Любовные письма

   см. Lettres d'amour

   см. Die Missbrauchten Liebesbriefe

  Любовные письма

   1942 - Франция (110 мин)

     Произв. Synops

     Реж. КЛОД ОТАН-ЛАРА

     Сцен. Жан Оранш, Морис Блондо по новелле Жана Оранша

     Опер. Филипп Агостини

     Муз. Морис Ивен

     В ролях Одетт Жуайё (Зели Фонтен), Франсуа Перье (Франсуа дю Порталь), Симона Ренан (Ортанс де ля Жакри), Жан Паредес (Дезире Ледрю), Жаклин Шампи (Маринетта), Андре Алерм (маркиз де Лонжевиаль), Жюльен Каретт (Лорике).

   Обитатели Аржансона - города, где Наполеон III возглавлял жюри сельскохозяйственной выставки, - делятся на 2 клана: «Общество», т. е. аристократы, высший свет, бездельники, и «Лавочка», т. е. те, кто ведут торговлю и кормятся своим трудом. Одна из влиятельных фигур в «Лавочке» - хозяйка почты Зели Фонтен, молодая вдова, вышедшая замуж без любви и прожившая в браке лишь 3 месяца. Она соглашается получать на свой адрес любовные письма, адресованные жене префекта от парижского любовника Франсуа дю Порталя. Но жена префекта, которую начинает сильно стеснять это опасное приключение, хочет расстаться с любовником. Франсуа добивается должности в прокуратуре Аржансона, чтобы попробовать возобновить отношения с женой префекта, поскольку любит ее по-прежнему. По новой должности Франсуа должен выступать обвинителем на процессе против Зели Фонтен, начатом маркизом де Лонжевиалем, самым знаменитым членом «Общества», но Франсуа отказывается это делать. В действительности он узнает, что ради победы в суде маркиз собирается воспользоваться компрометирующим письмом, адресованным Зели (а на самом деле - жене префекта) и попавшим в его руки. Таким образом, Зели выигрывает процесс, но, не пожелав рассказать всю правду о письме, покрывает себя позором перед лицом «Общества», которое и без того ее не любило. Франсуа навещает Зели, не признаваясь в том, что он и есть автор тех писем, - и очень скоро влюбляется в нее. Он поневоле вынужден участвовать в мелких светских интрижках городских обитателей: каждый тайно пытается обучиться «уланской кадрили», чтобы блеснуть на балу маркиза. После многочисленных обходных маневров Франсуа завоевывает сердце Зели.

   ► 3-я полнометражная картина Отана-Лара, поставленная без соавторов. Фильм принадлежит к «обветшалому» направлению в творчестве автора, порожденному 2 источниками вдохновения: модой тех лет и 1-й кинематографической профессией Отана-Лара (художника-декоратора). В этом направлении, которым Отан-Лара всегда пользуется для социальной критики, режиссер использует 2 отчетливые интонации; а) беспощадность и разрушительный лиризм (см. Дус, Douce) и б) в Замужестве Шифон, Le marriage de Chiffon, 1942, Займись Амели, Occupe-toi d'Amelie, 1949 и в этом фильме - карикатурность более смягченную, более ироничную, менее хлесткую, но все же язвительную и приправленную, по выражению самого Отана-Лара, «ядом». Цели у этих подходов также несколько различаются между собой. Если в Дус, автор проявляет себя пылким и непримиримым сторонником классовой борьбы (к чему его подтолкнула ненависть к буржуазии), то в данном фильме он создает гораздо более отстраненную сатиру на ничтожность и мелочность общественных интересов, воплощением которых становятся миниатюрные светские распри, раздирающие маленькие провинциальные кружки во времена Второй империи (***). В глазах Отана-Лара аристократия - или, по крайней мере, ее самая недалекая и фривольная часть - несет ответственность за бредовые схватки, в которых вынуждена участвовать и буржуазия, чтобы доказать свое право на существование.

   В сюжет также проникает молодая женщина с богатым воображением - такие персонажи очень милы сердцу автора. В его фильмах такая женщина не успевает толком вырасти из подростковых мечтаний, как уже начинает знакомиться с реальной жизнью и с отвращением открывает для себя ее жестокость и хитрость. Описание и обличение в этом фильме происходит в минорных тонах, по с такой жизненной силой, что ею нельзя не восхищаться. Витиеватость и достаточно сложная конструкция сценария, диалоги, актерская игра (в которой старый Алерм передает эстафету почти дебютанту Франсуа Перье) ослепляют блеском и мастерством. Хотя сюжет Любовных писем не столь оригинален, как сюжет Замужества Шиффон (в конце концов, Письма представляют собой всего лишь некоторое приложение к этой картине), это несомненно самый блистательный и наиболее удачный фильм в ряду себе подобных.

   Фильм весьма типичен для своего времени (периода оккупации), но связано это не с какой-либо трудноуловимой аллегорией между фривольностями Аржансона и режимом Виши, но с чисто стилистическими причинами. Некоторые типично французские черты проявляются в этом стиле спонтанно, словно пробившись из подсознания авторов и, несмотря на все препятствия, прокладывают себе дорогу к полному расцвету. Никогда ни до, ни после этого периода кинематограф не блистал настолько естественно и нерасчетливо всеми оттенками так называемого «французского духа». В этом фильме можно говорить только об иронии, резкости с оттенком меланхоличного изящества. Но они исполнены на таком безупречно чистом уровне, с такой виртуозностью, что картина почти достойна зваться шедевром.

   ***

   --- Период правления но Франции Наполеона III (1852-1870), между Второй и Третьей республикой.

  Любовные письма не по адресу

   1940 – Швейцария (90 мин)

     Произв. Лазарь Векслер, Praesens Film AG, Цюрих

     Реж. ЛЕОПОЛЬД ЛИНДТБЕРГ

     Сцен. Рихард Швайцер, Хорст Будьюн, Курт Гуггенхайм, Леопольд Линдтберг по одноименному рассказу Готтфрида Келлера из сборника «Люди из Зельдвилы» (Die Leute von Seldwyla, 1865)

     Опер. Эмиль Берна

     Муз. Роберт Блюм

     В ролях Альфред Рассер (Вигги Штёртелер), Анн-Мари Блан (Гритли Штёртелер), Пауль Хубшмид (учитель Вильгельм), Эльзи Аттенхофер (Аннели), Матильда Данеггер (Кэттер Амбах), Генрих Гретлер (директор школы), Эмиль Хегетшвайлер (пастор).

   Ок. 1840 г. В городишке немецкой части Швейцарии приступает к своим обязанностям новый школьный учитель – скромный, наивный и романтичный человек. Он пытается стать другом своим ученикам и отказывается применять телесные наказания. Местный торговец, увлекающийся литературой, собирается уехать и требует от своей жены Гритли, чтобы та поддерживала с ним переписку, не уступающую своими достоинствами переписке Гёте с Фредерикой Брион. Гритли очень любит мужа и хочет сделать ему приятное. Но эта задача ей явно не по силам. Она просит, чтобы учитель отвечал на письма ее мужа в стиле Гёте. Учитель думает, что Гритли влюблена в него, и соглашается. Вернувшись, торговец обнаруживает подлог и думает, что жена ему изменила. Дело оканчивается разводом. Из-за скандала учитель вынужден расстаться с классом. Он живет отшельником в лесах. Со всех сторон к нему идут за советом, как к мудрецу или колдуну. В конце концов он признается Гритли в любви, а директор школы, ее дядя, просит его вернуться в город.

   ► Скромный, очаровательный и утонченный шедевр, один из немногих фильмов, благодаря которым о швейцарском кино заговорили задолго до 60-х гг. В очень неоднородном стиле, восхитительном с точки зрения изображения, но при этом подвижном и бодром, при поддержке именитых технических консультантов, художников-постановщиков Тео Отто и Августа Шмидта, Линдтбергу удается на редкость удачно сочетать элегию и сатиру, лиризм и иронию. Персонажи и многочисленные перипетии сюжета проработаны великолепно. Чувствуется, что автор (по крайней мере, в это время) превыше всего ставит легкость – возможно, по причине своего венского происхождения. Его можно было бы сравнить с Офюльсом, за вычетом меланхоличности и скрытых мотивов; разница между этими режиссерами значительна. От Линдтберга не ускользает нелепость и тщета тех хитрых уловок, к которым прибегают его персонажи, однако даже при этом его взгляд обнаруживает невинность и красоту. Линдтберг тщательно избегает горечи или жестокости. По ходу развития сюжета мы проникаем все глубже во внутренний мир персонажей, а фильм приобретает все более спокойную, моцартовскую интонацию.

   БИБЛИОГРАФИЯ: обо всех обстоятельствах создания фильма читайте в восхитительной работе Эрве Дюмона «История швейцарского кино. Художественные фильмы, 1896―1986» (Hervé Dumont, Histoire du cinéma Suisse, Films de fiction 1896―1986, Cinémathèque Suisse, Lausanne, 1987) ― это один из лучших трудов, посвященных какой-либо национальной кинематографии. Судя по всему, немалую долю достоинств Любовных писем … следует приписать верному следованию духу литературного первоисточника. Как пишет Дюмон, «цюрихский писатель Готтфрид Келлер рассказывает о повседневной жизни маленького, залитого солнцем городка в немецкой Швейцарии… настоящего микрокосма, где задают тон карьеризм, расчетливость, политическая незрелость, зависть, ревность и коррупция. Келлер смотрит на соотечественников трезвым, лишенным снисходительности взглядом, однако ему удается смягчить даже самую ядовитую сатиру чувством юмора и ярким поэтическим порывом». Фильм имел огромный успех у критики и публики и получил главную награду на Венецианском кинофестивале 1940 г.

  Конец дня

   1938 - Франция (108 мин)

     Произв. Regina

     Реж. ЖЮЛЬЕН ДЮВИВЬЕ

     Сцен. Шарль Спак, Жюльен Дювивье

     Опер. Кристиан Матра, Арман Тирар, Робер Жюйар, Эрнест Бурро

     Муз. Морис Жобер

     В ролях Луи Жуве (Сен-Клер), Виктор Франсен (Марни), Мишель Симон (Кабриссад), Мадлен Озрэ (Жаннетт), Габриэль Дорзиа (мадам Шабер), Сильви (мадам Филемон), Франсуа Перье (журналист), Гастон Модо (хозяин бистро), Габриэль Фонтан (мадам Жамбаж), Жан Жоффр (мсье Филемон), Габи Андрё (Даниэль), Мари-Элен Дасте (Адель), Артюр Девер (режиссер), Пьер Манье (мсье Ларош).

   В аббатстве Сен-Жан-Ля-Ривьер, приюте для престарелых актеров (не знающих, что их общему дому грозит закрытие), изводят друг друга 3 пожилых жильца: Рафаэль Сен-Клер, старый красавец, когда-то обласканный славой и женщинами, а ныне растративший состояние на азартные игры и любовные похождения; Жиль Марни, актер амбициозный и уважаемый собратьями, но никогда не знавший успеха (его жена ушла от него к Сен-Клеру и погибла на охоте; ее смерть была похожа на самоубийство, и эта тайна до сих пор преследует Марни); и, наконец, Кабриссад, затейник и шутник, любящий при случае приврать, всю жизнь просидевший в дублерах. Марни - его главный мучитель - презирает Кабриссада. В отместку Кабриссад каждый день изобретает новые каверзы и однажды зачитывает вслух некролог Марни, по ошибке напечатанный в местной газете.

   Сен-Клер уезжает из приюта, получив в наследство кольцо, когда-то подаренное им очередной даме сердца; вскоре он возвращается, проигравшись в пух и прах в Монте-Карло. Желая всем доказать, что он по-прежнему знатный сердцеед (одна особенно ядовитая пансионерка оглашает публично, что он сам шлет на свое имя старые любовные письма), Сен-Клер с дьявольской жестокостью толкает на самоубийство романтичную официантку из соседнего кафе, влюбившуюся в него. Марни не дает девушке покончить с собой, а Сен-Клер сходит с ума, возомнив себя Дон Жуаном.

   Незадолго до этого знаменитые парижские актеры дают в стенах приюта спектакль по пьесе Эдмона Ростана «Орленок» в пользу аббатства. Выручка от представления позволит руководству спасти учреждение. Один актер не успевает приехать вовремя, и Марни упрашивают выйти на сцену в роли Фламбо. Этой роли Кабриссад тщетно ждал всю свою жизнь. Он умоляет Марни уступить роль ему. Марни отказывается и снова повторяет Кабриссаду, что тот лишен даже капли таланта. Старики обмениваются оскорблениями и переходят к рукоприкладству. Марни падает. Кабриссад надевает его костюм и выходит на сцену. Но он слишком взволнован встречей с публикой и новостью о помолвке и отъезде юного скаута, заменявшего ему сына. Кабриссад не может вымолвить ни слова. Занавес опускают. Кабриссад повторяет только одно: «Я стар». В своей комнате он падает и умирает. Выясняется, что он сам написал свою надгробную речь, в которой осыпал себя дифирамбами. Марни приглашают прочесть эту речь. Он прерывает чтение над могилой, отказываясь поручиться за текст, который считает чересчур лживым. Тем не менее, он воздает должное любви к театру, которую всегда испытывал старый актер.

   ► Шедевр, характерный для того довольно короткого периода в истории французского кино в конце 1930-х гг., когда оно было, возможно, лучшим в мире. «Литература ожесточает», написал как-то Сент-Бёв про писателей. По мнению Дювивье, то же происходит и с профессией актера. В этот конец дня, пугающий и мучительный, несколько персонажей, чудовищные в своем эгоизме (Жуве), непримиримости (Франсен), фальшивом добродушии (Симон), продолжают враждовать даже за порогом смерти. Их борьба выражает одновременно 2 темы: жестокий эгоцентризм актеров, старение - еще более невыносимое для этих вечных избалованных детей. Где люди, обуреваемые страстной злобой, текущей у них в крови, ведут схватку между собой и с пьянящей усладой разрушают себя и других - там начинается территория фильмов Дювивье.

   Мастерский сценарий Шарля Спака оживляет полусотню персонажей; каждый за несколько кадров становится узнаваем и незабываем, и дает режиссеру возможность снять выдающуюся серию коротких актерских бенефисов. Корни успеха фильма - в том щемящем чувстве, которое остается от этого нагромождения злобных и низменных чувств. Частично оно вызвано силой и прямотой этих чувств; мрачность Дювивье, в отличие от мрачности Клузо, не имеет ни беспокойной, ни двойственной природы; в ней есть нечто абсолютное. В равной степени это ощущение связано с тем, что в основной теме фильма сохраняется позитив. Эта тема ясно выражена в последней сцене; страстная любовь к театру, ради которой каждый присутствующий готов навлечь на себя проклятие.

мед. патологическая страсть писать любовные письма

  Новобрачные-убийцы

   1969 – США (106 мин)

     Произв. Roxanne (Уоррен Стайбел)

     Реж. ЛЕОНАРД КАСЛ

     Сцен. Леонард Касл

     Опер. Оливер Вуд

     Муз. Густав Малер

     В ролях Ширли Столер, Тони До Бианко, Мэри-Джейн Хигби, Дорис Робертс, Кин Макардл.

   2 мошенника – Рей Фернандес, пижон-испанец, и тучная медсестра Марта Бек – обирают одиноких женщин. Рей женится или обещает жениться на жертвах, выдавая ужасно ревнивую Марту за свою сестру. Одну женщину Марта отравляет. Позднее они вдвоем душат и забивают насмерть молотком очередную жертву. Марта все сильнее ревнует Рея и заставляет его убить одну из его многочисленных невест, когда узнает, что та беременна от него. Марта убивает своими руками дочь этой женщины, а затем, опять же из ревности, вызывает полицию. В тюрьме Марта получает от Рея страстные любовные письма. Обоих отправляют на электрический стул в 1951 г.

   Курьез. Крайне реалистичное изложение жестоких (и реальных) событий. Визуально фильм принадлежит к направлению, открытому Психопатом, Psycho: ледяная нагота изображения и «графичное» изображение ужаса. Этим их сходство и ограничивается: фильм содержит множество мертвых пауз, и ему не хватает осмысленности. По женоненавистничеству и беспощадности в описании женских персонажей он оставляет позади биографии Ландрю, снятые Чаплином (Мсье Верду, Monsieur Verdoux) и Шабролем (Ландрю, Landru).

  Мадемуазель де ля Ферте

   1949 – Франция (98 мин)

     Произв. CFP

     Реж. РОЖЕ ДАЛЛЬЕ

     Сцен. Стив Пассёр по одноименному роману Пьера Бенуа

     Опер. Роже Арриньон

     Муз. Рене Сильвиано

     В ролях Жани Хольт (Анн де ля Ферте), Франсуаз Кристоф (Голсвинта), Пьер Крессуа (Жак), Жан Серве (лорд Осборн), Жан Брошар (мсье Ларальд), Пьер Пало (Деструэсс), Жан Паредес (Баррадер).

   1918 г., французский департамент Ланды. По местному обычаю одинокая пожилая женщина Анн де ля Ферте дарит приданое новобрачным из ее деревни. Это далеко не 1-е новобрачные, чье счастье она составила таким образом; без ее помощи они бы не смогли заключить союз. Невеста благодарит ее и превозносит как святую, сама же Анн тем временем погружается в воспоминания.

   Ок. 1880 г. умирает ее отец, легкомысленный транжира. Родственники прогоняют Анн, и она остается одна, без денег. Она селится в жалкой арендованной ферме в Ландах – больше у нее ничего не осталось. Кузен Жак, любовь всей ее жизни, делает Анн предложение, но целая коалиция родственников выступает против. Один из них, хозяин компании по импорту, в которой работает Жак, готов дать согласие на брак при одном условии: Жак должен пройти годичную стажировку на Гаити – это необходимо для его обучения. Расставаясь, молодые люди клянутся друг другу в верности: они поженятся ровно через год, минута в минуту.

   Год спустя Жак женится на дочери английского консула, с которой познакомился на Гаити. Через некоторое время (в 1882 г.) Ани в отчаянии узнает, что Жак утонул. Через 4 года вдова Жака Голсвинта приезжает со своим любовником, лордом Осборном, женатым мужчиной, и селится по соседству с Анн в бывшем особняке Жака. Голсвинта – красивая женщина в полном расцвете лет; она привыкла к фривольной жизни и некогда пленила Жака своим обаянием, а не богатством – но теперь страдает от туберкулеза. Она хочет познакомиться и подружиться с Анн, но Анн жаждет мести. Она завязывает с Голсвинтой весьма неоднозначные отношения и наносит множество тяжелых ударов своей на все согласной и ни о чем не подозревающей жертве. Когда Осборн уезжает в Лондон по политическим делам, Анн выводит Голсвинту на долгие, утомительные прогулки по окрестностям. Осборн начинает кампанию против иезуитов, и Анн отправляет его врагам любовные письма, адресованные Голсвинте, тем самым готовя ему крах. Затем она селит Голсвинту у себя – в доме, где изо всех щелей сочится сырость, губительная для здоровья больной. Анн становится управляющей имуществом Голсвинты и ее единственной законной наследницей и с наслаждением банкротит своих родственников, которые некогда унизили ее и расстроили ее брак. Наконец она присутствует при агонии и смерти своей жертвы.

   ► В каждом богатом, хорошо развитом кинематографе всегда найдется определенное количество маргинальных фильмов, не вписывающихся ни в какие рамки. Если этих фильмов слишком много, кинематограф может пойти ко дну; если их недостаточно, ему грозят академичность и застой. Между 1945 и началом 1950-х гг., когда великолепный расцвет французского кино начал идти на спад, подобных фильмов, не поддающихся классификации, было весьма мало, и все они нынче совершенно забыты. Назовем, главным образом, Невесту теней, La fiancée des ténèbres, Полиньи, 1945, Секрет Монте-Кристо, Le secret de Monte-Cristo, Валентен, 1948, Ферму семи грехов, La Ferme de sept péchés и Мадемуазель де ля Ферте – фильм, знаменующий начало и конец режиссерской карьеры Роже Даллье (после этого он продолжил работать в кино ассистентом режиссера). Несмотря на все недостатки этой картины, перед нами – одна из лучших экранизаций Пьера Бенуа (если не лучшая). Этому писателю, прославившемуся в большей степени своей изобретательностью, нежели стилем, особенно удается описание романтических и сентиментальных судеб – зачастую несчастных, зачахших в спертой атмосфере и словно изможденных одной пламенной, сжигающей страстью. Используя скудный набор инструментов, Роже Даллье хорошо показал, как сужается пространство, в котором происходит драма: сначала это дикая и пустынная земля Ландов, где находит для себя идеальную среду израненная и отверженная душа; потом – суровое, влажное и смертоносное жилище героини; наконец, ее ледяное сердце, озаренное лишь светом отчаяния и мести. Сюжет оригинален тем, что месть в нем сочетается с фатальностью, и от этого заметней становится та легкость, с которой совершается месть. В самом деле, все, что нужно для идеальной мести (как идеального преступления), само плывет в руки Анн: несчастный случай с женихом, одиночество и болезнь соперницы, финансовый крах некогда отвергнувших ее родственников. Могла ли она найти в себе силы и отказаться от планов, раз уж обстоятельства были за нее? Все оказывается на руку ее разрушительной страсти; ко всему прочему, жертва очарована ее обаянием. Сюжет настолько смел, что это становится слабостью фильма. Отношения между 2 героинями окутаны двусмысленностью, порожденной целомудренностью эпохи, и эта недосказанность вредит трагическому развитию сюжета.

   Актерская игра временами статична и тускла, но все же обогащается интересной игрой на контрастах между личностями и внешностью Жани Хольт и Франсуаз Кристоф (сыгравшей здесь одну из своих лучших ролей). Еще одна притягательная сторона фильма в том, что жестокость и печаль страстей великолепно отражаются в пейзажах. Редкое качество для французского фильма. Наконец, притягательна неподвижность и непреклонная суровость драмы. Героиня мстит, почти не выходя из собственного дома. Авторы намеренно сохранили эту оригинальную черту, убрав из сюжета эффект неожиданности, все хитрости конструкции, всякий саспенс. Возможно, в этом они даже зашли слишком далеко. В этом отношении фильм гораздо более суров и строг, чем, скажем, Дамы Булонского леса, Les Dames du bois de Boulogne, еще одна история о мести.

  Через Париж

   1956 – Франция – Италия (85 мин)

     Произв. Franco-London Film (Париж), Contintental Produzione (Рим)

     Реж. КЛОД ОТАН-ЛАРА

     Сцен. Жан Оранш и Пьер Бо по одноименному рассказу Марселя Эме

     Опер. Жак Натто

     Муз. Рене Клоэрек

     В ролях Жан Габен (Гранжиль), Бурвиль (Мартен), Луи де Фюнес (Жамбье), Жаннетт Батти (Мариетта), Робер Арну (Маршандо), Мино Брюни (мадам Маршандо), Жоржетт Ани (хозяйка кафе), Монетт Дине (мадам Жамбье), Анук Фержак (девушка).

   Париж во время оккупации. Марсель Мартен, бывший таксист, а ныне – безработный, должен перетащить на себе ночью через весь Париж – из 5-го округа на улицу Лепик – свиную тушу, разрезанную и упакованную в 4 чемодана: настоящее сокровище в годы расцвета черного рынка. Его напарника хватает гестапо, и Мартен предлагает войти в дело человеку по имени Гранжиль. Мартен познакомился с ним в кафе и решил, будто он украл партию угля. Однако на самом деле это не так: Гранжиль – художник. Этот невозмутимый здоровяк с зычным голосом, судя по всему, ничего на свете не боится. Он – полная противоположность Мартена, человека робкого и странноватого, изображающего из себя матерого преступника, но вызывающего только жалость. Герои отправляются к торговцу, чтобы забрать чемоданы. Запугиванием и шантажом Гранжиль требует у спекулянта за доставку в 10 раз больше денег, чем было условлено.

   Гранжиль и Мартен отправляются в путь через город. Чтобы укрыться от патруля, они заходят в кафе, открытое, несмотря на комендантский час. Гранжиль вынуждает хозяев, впечатленных и напуганных его авторитетом, назвать имена и терпеливо сносить насмешки. Он держит пари с клиентами, что те не выдадут его полиции, и даже оскорбляет их: «Нищие ублюдки!» – кричит он им на прощание. Позднее, когда рядом появляются полицейские, Гранжиль начинает говорить по-немецки, и полицейские проходят мимо. «Свинья меня вдохновляет!» – восклицает он. Он предлагает Мартену смыться вместе с драгоценным грузом.

   Чуть позже еще полицейский просит их предъявить документы. Гранжиль набрасывается на него и оглушает. Мартен недоволен: такая наглость ставит его в опасное положение, ведь он в родном квартале и пострадавший может его узнать. Женщина прячет героев, пока не пройдет очередной патруль; она принимает их за бойцов Сопротивления. Гранжиль приводит Мартена к себе: Мартен попадает в роскошные апартаменты. Гранжиль – довольно знаменитый художник. Всю ночь он ходит за Мартеном из любопытства, ради эксперимента; ему интересно посмотреть вблизи на мир черного рынка и на то, как низко способны пасть богачи и бедняки. Такой легкомысленный подход вызывает у Мартена законную ярость: ведь он-то выполняет эту работу для того, чтобы выжить. До сих пор он считал Гранжиля маляром.

   Они приходят к мяснику, чтобы передать ему товар. У дверей магазина они поднимают такой шум, что их замечает немецкий патруль. В полицейском участке офицер приветствует художника, чье имя ему хорошо известно. Гранжиль выдает Мартена за своего друга и натурщика. Их уже хотят освободить, но тут выясняется, что бойцы Сопротивления убили немецкого полковника. Всех задержанных за ночь сажают в грузовик – всех, кроме Гранжиля.

   После войны Гранжиль садится в поезд. Высунувшись в окно купе, он узнает на перроне Мартена, работающего носильщиком: он по-прежнему таскает чемоданы и по-прежнему – не свои.

   ►  Наряду с фильмами «о былом» (Замужество Шиффон, Le marriage de Chiffon, 1942; Любовные письма, Lettres d'amour; Дус, Douce) это – вершина творчества Отана-Лара. Похоже, режиссеру нужно отойти на некоторое расстояние от той эпохи, про которую он снимает: только так он лучше всего раскрывает свое желчное и злобное остроумие. Его искусство – это в первую очередь искусство подготовки, композиции, реконструкции, искусство художника и декоратора, где эффект усиливается, если за ним стоит тщательно продуманное сочетание заботливо подобранных условий, мудро уравновешенных талантов. Здесь собраны все предпосылки для крупного успеха: великолепный материал в виде рассказа Марселя Эме (из сборника «Парижское вино», Le vin de Paris, 1947); напряженный и смелый сценарий Оранша и Бо, где трагический финал (Мартен убивает Гранжиля) заменен трезвыми, грустными развязкой и эпилогом; детально восстановленный дух времени и внутренняя динамика, которая достигается за счет единства действия; оригинальные персонажи; безупречные исполнители; смелость их выбора, который только подчеркивает необычность и подлинность характеров. Бурвиль, на чьей кандидатуре с удивительной прозорливостью настоял Отан-Лара, играет здесь (после 1-го интересного опыта в фильме Бромберже Один в Париже, Seul dans Paris, 1951, снятом по инициативе Марселя Паньоля, продюсера этого фильма) свою 1-ю большую серьезную роль: трусливого и слабовольного спекулянта, вызывающего скорее жалость, нежели симпатию. Точно так же Габен в двусмысленной, неожиданной и весьма выразительной роли в очередной раз удивляет зрителей, которые с удовольствием следят за его преображением.

   N.B. Марсель Эме так яростно противился утверждению Бурвиля на роль, что в конце концов начал всерьез беспокоить студию-производителя. Отан-Лара выторговал Бурвиля в обмен на отказ от цветового решения фильма. Перед самой премьерой Марсель Эме написал режиссеру письмо, в котором выразил готовность во всеуслышание признать, что ошибался насчет Бурвиля. Он писал: «Это действительно 1-й случай на моей памяти, когда по моей книге снимается кино не просто хорошее, но очень высокого качества. И на сей раз это было совсем не просто» (см. Pierre Berruer, Bourvil, Presses de la Cité, 1975; туда же включен увлекательный рассказ о работе над фильмом).

   БИБЛИОГРАФИЯ: сценарий и диалоги в журнале «L'Avant-Scène», № 66 (1967).