, что сумеет ее вылечить. Он слушает ее рассказы о детстве, о том, как ее неоднократно насиловали; внезапно женщина всаживает ему в шею заколку для волос. Ясумото остается жив только благодаря вмешательству Рыжей Бороды.

   Через несколько дней, когда рана заживает, он - уже не столь самоуверенно - возвращается к принудительному обучению у Рыжей Бороды. На его глазах умирают 2 пациента. Первый, Рокускэ, отходит в молчании, не в силах пережить трагедию, отравившую всю его жизнь. Его дочери пришлось выйти замуж за любовника матери - по материнскому же приказу. После смерти отца дочь приходит к Рыжей Бороде и доверяет ему своих маленьких детей; Рыжая Борода передает их на попечение семье, живущей по соседству. Она пытается зарезать мужа, но наносит ему лишь легкие раны. Рыжая Борода защищает ее, шантажируя полицейского комиссара, и отнюдь этим не гордится. Второй умирающий - Сахати, человек почти святой, его обожают все соседи. Всю жизнь он им помогал. Перед смертью он раскрывает тайну. У него была любимая жена, которая пропала при землетрясении. Однажды он встретил ее с ребенком. Тогда она призналась, что познакомилась с Сахати, будучи уже замужем за другим человеком, сделавшим немало добра ее обнищавшей семье. После этого признания, не видя иного выхода из ситуации, она зарезалась у Сахати на глазах. Чтобы жить рядом с ней, Сахати похоронил ее у себя в доме. Скелет этой женщины находят, когда часть дома обрушивается.

   Ясумото все больше увлекается работой в больнице и событиями, в которых эта работа вынуждает его участвовать, и начинает ходить вместе с Рыжей Бородой к пациентам. Он видит, как тот предписывает строгий режим богачу, чья болезнь вызвана круглосуточным обжорством. За это Рыжая Борода требует огромный гонорар, который впоследствии пожертвует бедным. Он вырывает из рук директрисы публичного дома 12-летнюю девочку, которую та хотела заставить «работать». При этом Рыжей Бороде приходится драться с целой толпой врагов, и он с честью выходит из этой потасовки. Девочка, знавшая в своей жизни только несчастья и грубость, похожа на дикого зверька. У нее начинается лихорадка, и Рыжая Борода поручает ее Ясумото. Девочка становится первой пациенткой молодого врача. Ясумото удается приручить ее вниманием и заботой. И она, в свою очередь, будет заботиться о Ясумото, когда лихорадка перекинется на него. Девочка знакомится с 7-летним парнишкой по прозвищу Крысеныш. Тот ворует еду, чтобы прокормить семью. Девочка решает отдать ему свой обед и все, что ей удается собрать на больничной кухне; взамен она умоляет его больше не воровать. Однажды Крысеныш прощается с ней, потому что его семья уезжает в далекую и чудесную страну. Вскоре его семью находят: на самом деле все они отравились крысиным ядом. Рыжей Бороде удается спасти мать, отца и Крысеныша. Ясумото вновь обретает покой в частной жизни и соглашается жениться на сестре своей бывшей невесты (эта невеста изменила Ясумото перед его приездом в больницу). После женитьбы тесть выбивает для него место врача в сёгунате, но Ясумото умоляет Рыжую Бороду оставить его у себя. «Сам потом будешь жалеть об этом», - ворчит, по своему обыкновению, старый врач.

   ► Рыжая Борода может считаться центральной частью гуманистической трилогии, в которую также входят Жить, Ikiru и Додэскадэн, Dodesukaden. Все эти фильмы отличаются необычайной длиной, огромным количеством персонажей - от детей до глубоких стариков - и описывают цепь событий и переживаний, в которых укладываются целые судьбы. Рыжая Борода, по признанию самого Куросавы, был самым амбициозным. Съемки растянулись на 2 года и происходили в огромной декорации деревни, построенной с нуля. На площадке режиссер устанавливал, в зависимости от плана, от 1 до 5 камер. Мастерски используя широкий формат, длинные планы и объективы с очень длинным фокусом, Куросава достигает того бетховенского масштаба, которого и добивался для своей картины. Задачей трилогии стало исследование бескрайней бездны человеческих горестей, причем режиссер позаимствовал у Гюго и Достоевского точку зрения, отрицающую полное отчаяние и пессимизм. Две основные идеи, помимо прочих, определяют содержательность фильма и придают ему невероятно мощный гуманистический заряд. Многие действующие лица приходят к готовности посвятить свою жизнь тому, чтобы облегчить мучения ближнего. В этой жертве и в непрерывной деятельности они черпают силу и находят гармонию, которых бы им иначе не хватало. Спасая других, они спасают себя. Эти сила и гармония не имеют ничего общего со счастьем в традиционном его понимании. Они не исключают ни гнева, ни отчаяния, но все же, по мнению Куросавы, дают человеку возможность, как никогда, почувствовать всю полноту жизни. Этот опыт может переживаться на разных уровнях (Рыжей Бородой, Ясумото и девочкой, выхаживающей Ясумото), что нам доказывает весьма умелая и многогранная конструкция фильма, богатая нюансами и рифмами; в этой конструкции персонажи часто обнаруживают у других собственные дилеммы и страхи. 2-я основная идея, выражаемая персонажами и перипетиями фильма, заключается в том, что большинство физических болезней человека скрывают за собой нравственную ущербность, которая является одновременно их источником, тайной подпиткой и объяснением. Куросава всегда отказывался отделять в человеке духовное начало от материального. Здесь одна из причин того, что его творчество завоевало столь долговечное и неподвластное моде признание публики во всем мире.

 Дама, пришедшая в одиннадцать

   1947 - Франция (97 мин)

     Произв. Neptune

     Реж. ЖАН ДЕВЕВР

     Сцен. Жан-Поль Ле Шануа по одноименному роману Пьера Апестеги

     Опер. Рене Гаво

     Муз. Жозеф Косма

     В ролях Поль Мёрисс (Станислас Октав Семинарио по прозвищу СОС), Мишлин Франсей (Мюриэль Пескара), Жан Тисье (Гийом), Пьер Луи (Поль Ванц), Жюни Астор (Элен Тассен), Мади Берри (Брижитт), Пьер Ренуар (Жерар Пескара), Жильбер Жиль (Шарль Пескара), Жан Дебюкур (доктор Вермелен), Жан Брошар (следователь).

   Станислас Октав Семинарио по прозвищу СОС, племянник следователя, расследует дело об анонимных письмах, получаемых семьей его бывшей невесты. Брат, а затем и отец девушки будут отравлены злоумышленником, прежде чем удалой детектив найдет разгадку тайны.

   ► Блистательный дебют Жана Девевра. Фильм находится на грани между рассказами о сыщиках-сердцеедах в стиле Реймона Руло и поэтичными детективами в стиле Пьера Вери. Он достаточно оригинален, чтобы превзойти своих вдохновителей. В повествовании (и в монтаже) Девевр использует очень рубленый, прерывистый и барочный стиль, где вперед выступает (отрываясь от жизненного контекста) целый набор необычных и волнующих образов, похожих на сон и от того особенно сильных. Обитатели виллы, в ужасе ждущие новых анонимных писем; лечебница для душевнобольных, по ночам оглашаемая криками обитателей; иллюзионист, предсказывающий зрителю скорую смерть; котенок, внезапно убитый отравленным медальоном (тело швыряют в мешок); таинственная баржа, названная по имени цветка и пришвартованная к берегу Северного канала, - фильм полой странных и разнородных ситуаций и персонажей. Из-за таланта рассказчика они связаны друг с другом безупречной логикой сновидения. Ничто не происходит напрасно в этой истории, которая к финалу возвращается на твердую землю, на радость рациональному мышлению некоторых любителей детективных романов, но при этом ничуть не ослабляет у зрителя эффект неожиданности и легкой растерянности от большинства сюжетных поворотов. Этой особой авторской интонации было суждено появиться снова в следующем фильме Девевра - необычной биографии Поля-Луи Курье (Ферма семи грехов, La Ferme de sept péchés).

   Ровная в своем разнообразии, хладнокровная и точная актерская работа Поля Мёрисса (в этом фильме он чуть ли не в последний раз демонстрирует трезвую и сдержанную манеру исполнения).

  Правосудие свершилось

   1950 - Франция (105 мин)

     Произв. Робер Дорфман, Silver Films

     Реж. АНДРЕ КАЙАТТ

     Сцен. Андре Кайатт и Шарль Спак

     Опер. Жан-Серж Бургуэн

     Муз. Реймон Легран

     В ролях Ноэль Роквер (Теодор Андрие), Валентина Тессье (Марселина Микулен), Антуан Бальпетре (председатель суда), Клод Нолье (Эльза Люнденштейн), Реймон Бюссьер (Феликс Нобле), Жан Дебюкур (Мишель Кодрон), Жак Кастело (Жильбер де Монтессон), Аннетт Пуавр (Лулу), Жюльетт Фабер (Даниэль Андрие), Дита Парло (Элизабет), Марсель Перес (Эварист Маленгре), Жан-Пьер Гренье (Жан-Люк Флавье), Мишель Оклер (Серж Крамер), Леонс Корн (судебный пристав), Марсель Мулуджи (Амадео).

   Версаль. 20 присяжных созываются на 3-недельный судебный процесс. 7 (и 2 запасных) отбирают жребием для того, чтобы решить судьбу Эльзы Люнденштейн. Эльза - директор фармацевтической лаборатории, родившаяся в Париже в литовской семье, - обвиняется в убийстве любовника, неизлечимо больного раком, которому она торжественно поклялась положить конец его страданиям, если они станут невыносимыми. На процессе сестра «жертвы» сообщает, что у Эльзы был 2-й любовник, чего сама Эльза и не отрицает, продолжая при этом утверждать, что ее поступок был продиктован исключительно верностью клятве. Присяжные отобраны из самых разных слоев общества: крестьянина Эвариста Маленгре долг правосудия оторвал от земли (в его отсутствие жена изменяет ему с работником фермы); старый вояка Теодор Андрие, реакционер и ксенофоб, семейный тиран, по поводу и без повода с гордостью вспоминает о том, как сказал «нет» Лиотею (***) и тем погубил свою военную карьеру; отец умственно отсталого ребенка Жан-Люк Флавье думает о том, как бы избавиться от этого ребенка, чтобы спасти семью; 60-летняя женщина-антиквар Марселина Микулен влюблена в молодого постояльца своей гостиницы, который оказывается любовником обвиняемой; горожанин Мишель Кодрон поселился в гостинице Марселины Микулен и тоже решил за ней приударить; коновод Жильбер де Монтессон готовится к свадьбе и бегает от бывшей любовницы, которая угрожает ему серьезными неприятностями, если он не захочет с ней встретиться; официант из кафе Феликс Нобле использует участие в процессе, чтобы придать себе значимость в глазах родителей невесты. Посовещавшись в присутствии судьи и 2 судебных заседателей, присяжные приходят к выводу; что обвиняемая действительно убила мужа, но непреднамеренно и с учетом смягчающих обстоятельств. Ее приговаривают к 5 годам тюрьмы. После этого Жильбер де Монтессон узнает, что его бывшая любовница, которую он так и не принял у себя, покончила с собой. Если бы он узнал об этом до обсуждения вердикта, то был бы не так суров к обвиняемой и стрелка весов качнулась бы в другую сторону. Закадровый комментарий (прочитанный Пьером Френэ) подводит итог. В обоих возможных вариантах допущена судебная ошибка: если обвиняемая виновна в убийстве, срок слишком мал; если невиновна - наказание абсолютно несправедливо.

   ► 1-я часть трилогии Кайатта и Спака о правосудии (см. Все мы - убийцы, Nous sommes tous des assassins и Черное досье, Le dossier noir, 1955). Фильм считается типичным образцом «идейной» картины, но идея, которую он отстаивает, настолько обширна, что может быть приравнена к философскому рассуждению из разряда «Не судите да не судимы будете». С другой стороны, утверждать, что случай, предрассудки, инстинктивные порывы, случайные встречи играют важнейшее значение в решениях, принимаемых каждым человеком, - это значит ломиться в открытую дверь. Однако через эту дверь в фильм попадает множество персонажей, порожденных необыкновенной изобретательностью и живой фантазией Шарля Спака. Спак - великий сценарист (несомненно, лучший во французском кинематографе, наравне с Жаком Компанэзом), великий мизантроп - берет структуру, напоминающую фильм-альманах 30-х гг., и населяет ее красочной толпой хамов, тупиц, сентиментальных старух, равнодушных людей и паяцев, которые все вместе составляют захватывающий, хоть и утрированный, образ послевоенного французского общества. Этот образ изобилует критическими оценками и противоречит безучастному спокойствию, которое авторы своей идеей хотели возвести в ранг высшей ценности. Фильм живет как раз благодаря этим противоречиям, а также благодаря таланту дюжины блистательных актеров. В каждом персонаже доминирует какая-либо одна выпуклая, чаще всего карикатурная черта - иногда комическая, иногда трагическая, а иногда и обе. Большинство актеров играют необыкновенно хорошо: Ноэль Роквер блистателен.

   БИБЛИОГРАФИЯ: как и в случае с фильмом Все мы - убийцы, писатель Жан Мекер выпустил новеллизацию фильма. Она была опубликована издательством «Gallimard» в 1954 г., через 4 года после выхода фильма в прокат. Поскольку в подавляющем большинстве случаев новеллизации служат продуктом немедленного потребления, столь запоздалое издание доказывает, какое огромное воздействие произвел фильм на зрителей.

   ***

   --- Юбер Лиотей (1854?1934) - маршал Франции, завоеватель Мадагаскара и военный губернатор Марокко.

  Кто-то там наверху меня любит

   1956 – США (113 мин)

     Произв. MGM (Чарлз Шнее)

     Реж. РОБЕРТ УАЙЗ

     Сцен. Эрнест Леман по автобиографии Роки Грациано под редакцией Роуленда Барбера

     Опер. Джозеф Руттенберг

     Муз. Бронислав Капер

     В ролях Пол Ньюмен (Роки), Пир Энджели (Норма), Эверетт Слоун (Ирвинг Коэн), Эйлин Хекарт (мамаша Барбелла), Сэл Минио (Ромоло), Херолд Дж. Стоун (Ник Барбелла), Джозеф Балофф (Бенни), Роберт Лоджиа (Фрэнки Пеппо).

   Рокко Барбеллу с детства не любил отец, «пропащий» человек, которого жена заставила уйти из бокса. Впервые Рокко нарушил закон подростком. Вместе с друзьями он совершает мелкие кражи и дерется с бандами соперников. От исправительного заведения всего шаг до тюрьмы и каторги, и Рокко, умеющий говорить только кулаками, делает этот шаг с легкостью. Через 6 лет Рокко наконец выходит на свободу, но тут же попадает в тюрьму иного рода ― на армейскую службу. Рокко нокаутирует офицера и на несколько месяцев пускается в бега. Он знакомится с тренером Ирвингом Коэном, который тут же видит в нем способного новичка. Рокко проходит боевое крещение на ринге, но тут его хватает военная полиция. Коэн ничего не знал о его прошлом: Рокко назвался выдуманным именем, Роки Грациано. Еще один год принудительных работ. Наконец, для Рокко открыт путь к спортивной карьере. Рокко знакомится с Нормой и женится на ней, хотя она не любит бокс. Их ребенок – девочка ― растет, не видя папиного лица, поскольку оно вечно скрыто за бинтами после матчей. Фрэнки Пеппо, бывший сокамерник и друг Рокко, пытается шантажом подстроить итог матча. Рокки предпочитает сказаться больным. Однако после этого на него наседают спортивные власти, требуя назвать имена тех, кто пытался его подкупить. Рокки отказывается. Нью-йоркская комиссия отзывает его лицензию. Но в Иллинойсе ему разрешают встретиться на ринге с Тони Зэйлом из Чикаго, и Рокко становится чемпионом мира в среднем весе. (N.В. Тони Зэйл играет на ринге самого себя.)

   ►  Кто-то там наверху меня любит, фильм блестящий, но довольно поверхностный, достоин упоминания прежде всего потому что в нем одном сосредоточена целая тенденция, постоянно присутствующая в американском кино вплоть до конца 50-х гг.: поиск позитива, трансформация отрицательной энергии в положительную. Биография Роки Грациано (если не слишком углубляться в детали) идеально иллюстрирует эту нравственную схему. В удачном творческом союзе с Ньюменом (роль была написана для Джеймса Дина) Уайз компенсирует недостаточную глубину персонажа большими дозами реализма и юмора. Ужимки в стиле «Актерской студии» Ли Стрэсбёрга Ньюмен использует в комическом ключе: он стал единственным актером своего поколения, кто на это осмелился. Требовалась легендарная слепота американской критики, чтобы назвать Ньюмена подражателем Марлона Брандо. Этот фильм, 22-й для Уайза и 2-й для Ньюмена, позволил им обоим впервые стать чемпионами кассовых сборов. На дворе был 1956 г. Тенденция, выраженная этим фильмом (восхваление позитива), постепенно начала угасать. Следующие 20 лет многие кинорежиссеры искренне или нарочито изощрялись в описании упадка, мерзости и загнивания Америки, а затем маятник вернулся в прежнюю позицию. Никому не известный актер начал стучаться в двери всех киностудий, чтобы сыграть главную роль в фильме по его же сценарию, которому предстояло стать одним из крупнейших коммерческих успехов десятилетия: в очень похожей истории другого Роки, его невесты и его тренера. 20 лет спустя эта история показалась на удивление оригинальной и положила начало целому циклу (Роки, Rocky, Джон Г. Авилдсен, 1976; Роки II, Силвестер Сталлоне, 1979; Роки III, Сталлоне, 1982; Роки IV, Сталлоне, 1985; Роки V, Джон Г. Авилдсен, 1990), который, кажется, далек от завершения.

  Выходные с отцом

   1951 – США (83 мин)

     Произв. UI (Тед Ричмонд)

     Реж. ДАГЛАС СЁРК

     Сцен. Джозеф Хоффмен по сюжету Джорджа Ф. Слэвина и Джорджа У. Джорджа

     Опер. Клиффорд Стайн

     Муз. Фрэнк Скиннер

     В ролях Вэн Хефлин (Брэд Стаббз), Патриша Нил (Джин Боуэн), Гиги Перро (Энн Стаббз), Вирджиния Филд (Филлис Рейнолдз), Ричард Деннинг (Дон Эдамз), Джимми Хант (Гэри Боуэн), Джанни Перро (Пэтти Стаббз).

   Вдовец, отец 2 дочерей, и вдова, мать 2 сыновей, провожают детей в летний лагерь. Они влюбляются и вскоре заводят речь о женитьбе. Чтобы объявить эту новость детям, они приезжают в лагерь. Но там все складывается плохо: дети не нравятся друг другу; каждая пара ненавидит потенциального приемного родителя; напр., мальчишек огорчает, что их будущий отчим – не спортсмен. Последняя надежда как-то поправить положение рушится с появлением бывшей невесты вдовца. Но старшая дочь неожиданно понимает, что взрослые тоже имеют право жить собственной жизнью и быть счастливыми. Тогда она разрабатывает план, как свести вместе главных героев. План срабатывает безупречно.

   ►  С самого начала это был один из самых неблагодарных проектов в биографии Сёрка; он был бесконечно далек от его внутреннего мира. В жанре семейной комедии, заведомо обреченном на определенную приторность, Сёрк забавляется, отмечая природную жестокость детей, а также их решительность и предприимчивость. Тому, что фильм на удивление мало постарел за прошедшие 30 лет, есть несколько объяснений. Прежде всего, Америка обгоняет Европу в эволюции общественного поведения людей, нравов, отношений между родителями и детьми. Значительное влияние, которое она оказала на Европу и остальной мир, приводит теперь к тому, что сегодня нам кажется, будто действие этого фильма происходит в нашем, европейском настоящем. Все остальное сделала проницательность Сёрка. Среди всех черт, которые могли придать выразительность этой коварной сатирической картине, он выбрал именно те, что смогли как можно дольше сохранить актуальность. И фильм подкупает нас той типично голливудской хитростью режиссера, сумевшего мужественно проглотить горькую пилюлю и максимально достойно справиться с самым скучным и тоскливым заказом.